«All work and no play makes Jack a dull boy», — набирал главный герой «Сияния» на печатной машинке. Действительно, понятие «работа» зачастую рассматривается как антоним слова «развлечение». Однако последние научные исследования доказали: противоположностью игр является депрессия.
Впервые подобную идею высказал Брайан Саттон-Смит (Brian Sutton-Smith), учёный, который посвятил свою жизнь исследованию психологического аспекта игры. Он стал известен в 50–60‑х годах XX века, когда изучал влияние развлечений на детей и взрослых. Саттон-Смит узнал, что во время игры люди становятся более уверенными в себе и энергичными, испытывают сильные позитивные эмоции. По сути, все это является описанием состояния, прямо противоположного депрессии, когда человек невероятно пессимистичен, особенно насчёт собственных талантов, возможностей и перспектив.
Саттон-Смит провёл большинство своих исследований задолго до того, как учёные начали использовать технологичные аппараты для сканирования мозга, чтобы отслеживать процессы кровообращения и таким образом диагностировать душевные заболевания. А еще он работал не зная, что видеоигры захватят наш мир.
По статистике, более 1,23 миллиарда человек увлекаются компьютерными играми, но, самое важное — мы теперь знаем, что именно происходит в голове у этих людей.
За последние несколько лет было проведено множество исследований с использованием функциональной магнитно-резонансной терапии. Самое заметное из них провёл Стэнфордский университет, который «заглянул» в мозг геймеров.
Результаты показали: когда мы играем в видеоигры, две области нашего мозга постоянно стимулируются: та, что отвечает за мотивацию, и та, что заставляет нас желать достижения новых целей.
Ведь во время такого развлечения мы невероятно сфокусированы на выполнении задания. Неважно, решаем ли сложные задачи, пытаемся найти скрытые объекты, стремимся к финишу или набираем максимум очков. Любая из этих целей полностью захватывает наше внимание, мотивирует и заставляет сосредоточиться. Мы ожидаем, что достигнем успеха — и соответствующая доля мозга начинает активно работать, заставляя нас желать победы.
Между тем все игры (не только образовательные) рассчитаны на то, что человек будет учиться. Первый уровень всегда простой, игрок легко втягивается в процесс, проверяет различные стратегии действия и собственные навыки. С каждым уровнем задачи становятся всё сложнее, и большинство игр сделано так, чтобы человек продолжал учиться на всем протяжении сценария.
Именно получение нового опыта является залогом возрастающего интереса игрока, и в этом заключается секрет удовольствия от видеоигр. Когда ничего не происходит и вас не подталкивают к обучению, восторг пропадает. Человек прекращает играть.
Так, мало кто из взрослых любит классические «крестики-нолики» — все стратегии победы уже выучены наизусть.
Но до тех пор, пока игра будет требовать от вас усердия и прилежности, гиппокамп будет включён в процесс, а сам игрок — получать удовольствие от прохождения.
Если вы когда-нибудь думали о том, почему, провалив 20 раз подряд один уровень в Angry Birds, делаете новую попытку снова и снова, то для этого явления есть научное объяснение. Подобный энтузиазм — результат сценария неврологической активации. Для не-геймеров подобное поведение может показаться иррациональным и навязчивым. Но это именно то устойчивое состояние, которого стоит ожидать от человека, чей мозг полностью сфокусирован на достижении цели. Кроме того, после прохождения уровня геймер становится увереннее в себе, благодаря полученным знаниям и опыту.
И вот что самое интересное: если человек находится в состоянии клинической депрессии, две области его мозга недостаточно стимулируются, и это те же самые регионы, которые стимулируются хорошо, когда мы играем в видеоигры.
В неврологическом смысле игра является прямой противоположностью депрессии.
Когда область мозга, отвечающая за мотивацию, недостаточно активна, мы не ожидаем никаких наград и успеха. Вследствие этого перестаём верить в свои силы, становимся пессимистичными и теряем желание делать хоть что-то. Малая стимуляция данной области мозга означает, что в ней не происходит активного кровообращения. Таким образом, длительное состояние депрессии или отсутствие мотивации может привести к тому, что мы потеряем способность к обучению.
Наиболее распространённая интерпретация результатов проведённых исследований говорит нам о том, что депрессию можно купировать с помощью видеоигр. Судя по всему, те игроки, которые находятся в таком клиническом состоянии, могут заниматься самолечением играми. Геймеры часто испытывают чувство облегчения, избавляются от симптомов депрессии и получают удовольствие.
Но, безусловно, лечить депрессию видеоиграми никто не предлагает — это довольно опасный путь. Игрок может дистанцироваться от собственных проблем или заниматься подавлением неприятных эмоций. Многие люди действительно используют игры, чтобы сбежать в мир иллюзий и как можно меньше контактировать с реальностью.
Сам факт того, что видеоигры меняют наше настроение, не должен вас пугать. Дело в том, что садиться за игру нужно с определенной целью: например, развить креативность (Minecraft), решить проблему (Portal), улучшить взаимоотношения в семье (Scrabble), повысить стрессоустойчивость (League of Legends).
Исследователи обнаружили, что если играть целенаправленно, то можно повысить уверенность в себе и развить навыки, необходимые в реальной жизни. Играя, чтобы стать лучше (в чём угодно), вы понижаете риск развития депрессии и становитесь более устойчивым к меняющимся жизненным обстоятельствам.
Для того, чтобы игры приносили пользу, нужно постоянно держать в памяти цели, которые вы хотите достичь. Тогда геймерство как таковое становится не пустым времяпрепровождением, а настоящим тренингом.
Ну что, сыграем?
*Деятельность Meta Platforms Inc. и принадлежащих ей социальных сетей Facebook и Instagram запрещена на территории РФ.
5 необычных вещей, которые можно сделать в агротехклассе за один день
3 причины, почему с дачи мы всегда возвращаемся с полным багажником
Экстренная контрацепция: что о ней важно знать, а во что стоит перестать верить
Что в сумке? Как изменилось то, что мы носим с собой