Восхождение и крах BlackBerry, часть 1

RIM продолжала уверенно захватывать самые сладкие сегменты мобильного рынка. Их продукция не просто попадает в Premium категорию — BlackBerry в руках у директоров крупнейших корпораций, у высшего и среднего менеджмента. Экосистема BlackBerry прочно и единолично обосновалась в бизнесе. Простые пользователи тоже любят их устройства и с радостью пользуются ими. Это успех? Определённо! Они сорвали джекпот. Может ли такой успех вскружить голову целой компании и чем это для неё обернётся?

Рэй Джилленуотер, управляющий директор с 2007 по 2012 год:

Моя первая ночь в Джакарте, я сижу в Ритц-Карлтоне (мировая сеть отелей класса «люкс» — прим. ред.) и веду переговоры с нашим дистрибьютором. Речь идёт о контракте на сумму, которую мне никогда не приходилось обсуждать ранее. А ведь мне всего 24 года. Если мне не изменяет память, я провёл 180 ночей в Ритце в мой первый год работы.

Винсент Вашингтон:

Я был в команде под названием «Fast 100». В наши задачи входила подготовка операторов связи к запуску устройства. Мы летали по всему миру — из Германии в Бразилию и оттуда в Чили. Три года прошли как одно мгновение. Не было такой встречи, в которой мне могли отказать. Всё, что нужно было сказать: «Эй, я везу BlackBerry!».

Шон Фентон, отдел делопроизводства, с 2002 по 2012 год:

Ты получаешь много приглашений на вечеринки и различные мероприятия. Часто я не мог поверить, что сижу здесь в бизнес-классе и лечу в Перу, Мексику и все эти места.

Винсент Вашингтон:

Я был футболистом в Мичигане. Некоторые из моих друзей играли в NFL и занимались тренерской деятельностью. Они всегда обращались ко мне и спрашивали: «Эй, можешь прислать мне BlackBerry?». И я подумал: «А почему бы не прийти с нашим бизнесом в NFL?». Короче говоря, всё закончилось встречей с Роджером Гуделлом (комиссионером НФЛ — прим. ред.). Был организован симпозиум, и я встретился со всеми 32 командами. 31 из них перешла на BlackBerry. Единственными отказавшимися были Cowboys. Они хотели, чтобы мы платили им за то, что они используют BlackBerry.

Лидия Ферако, старший менеджер по маркетингу в Латинской Америке с 2005 по 2011 год:

Во время старта продукта в Ямайке и Тринидаде мы запустили уникальную кампанию с дискотекой. Посетителям наносились временные рисунки хной, представлявшие собой коды с данными человека. С помощью камеры BlackBerry люди могли сканировать коды и узнавать информацию друг о друге. Вечеринка продолжалась, и вместо типичного для ночного клуба сценария «Эй, оставишь свой номерок?» отдыхающие начали говорить друг другу «Эй, оставишь свой PIN?».

Рэй Джилленуотер:

В то время мы были одним из топовых брендов во всём мире. Я невероятно счастлив от того, что был причастен к такому хорошему продукту. Моя мама особенно гордилась мной. Ей было приятно видеть меня в качестве значимой персоны в филиппинском журнале Town & Country.

Брендан Кеналти, менеджер по клиентской базе с 2007 по 2010 год:

Мы устроили большой внезапный концерт RIM Rocks с препати и автопати. Van Halen, Tragically Hip. Там было действительно весело. Я был в группе поддержания лояльности клиентов, и люди спрашивали: «Ты в поддержке BlackBerry? Зачем это нужно?».

Рост BlackBerry превратил Ватерлоо с населением в 550 тысяч человек в канадскую Кремниевую долину. В настоящее время там работает около 1000 компаний, и по данным Communitech суммарно они генерируют примерно $30 миллиардов дохода в год.

Тайлер Лессард, вице-президент по мировым связям и отношениям с разработчиками с 2001 по 2011 год:

В течение первых нескольких лет одной из главных сил RIM была способность привлекать таланты из Университета Ватерлоо, заслуженно признанной школы инженерного дела и информатики. В то же время привлечь таланты из других регионов было проблематично.

Шон Фентон:

Я из Миссиссага, Онтарио. Ватерлоо находится буквально в часе езды отсюда. Это такое место, в которое вы вряд ли поедете без очевидных на то причин. До трудоустройства в RIM я работал в Nortel, и, честно говоря, отказывался от возможности работать в RIM 3 раза, прежде чем устроился туда. Оказавшись там, я оглянулся и спросил: «Подождите, другого продукта, который делает такое, не существует?». Всё происходило очень быстро. В компании не было излишка бюрократии и правил. Уходя из Nortel, являвшегося структурным подразделением, я увидел здесь возможности для себя.

Джейми Пеппер, представитель службы технической поддержки, аналитик с 2003 по 2012 год:

Были люди, которые увлекались биржей и сходили с ума от мыслей о том, сколько денег они смогут сделать. Не знаю, может это что-то канадское, но большинство из нас на самом деле не волновали деньги. Мы были счастливы от открывшихся нам возможностей.

