От кодекса молчания до невозможности покинуть «семью»: 8 мифов об итало-американской мафии

1. Мафия — это любая организованная преступная группировка

Сегодня мафией называют практически каждую организованную криминальную группировку: мексиканскую, ирландскую, русскую, украинскую, албанскую, еврейскую и другие. Но вообще мафия — это конкретный культурно‑исторический феномен.

Мафия, или коза ностра (cosa nostra — с итальянского «наше дело»), зародилась в XIX веке на Сицилии. Её появление продиктовано сложной историей острова, находившегося под властью то арабов, то французов, то австрийцев. Из‑за этого там появилось множество бандитов, грабивших иностранцев. Во многом с этим связано появление омерты — сицилийского кодекса молчания и несотрудничества с правительством.

Изначально мафиози называли тех, кто негативно относится к государству. Их порядки в значительной степени «эмигрировали» в США вместе с итальянскими переселенцами конца XIX — начала XX века. Одним из первых таких «приезжих» стал Джузеппе Эспозито, бежавший в Нью‑Йорк после убийства вице‑канцлера сицилийской провинции, и ещё 11 богатых землевладельцев.

В Италии мафия живёт и здравствует до сих пор. Но именно коза ностра из Соединённых Штатов первой приходит на ум, когда говорят о мафии. Основные источники её дохода — торговля наркотиками, ростовщичество (нечто вроде микрокредитов), букмекерство (в том числе онлайн), содержание стриптиз‑клубов, рэкет, а также контроль профсоюзов и отмывание денег с их помощью.

2. У мафии нет чёткой и отлаженной структуры

На самом деле структура мафиозных кланов похожа на устройство средневекового феодального королевства: низшие фигуры делают всю самую грязную и опасную работу и отдают часть доходов «наверх».

Во главе «семьи», или клана, стоит босс, он же дон. Только он может приказать убить кого‑либо. Дон обычно максимально дистанцируется от тех, кто связан с преступлениями («капитанами» и «солдатами»), чтобы в случае чего избежать суда. На ступень ниже находится андербосс — правая рука и возможный преемник босса. Дальше идут «капитаны» (капо, капореджиме), управляющие группами из 10–20 «солдат» — рядовых бойцов клана. Все они считаются официальными членами коза ностра: убийство даже обычного «солдата» несёт за собой крупные последствия, так как оскорбляет всю мафиозную «семью».

Ниже в итало‑американской преступной иерархии идут всевозможные подельники, партнёры и другие преступники. Они могут быть как людьми итальянского происхождения, которых впоследствии могут принять в «семью», так и других кровей.

Несколько в стороне стоит консильери (советник). Обычно это пожилой гангстер, у которого нет реальной силы — консильери положен только один телохранитель. Советник помогает боссу в решении спорных и сложных вопросов, отговаривает от поспешных решений.

Над всеми же кланами Соединённых Штатов стоит Комиссия «Пяти семей» Нью‑Йорка (Бонанно, Гамбино, Дженовезе, Коломбо, Луккезе), которая контролирует общие операции и помогает разрешать конфликты. Правда, основанная в 1931 году, в полном составе она не собиралась с 1985 года. Но боссы продолжают контактировать между собой и иногда проводят личные встречи.

3. Мафия не имеет дел с наркотиками

В фильме «Крёстный отец» дон Корлеоне принципиально отказывался торговать наркотиками. Но реальность больше похожа на события «Лица со шрамом».

Например, самый влиятельный бандит 20–30 годов XX века Лаки Лучиано промышлял наркоторговлей. Вито Дженовезе (Дон Вито), фамилию которого носит одна из семей Нью‑Йорка, и несколько более мелких преступников в 1959 году были осуждены за торговлю героином. Его продажа приносила банде миллиарды долларов на протяжении нескольких десятилетий.

Существовала даже специальная сеть, получившая название Pizza Connection («Cвязь через пиццу»), когда под прикрытием итальянских ресторанов в США мафиози продавали героин из Сицилии и Корсики.

Впрочем, есть случаи, когда боссы действительно запрещали своим последователям торговать «дурью». Например, Винсент Джиганте (Подбородок) из клана Дженовезе или Пол Кастеллано (Большой Пол) из Гамбино. Гангстер Сальваторе Гравано (Бык Сэмми), давая показания в 1993 году, утверждал, что любой из клана Гамбино, кто осмеливался продавать наркотики, рисковал жизнью.

Но, скорее всего, это было связано не с благородным презрением к запрещённым веществам, а с высокой опасностью этого бизнеса — ведь попасться на продаже наркотиков очень легко. К тому же в 70‑е годы правительство США ужесточило борьбу с наркотрафиком.

4. Мафия никогда не связывается с другими преступными группировками

В кино чаще всего показывают, что мафиози действуют сами по себе, не привлекая другие преступные группировки. И так действительно было с конца 40‑х до 70‑х годов XX века, когда итальянская мафия была самым крупным игроком в нелегальном бизнесе в США. Исключением можно назвать связи итало‑американцев со своими сицилийскими «коллегами» с малой родины.

