Пристальный взгляд и жуткие дневники: как режиссёры раскрывают тему психических расстройств

Тема психических расстройств стала одной из центральных в сегодняшней поп‑культуре в целом и в кино в частности. Шизофрения («Чистый, бритый»), ПТСР («Лестница Иакова»), психоз («Чёрный лебедь», «Сияние»), бесконечный поток фильмов о психопатах — душевные недуги интересовали режиссёров на протяжении большей части истории кинематографа.

Правда, достоверно передать эмоции человека с психическим заболеванием удавалось далеко не всегда, а вот зрелищно или даже пугающе — сколько угодно. Вот какие приёмы для этого использовались.

1. Пристальный взгляд в камеру

Доктор Ганнибал Лектер из «Молчания ягнят» (1990) стал одним из главных кинозлодеев, а момент, в котором герой смотрит прямо в камеру, производит неизгладимое впечатление. Идею немигающего взгляда актёр Энтони Хопкинс позаимствовал из съёмок допросов Чарльза Мэнсона и Теда Банди, и не зря: у зрителя возникает ощущение, будто он вглядывается в чёрную бездну.

Этот же приём использовал Стэнли Кубрик в провокационном «Заводном апельсине» (1971). Малкольм Макдауэлл исподлобья таращится прямо на зрителей, недвусмысленно намекая, что между нами и его героем‑психопатом много общего.

За современным примером тоже далеко ходить не нужно. Вот тяжёлый взгляд Эми Данн в исполнении Розамунд Пайк. Но чтобы понять, что на самом деле творится в её красивой голове, не нужно разбивать ей череп, как втайне мечтает об этом её муж. Можно просто посмотреть искусно исполненный триллер Дэвида Финчера «Исчезнувшая» (2014).

Вообще психопаты на экране — это отдельная тема для беседы: их образы настолько же страшны, насколько интересны для зрителя. Но и другие виды душевных расстройств можно показать на экране необычно. Ведь способов для этого очень много.

2. Придание особого смысла цвету

Чтобы показать, что герой не в себе, режиссёры часто прибегают к символике цвета. Так, жёлтый в популярной культуре часто означает безумие, неуверенность и беспокойство. Вероятно, такую репутацию ему создала новелла 1892 года «Жёлтые обои» американской писательницы Шарлотты Перкинс Гилман. Героиня повести, страдающая от послеродового психоза, заключена в комнате с жёлтыми стенами. Постепенно ей начинает казаться, что за обоями живёт женщина, которую нужно освободить.

Артур Флек в «Джокере» (2019) часто появляется в жёлтой одежде, а сцена в лечебнице для душевнобольных и вовсе снята с использованием жёлтого фильтра. В «Сплите» (2017) герой Джеймса Макэвоя, страдающий от множественного расстройства личности, в одном из своих самых запоминающихся воплощений носит канареечную куртку.

В загадочном фильме ужасов «мама!» Даррена Аронофски героиня пьёт какую-то жёлтую жидкость. В Сети до сих пор спорят, что это могло бы быть. Одна из версий — это отсылка к вышеупомянутому рассказу Гилман.

Другая теория гласит, что героиня, угнетённая патриархальной культурой, прикладывается к непонятному питью, чтобы подавлять возникающий внутри гнев и раз за разом через силу возвращаться к роли хранительницы домашнего очага.

Байопик «Спенсер» (2021), рассказывающий о нескольких днях из жизни принцессы Дианы, вплотную затрагивает тему депрессии. Вдобавок многие биографы принцессы считают, что та могла страдать от пограничного расстройства личности. Задыхаясь в плену королевского уклада жизни, героиня с каждой минутой фильма всё больше приближается к неизбежному нервному срыву.

Одним из кульминационных моментов становится тот, в котором Диана уезжает из дворца, а зритель видит, что свой нежно‑жёлтый костюм она надела на пугало. Это одновременно и символ того, как жадно общество объективировало принцессу Уэльскую, и знак, что Диана наконец избавилась от стесняющих её вещей и чувствует себя свободной.

Конечно, сам по себе цвет костюма в данном контексте вряд ли что‑то значит (кроме отсылки к одному из реальных нарядов Дианы). Но очень хорошо укладывается в теорию о том, что жёлтый придаёт картинке чувство тревоги и беспокойства.

3. Создание нестандартной обстановки

Часто обстановка может рассказать о герое больше, чем диалоги. Например, дом Нормана Бейтса, главного психопата в истории кино, переполнен картинами, растениями, драпировками, кружевами и прочими предметами декора. Но в то же время это пространство с высокими потолками и закрученными лестницами сильно давит и на зрителя, и на самого героя, зацикленного на образе матери.