Паула Димонд, менеджер линий продаж с 2004 по 2011 год:

Джим Балсилли всегда мыслил масштабно. Вы могли задать ему вопрос, но он не ответил бы на него конкретно, а затем спросил бы вас: «Я ответил на ваш вопрос?». Я сказала: «Ну, не совсем». Его мысли были где-то там, в облаках. У каждого из нас были свои цели, и это нужно было осознавать. Было ощущение, что ты фактически ведёшь свой бизнес.

По мере того, как популярность BlackBerry росла, компания изо всех сил пыталась удовлетворить спрос на свою продукцию и быстро меняющиеся вкусы потребителей.

Джесс Будро:

За 4 года наш штат вырос с 2 тысяч до примерно 12 тысяч сотрудников. Я работал в Nortel, и знаю, что такое крупная организация. И я начал замечать, что эта компания становится похожей на Nortel. Бюрократия, бессмысленные процессы. Решения спускались с верхов.

Гари Муссо:

Я был на городском собрании и задал вопрос об исследованиях и разработке. А они просто ответили: «Оу, исследования — они для тех, кто просто не хочет по-настоящему работать». Эти слова были как пощёчина, их можно воспринять в стиле «Нам тут не нужны исследования, давайте просто выпустим всё с багами, а потом сделаем это совершенным. Давайте добавим ещё одно меню, которое делает то или это». Меню разрастались на глазах.

Эндрю Лисик, координатор проектов с 2007 по 2010 год:

Стало так много менеджмента. У каждого был ведущий в команде, свой менеджер, директор, старший директор, а там ещё один директор. В итоге из всего штата сотрудников на инженеров приходилось не более 5-10%. Для технической компании это очень плохо.

Винсент Вашингтон:

Лазаридис приходил на эти совещания, напоминавшие сцену из Криминального чтива, где Винсент Вега открыл кейс, и из него исходило золотое свечение. Всем нам не терпелось увидеть этот свет. Однако, к 2007 году с каждым его приходом свечение становилось тусклее.

Вот так вот
Вот так вот

Брендан Кеналти:

Каждый пунктик маркетинговых исследований кричал нам: «Эй! Все хотят моноблок!». Но следующая модель BlackBerry называется Pearl Flip и выходит в формате раскладушки. Ребята из отдела продаж откровенно негодуют: «Что за чёрт? Мы просили от вас большие экраны, тачскрины и больше этих моноблоков!». Но им отвечали: «Да, но зато у нас есть вот эта реально клёвая технология с шарниром. Посмотрите как она работает!». Наверное, у них склады до сих пор забиты этими штуками.

BlackBerry Pearl Flip
BlackBerry Pearl Flip

Эндрю Лисик:

Качество определённо страдало. В то время я работал по линиям возврата, и к нам приходило много устройств без видимых причин для возврата. У этих устройств не было проблем с функционированием и программным обеспечением — они просто перестали нравиться людям.

Июнь 2007 года. Первый iPhone врывается в магазины. Лазаридис и Белсилли, ещё не осознав угрозу, публично распинают устройство от Apple, критикуя его за короткое время работы и неприемлемый уровень безопасности.

Тайлер Лессард:

Вы видели эти продукты, которые выпускались на рынок компаниями Palm и Microsoft. Было много устройств, которым давали прозвище «Убийца BlackBerry». Но компания была уверена в себе, и мы говорили: «Этого не произойдёт!». То же самое мы подумали и после выхода iPhone.

Крис Кей:

Помню, как я пришёл на встречу с клиентом, и у их технического директора в руках был iPhone. У большинства из руководства той компании были iPhone. Для меня это означало, что пора бить тревогу. Многие представители высшего менеджмента RIM считали, что BlackBerry безопасен, он надёжно хранит данные компании и позволяет организации полностью контролировать бизнес, а iPhone воспринимался как музыкальный плеер и игрушка для потребителей.

Паула Димонд:

Рекламщики и операторы спрашивали нас о том, почему мы не рекламируем себя. Я помню, как об этом спрашивали меня, и ответ сводился к простому «Нам это не нужно». Успех в RIM по сути означал быть ближе к операторам связи. Я не уверен, что мы вообще делали что-то для привлечения потребителей.

Винсент Вашингтон:

Есть ещё одно, что мы упустили. Тот самый Джастин Бибер хотел рекламировать нас. Он сказал: «Дайте мне $200 тысяч, 20 устройств, и я буду послом вашего бренда». Мы посмотрели на это с позиции маркетинга: канадский парень, вырос здесь, молодёжи это понравится. Но нас просто взяли и вышвырнули с этой идеей за дверь, добавив при этом: «Этот парень — мимолётная прихоть, он не продержится долго». Тогда я сказал, что этот парень может пережить RIM, но все лишь рассмеялись.

Май 2008 года. Компания выпускает BlackBerry Bold 9000.

BlackBerry Bold 9000
BlackBerry Bold 9000

В следующем месяце акции RIM достигают рекордных $148 за штуку. А осенью того же года в продаже появляются первые Android.

Продолжение

(via)