Но те времена прошли, и хотя итало‑американская мафия остаётся крупнейшей криминальной организацией в США, она уже не так замкнута и однородна. Так, Майкл Франчезе, занимавший высокий пост в нью‑йоркской мафиозной «семье» Коломбо, в 80‑х годах сотрудничал с русскими бандитами с Брайтон‑Бич, проводя аферы с налогами на бензин: они покупали топливо в свободной от налогов зоне и продавали его втридорога. На этих и других махинациях Франчезе иногда зарабатывал до восьми миллионов долларов в неделю.

Также «семьи» разных городов США были нередко связаны с байкерской группировкой Pagans («Язычники»), торговавшей метамфетамином.

И если изначально ключевые позиции в коза ностра могли занимать только выходцы из Италии, со временем такая возможность открылась и для представителей других этнических групп. Это уже было не просто сотрудничество: «чужаки» были посвящены в дела мафии. Например, калифорнийский японец Кен Это (Токийский Джо) проводил подпольные игры в казино чикагской мафиозной группировки. А польский еврей Джейк Гузик (Жирный палец) заведовал бухгалтерией и решал политические вопросы Аль Капоне. Хотя стоит сказать, что эти и другие «иноземцы», занявшие высокие места в коза ностра, так и не стали её полноценными членами. Ими могут быть только итальянцы.

5. Мафиози скорее умрёт, чем выдаст тайны клана

Кодекс молчания у итальянских мафиози действительно существовал, но постепенно его действие сошло на нет.

Как уже упоминалось в начале статьи, кодекс назывался омертой и появился на Сицилии задолго до мафии. Он предписывал, что член преступной организации не может ни в каком виде сотрудничать с государством и полицией. Поэтому мафиози обязан молчать на допросах, не свидетельствовать против кого бы то ни было, не сотрудничать со следствием и даже не признавать существования мафии.

Омерта работала на протяжении длительного времени, но в 1963 году кодекс молчания нарушил Джозеф Валачи (Джо Карго). Он был осуждён по делу о наркоторговле вместе с Вито Дженовезе. В 1962 году они сидели в одной тюрьме. Тогда же Валачи убил сокамерника, приняв его за наёмного убийцу, подосланного Дженовезе. Опасаясь за свою жизнь, Валачи дал показания в Сенате США на специальных слушаниях. Именно он впервые сказал, что мафию сами её члены называют «коза ностра».

Надоело быть «человеком чести» и американскому гангстеру Томмазо Бушетте, который в 1986 году дал показания, ставшие основанием для 11 судебных процессов в одном только Нью‑Йорке.

За 20 с лишним лет с момента признания Валачи ещё шесть гангстеров из Нью‑Йорка, Кливленда, Лос‑Анджелеса и Бостона вступили в сотрудничество с властями, и к концу 80‑х годов омерте фактически пришёл конец. Весомую роль в этом сыграл и закон RICO («О рэкетированных и коррумпированных организациях») 1970 года, который позволил осуждать целые организации, связанные с преступной деятельностью. Прокуроры теперь могут заключать судебные соглашения и осуждать виновного за менее серьёзные преступления в обмен на его показания против руководителей криминальных объединений.

6. Ритуал посвящения в «семью» — огромный секрет, не известный никому за пределами мафии

Во многом благодаря признаниям некоторых мафиози и их сотрудничеству с представителями закона обряд посвящения в «семью» и клятвы мафиози сегодня хорошо известны. В 2011 году нью‑йорский гангстер Джозеф Массино, которому за причастность к восьми убийствам грозило пожизненное заключение, стал сотрудничать со следствием. В том числе он рассказал о том, как проходила церемония его посвящения в далёком 1977 году.

Оперативная съёмка ФБР: слева от автомобиля — убитый канадский бандит Джеральдо Скьясчиа, справа — Джозеф Массино. Фото: United States Department of Justice / Wikimedia Commons

Но более показательна история Джорджа Фрезолоне. Он был рядовым членом мафиозной группировки Филадельфии — Нью‑Джерси и в 1988 году попал в тюрьму. Из‑за того что банда никак не помогала его бедствующей семье, Фрезолоне стал агентом Отдела по борьбе с организованной преступностью. В общей сложности он записал более 400 бандитских переговоров, которые позволили привлечь к суду около 40 мафиози, а также обряд своего посвящения в 1990 году. Спустя четыре года Фрезолоне стал соавтором книги «Клятва крови» и умер в 2002 году от сердечного приступа, находясь в программе защиты свидетелей.

Так вот, ритуал посвящения проходит следующим образом. Чтобы стать официальным членом клана, нужно проявить себя и доказать свою преданность. Поэтому нет ничего удивительного в том, что Фрезолоне, с подросткового возраста причастного к тёмным делам, посвятили только в 36 лет. Процесс начинается с того, что кандидату прокалывают палец и задают формальные вопросы. Затем кровь стирают карточкой с изображением святого. Её сминают, кладут в руки кандидату и поджигают, пока тот читает клятву, обещая жить и умереть за «семью» и «гореть, как этот святой», если предаст её. В разных кланах ритуал может отличаться, но в целом схема примерно везде одинакова.

