«Герой наших снов» — смешной и грустный фильм с великолепным Николасом Кейджем

22 декабря на цифровых площадках появился фильм «Герой наших снов» (в оригинале Dream Scenario — «Сценарий мечты» или «Сценарий сна»). Картину спродюсировала студия A24, ответственная за большинство необычных сюжетов последних лет: от «Солнцестояния» Ари Астера до «Маяка» Роберта Эггерса. Главную роль в фильме сыграл Николас Кейдж, всё чаще появляющийся в экспериментальном артхаусе. Критики встретили картину с восторгом, а актёра уже номинировали на «Золотой глобус».

Всё это заслуженно. У режиссёра Кристоффера Боргли получился фильм в духе «Вечного сияния чистого разума» или «Адаптации», в котором реальность смешивается со снами. Сюжет рассказывает знакомую трагичную историю человека, оказавшегося заложником обстоятельств.

В этом фильме Кейдж снова человек-мем

Пол Мэтьюс (Николас Кейдж) — самый обычный человек: стареющий семьянин, выглядит невзрачно, вечно ходит в одном и том же пуховике. Пол работает преподавателем биологии и мечтает написать книгу о муравьях.

Однажды его дочь рассказывает, что видела отца во сне — казалось бы, ничего необычного. И даже когда бывшая девушка Пола признаётся в том же самом, никто не обращает внимания. Но потом Мэтьюса начинают видеть во снах совершенно незнакомые люди. Теперь его узнают на улицах, и он, вопреки своим желаниям, становится знаменитостью. Вот только со временем сны с участием Пола становятся страшнее, и люди винят в этом самого мужчину.

Когда-то Николас Кейдж был звездой первой величины: он получил «Оскар» за фильм «Покидая Лас-Вегас», снимался у Дэвида Линча и Спайка Джонса, играл в боевиках и приключенческом кино. Потом у актёра был период забвения, когда его звали лишь в дешёвые картины, которые критики и зрители дико ругали, а чаще — просто не замечали. Кто вообще сейчас вспомнит какое-нибудь «Бюро человечества» или «Беглеца»?

А потом случилось удивительное: со времён «Мэнди» про Кейджа снова все заговорили и начали звать во всё более необычные картины. Сейчас в кино трудно найти более неоднозначного и меметичного актёра, который сам по себе стал жанром: «фильм с Николасом Кейджем» — достаточное определение для картины.

Его лучшие новые работы можно условно разделить на две категории: в одних актёру позволяют уйти в невероятный гротеск, как в «Мэнди» или «Невыносимой тяжести огромного таланта», в других он играет даже слишком тихо и сдержанно, как в «Свинье». «Герой наших снов» относится скорее ко вторым, хотя забавных моментов тут тоже хватает.

Но к чему это вступление? Отчасти к тому, что участие Кейджа делает фильм ещё более метаироничным. В «Адаптации» он играл сценариста этой самой «Адаптации», а заодно и его несуществующего брата. В «Невыносимой тяжести огромного таланта» — самого себя, а заодно и молодую версию самого себя. И даже в «Без лица» Кейдж представал сначала преступником, а потом спецагентом, которому пересадили лицо преступника.

Теперь Кейдж играет простого человека, а параллельно — его вымышленную версию из снов других людей. Поэтому, не нарушая стройности сюжета, персонаж может быть одновременно и скромником, который не способен дать отпор наглой бывшей, и любовником-соблазнителем в том же старом пуховике, и убийцей с перчаткой Фредди Крюгера.

Возможно, другой артист смог бы показать разные образы достоверней. Но никто бы не сделал это таким «кейджевым»: с налётом саморефлексии, ощущением неуютности и просто иронией. Актёр выглядит очень грузным, грустным и усталым, на все странные ситуации реагирует максимально неуклюже и постоянно открывает рот в удивлении. А потом появляется во сне совсем другим.