Джо Райт в «Женщине в окне» (2021) создаёт на экране параноидальную, клаустрофобную атмосферу, так напоминающую «Психо». Мрачные внутренности огромного дома Анны сразу вызывают ассоциации с особняком Бейтсов. На подсознательном уровне опытный зритель сразу понимает: владелец этого здания тоже не совсем в себе и что‑то скрывает.

Главная героиня, Анна Фокс, не может выходить из дома из‑за агорафобии (страха перед открытыми пространствами) и часто испытывает приступы иррациональной паники. И внутреннее состояние женщины прекрасно подчёркнуто за счёт гигантских размеров помещения, снятого под неестественными, изломанными углами.

Для «Сияния» (1980) Стэнли Кубрик придумал много тревожных и врезающихся в память образов. Но едва ли не больше, чем жуткие близняшки, реки крови, льющиеся из лифта, и полуразложившийся труп в ванной пугает само пространство отеля «Оверлук».

Сложные и витиеватые узоры в оформлении интерьера намекают, что на душе у персонажа творится недоброе, словно отель пытается запутать его. Тот же эффект помогают создать зеркала. По мере же того, как безумие захватывает разум Джека, убранство «Оверлука» всё больше напоминает лабиринт. А пустынность отеля подчёркивает изолированность героя от семьи и всего мира.

Спутанность сознания Джека выдаёт и странная архитектура гостиницы. Кубрик намеренно задумал планировку сюрреалистической: первыми эти пространственные аномалии обнаружили создатели игры Duke Nukem, когда пытались сделать специальный уровень по мотивам фильма. Ведь в каком ещё месте, как не в закоулках, где двери ведут в никуда, герою столкнуться со своими потаёнными подсознательными страхами?

«Чёрный лебедь» Даррена Аронофски рассказывает о балерине Нине, которая пытается получить желанную роль и из‑за стремления к совершенству постепенно теряет связь с реальностью. И очень многое о героине мы понимаем, увидев, где она живёт.

Спальня Нины напоминает детскую — так много в ней розового цвета и плюшевых игрушек. Героиня в начале фильма и правда всё ещё ощущает себя маленьким ребёнком. Она зависима от матери, которая может спокойно раздеть взрослую дочь, чтобы осмотреть её травму. Но когда внутри Нины просыпается чувственность, девушка начинает сопротивляться контролю.

4. Демонстрация жутких дневников

Закончим приёмом, который уже стал киноштампом. Записи, сделанные рукой героя, могут многое рассказать о том, что происходит в его голове. Ведь именно личный дневник часто становится для человека отдушиной в сложных ситуациях.

Триллер Дэвида Финчера «Семь» (1995) открывается титрами, где фоном служат фрагменты дневника Джона Доу. Благодаря этому злодей с первых минут присутствует в повествовании, хотя до его появления на экране остаётся ещё почти полтора часа.

Дневники героя Кевина Спейси потом появятся и в самом фильме, правда, на пару мгновений. Тем не менее на их создание ушла немалая часть бюджета: дизайнер Клайв Пирси и каллиграф Джон Сейбл вручную сделали несколько записных книжек, заполненных словами и изображениями. Чего там только нет: замысловатый текст, эротические фото, кадры вскрытия тел.

Кубрик подошёл к созданию реквизита для «Сияния» не менее скрупулёзно. Режиссёр нанял машинистку, которая несколько месяцев печатала листы, покрытые словами All work and no play makes Jack a dull boy («Одна работа, никакого безделья, бедняга Джек не знает веселья»). И когда супруга писателя находит рукопись, случается поворотный момент фильма: безумие мужа отрицать нельзя.

Кстати, для иностранных версий фильма Кубрик подобрал другие варианты фразы. Немецкая гласила Was Du heute kannst besorgen, das verschiebe nicht auf Morgen («Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня»), а французская — Un tiens vaut mieux que deux tu l’auras («Лучше птица в руке, чем две — в кустах»).

Очень похожий сюжетный твист с разоблачением антигероя происходит в «Американском психопате» (2000). Помощница Патрика Бэйтмана ближе к финалу находит ежедневник босса и понимает, что за образом успешного бизнесмена‑яппи всё это время прятался клинический психопат, садист и убийца.

Тодд Филлипс спрятал в «Джокере» множество мелочей, влияющих на наше понимание картины. Некоторые из них встроены в кино совсем ненавязчиво и могут ускользнуть от внимания даже самых наблюдательных зрителей. Среди таких пасхалок — блокнот Артура, куда он записывает свои мысли, наблюдения и идеи будущих шуток. Так вот, в начале фильма он делает записи только правой рукой.

Но ближе к середине картины, когда истинное «я» героя — Джокер — начинает просыпаться, персонаж превращается в левшу. Левой рукой Артур держит пистолет и ей же пишет: «Я надеюсь, что в моей смерти будет больше смысла, чем в моей жизни».

Интересна ли вам тема психических расстройств на экране? Какие самые яркие воплощения душевных болезней в кино вы бы добавили к перечисленным выше?