7. Мафиози легко устраняют всех неугодных

В США мафиози гораздо реже идут на убийство (особенно полицейских и судей), в отличие от сицилийских коллег. Также члены коза ностра стараются не допускать жертв среди рядовых граждан. И дело тут вовсе не в высоком моральном облике мафиози, а в том, что убийство несёт за собой серьёзные последствия.

Так, из‑за дела попавшего под шальную пулю 18‑летнего Маттео Сперанцы большая часть «семьи» Коломбо оказалась за решёткой.

Также важную роль играет то, что человек, давший показания против мафии, может не беспокоиться о своей жизни, так как в США хорошо работает программа защиты свидетелей. Кстати, правильное название этой службы — Программа безопасности свидетелей. С начала её существования в 1971 году она успешно защитила около 19 тысяч свидетелей (не только по делам мафии) и их родственников.

Впрочем, есть те, кого мафия оставляет в покое и так. Например, Сальваторе Гравано в 1995 году вышел из программы безопасности и спокойно живёт под своим именем в Аризоне. Он был правой рукой (андербоссом) дона Гамбино. В 90‑е годы Сальваторе Гравано дал показания, благодаря которым за решёткой оказалась вся верхушка клана Гамбино, в том числе и Джон Готти, осуждённый на пожизненное заключение.

Хороший пример того, что мафия вовсе не всесильна в деле устранения своих врагов, демонстрирует и история Джозефа Пистоне, больше известного как Донни Браско. Именно по ней, а точнее по книге Пистоне в 1997 году снят фильм «Донни Браско» с Аль Пачино, Джонни Деппом и Майклом Мэдсеном.

Пистоне был агентом ФБР и с 1976 по 1981 годы работал под прикрытием на мафиозные группировки Бонанно и Коломбо в Нью‑Йорке. Результатом его деятельности стали сотни дел и приговоров, а также награда в 500 тысяч долларов за его голову от главарей мафии. Но при этом он до сих пор жив — сейчас Пистоне 81 год.

Впрочем, недооценивать опасность мафии не стоит. В 1985 году по заказу Джона Готти прямо на улице в своём автомобиле был застрелен тогдашний босс Гамбино Пол Кастеллано. В 2003 году владелец пекарской лавки в Квинсе (Нью‑Йорк) Анджело Муньоло был ранен возле своего дома. Его «заказал» Винсент Готти, брат Джона Готти. Винсент подозревал, что его жена изменяет ему с пекарем.

Мафиози до сих пор не гнушаются убийствами, но совершать их становится всё сложнее. В 2016 году бандит из нью‑йоркской «семьи» Луккезе Джозеф Дателло (Джоуи Очки) направился в Нью‑Гэмпшир по заданию босса. Там он намеревался найти и убить информатора полиции, но был задержан.

Впрочем, есть и «успешные» примеры. Так, в 2019 году из‑за внутрисемейных разборок был застрелен глава клана Гамбино Фрэнк Кали (Фрэнки Бой).

8. Вступив в мафиозную «семью», нельзя вернуться к мирной жизни

Это традиционное клише из кинематографа не совсем верно. Да, уйти из клана сложно, но можно. В большинстве случаев мафию покидали, обратившись к властям, и такие примеры мы приводили выше.

Но есть случай вышеупомянутого Майкла Франчезе из «семьи» Коломбо, который ушёл на покой без сотрудничества с ФБР. В 1986 году журнал Fortune включил его в список «50 самых богатых мафиозных боссов», и тогда же Франчезе впервые сел в тюрьму. Выйдя на свободу в 1989‑м, он снова оказался за решёткой два года спустя. Во время второго срока Франчезе увлёкся чтением Библии. Освободившись в 1994 году, он порвал с мафией и уехал в Калифорнию с семьёй. Оставить Нью‑Йорк ему пришлось из‑за многочисленных угроз и контрактов на его убийство, в том числе одобренных его отцом — мафиози Джоном Франчезе.

Сейчас Майкл Франчезе пишет книги, выступает как мотивирующий спикер и посещает христианские мероприятия.

Конечно, многие представления о мафии — это всего лишь мифы, однако некоторые сюжеты из кино и книг о коза ностра вполне реалистичны. Например, войны семей и внутренняя грызня за власть, символизм убийств — скажем, помещение канарейки в рот убитого информатора полиции. И хотя позиции мафии сильно пошатнулись, она всё ещё жива. «Пять семей» сохраняют огромное влияние в преступном мире всех американских штатов.

Угрозы XXI века, такие как терроризм и мексиканские наркокартели, отвлекают силы ФБР, а это даёт мафии значительную передышку и время собраться с силами. И пока другие преступные группировки возникают и исчезают вслед за своими предводителями, коза ностра существует уже больше ста лет.

*Деятельность Meta Platforms Inc. и принадлежащих ей социальных сетей Facebook и Instagram запрещена на территории РФ.