Жанр «Героя наших снов» постоянно меняется

Изначально картину по сценарию Кристоффера Боргли планировал поставить Ари Астер — режиссёр «Реинкарнации» и «Солнцестояния». Вроде бы на главную роль он планировал взять Адама Сэндлера. Но в итоге сценарист лично занялся «Героем наших снов», а Астер снял «Все страхи Бо» — тоже, кстати, о смешении снов и реальности.

Можно только гадать, что получилось бы у другого режиссёра. Но смена главного актёра точно пошла картине на пользу. Ещё важнее, что сюжет в версии Боргли получился смешением множества жанров.

Начало фильма кажется безумной комедией: герой Кейджа с удивлением и смущением реагирует на внезапно свалившуюся популярность, постоянно попадая в комичные ситуации. Его вдруг приглашают стать лицом рекламы, а молодая девушка решает воплотить свои фантазии из снов — это, возможно, самый стыдный и одновременно смешной момент фильма.

Но с каждой сценой «Герой наших снов» всё быстрее несётся в сторону драмы, походя захватывая и элементы хоррора (Ари Астер остался в продюсерах — не его ли это влияние?). Если поначалу над Полом Мэтьюсом хочется посмеиваться, то с середины картины его уже просто жалко. Он не стремился к всеобщей славе, а его вдруг называют «самым интересным человеком в мире». И уж тем более не заслужил жестокости, что свалилась на него от окружающих.

При этом фильм не перестаёт быть удивительной фантасмагорией. Конечно, не на уровне «Быть Джоном Малковичем» или «Думаю, как всё закончить», но хотя бы близкой к «Вечному сиянию чистого разума». У Мишеля Гондри волшебные метаморфозы тоже смешивались с очень личной человеческой драмой. Просто такая форма не даёт зрителю заскучать, а заодно и развлекает.

Фантасмагория рассказывает о реальной проблеме

Своей формой работа Кристоффера Боргли немного запутывает зрителя, заставляя сомневаться в реальности происходящего на экране. В какой-то момент сюжет можно воспринимать и как раскрытие внутренней агрессии кажущегося скучным обывателя. Но гораздо интересней обратить внимание на более прямолинейную и печальную трактовку, которую автор даже не слишком прячет.

О пресловутой «культуре отмены» или просто о массовом хейте и преследовании в кино и сериалах говорят даже слишком часто. Но «Герой наших снов» доводит идею до максимума. Сначала люди превращают обычного человека в своего кумира, хотя сам он ничего не делал. Точь-в-точь как некоторые звёзды TikTok и прочих социальных сетей.

А потом Пол моментально становится изгоем, хотя он всё так же ничего не делал. Просто людям не понравилось что-то, к чему Мэтьюс не имеет никакого отношения. Герой моментально оказывается в ситуации, где он вроде бы и не виноват, и все это понимают. Но лучше бы ему не приходить на массовые мероприятия, не тревожить посетителей ресторана и вообще не отсвечивать. Хотя и это не поможет: самые ретивые ненавистники доберутся до него сами.

Да, это всё вымысел, людей не «отменяют» и не ненавидят за сны. Но достаточно почитать хотя бы несколько историй актёров, которых травили и преследовали за их роли в кино (от Джейка Ллойда из «Звёздных войн» до Анны Ганн из «Во все тяжкие»). И сразу станет понятно: иногда толпа не осознаёт, насколько может повредить личной жизни человека за то, чего не существует в реальности.

«Герой наших снов» — изящный и грустный фильм, явно наследующий стилю работ Мишеля Гондри и Чарли Кауфмана. Это личная драма, упакованная в оболочку хулиганской, почти комедийной фантастики. Николас Кейдж в очередной раз доказывает, насколько он хорош в слегка гротескных и очень странных ролях. И хочется верить, что подтекст фильма хоть кому-то напомнит об опасности массовой травли, за которую несёт ответственность каждый её участник.