16 августа наконец-то состоялась премьера биографического фильма о Стиве Джобсе («Jobs»), где бывший глава Apple представлен как чуть ли не божество: он творил революцию в каждой области, к которой прикладывал руку, он основал легендарную Apple Computer и сумел сделать её самой дорогой компанией в истории.

Подождите-ка, а они ни про кого не забыли?

Наследие Джобса не было бы таким без участия одного человека: Гилберта Амелио (Gilbert Amelio). Ведь Apple буквально не было бы без Амелио.

Предыдущий глава Майкл Шпиндлер (Michael Spindler) говорил годом ранее, что продажа была единственной надеждой Apple. Он провел год в поисках кого-то, любого, кто заплатит больше бросовой цены, а Apple в это время проваливалась всё глубже. Шпиндлер на этом нью-йоркском совещании умолял о продаже «на любых условиях, которые предложит Sun». Условия были не ахти.

Почему? Apple переживала не лучшие времена: стараясь поднять уровень продаж, она продавала больше продукции, получая при этом более низкий уровнь прибыли и низкое качество продукции. Массовые возвраты стали нормой. Все заждались новой операционной системы. Прогнозы были удручающими. Руководство перестало понимать как свою собственную продукцию, так и рынок.

В октябре 1995 года Шпиндлер шокировал совет директоров, сообщив им, что из 6 миллиардов долларов от продаж продцукции Apple придется списать 1 миллиард из-за возвратов.

Корабль медленно и верно тонул.

Несмотря на все это, совет отклонил предложение Шпиндлера махнуть рукой на одну из самых крупных компаний в истории, и решил в последний раз попытать удачу, заменив «капитана корабля» на Джила Амелио. Выбор был логичным, и вот почему: давний поклонник Apple уже был знаменит тем, что сохранил ключевое подразделение на Rockwell, а затем вернул к жизни National Semiconductor. Apple как раз крайне необходимы были его опыт и дисциплина.

Разрешение финансового кризиса стояло на первом месте. Почти сразу же он преуспел там, где потерпел неудачу Шпиндлер — убедил консорциум японских банков продлить кредит Apple на шесть месяцев, получив таким образом передышку.

Два месяца спустя ему удалось провернуть наиудачнейшую сделку с Goldman Sachs, благодаря которой в казне Apple оказался 661 миллион долларов. Позже сам Джобс сказал Амелио: «Я точно не смог бы осуществить подобное, и я не знаю никого другого, кто мог бы — кроме Вас. Это был один из самых блестящих бизнес-маневров, которые я когда-либо видел».

На тот момент компания была спасена. Но нужны были дальнейшие срочные и серьезные изменения — и Амелио их осуществил. Он привёл компанию в боевую форму, не забыв и о планах на будущее. Например, он изложил пятилетний план развития, в который входил iMac и которому Джобс позже следовал почти неизменно; он купил NeXTstep, передовую операционную систему, которая легла в основу OS X. А ещё он вернул Стива Джобса…

Вот так Джил Амелио спас Apple. Нет, эти слова не означают умаление огромной роли Стива Джобса. Благодарить стоит их обоих.