Всего пару недель назад отгремело «новогоднее безумие», когда в прокате соревновались три российских киносказки: «Буратино», «Чебурашка‑2» и «Простоквашино». А режиссёр последней Сарик Андреасян уже выпускает свою следующую работу. Его плодовитость в последнее время приобретает пугающие масштабы: восемь режиссёрских проектов за два года (судя по странице на «Кинопоиске» — ещё столько же в работе) и больше 30 продюсерских.
Но к релизу «Сказки о царе Салтане» нас подогревали особенно сильно. В день премьеры на Kion даже появился «фильм о фильме», где подробно рассказывали, сколько костюмов отшили вручную и насколько масштабными были декорации («зал больше, чем в „Гарри Поттере“»). Так может быть, при очень простом лубочном оригинале и таких вложениях получилась зрелищная сказка?
Увы, надежды рухнули уже после просмотра трейлера. Да и учитывая режиссёрский бэкграунд Андреасяна (от «Защитников» до «Онегина»), все заранее настраивались на что-то неуклюжее. Но я честно поставил себе задачу: буду искать в фильме хорошее и постараюсь отразить это в обзоре. Простите, я провалил миссию. Каждая следующая сцена ломала все мои попытки собрать немногочисленные достоинства. К финалу я уже просто злился.
О фильме «Сказка о царе Салтане»
- Страна производства: Россия.
- Жанр: сказка.
- Дата выхода: 12 февраля 2026 года.
- Длительность: 1 час 50 минут.
- Режиссёр: Сарик Андреасян.
- В главных ролях: Павел Прилучный, Алексей Онежен, Лиза Моряк, Алиса Кот, Владимир Сычёв, Ольга Тумайкина, Антон Богданов, Фёдор Лавров.
Три девицы под окном пряли поздно вечерком… Вряд ли найдётся хоть кто-то не знающий, что будет дальше. Экранизация чётко следует оригинальной сказке, лишь добавляя некоторых подробностей. Аннушка — нелюбимая приёмная дочь бабы Бабарихи, но именно её берёт в жёны заглянувший на постой царь Салтан.
А далее всё по списку: появление князя Гвидона, обман злобной троицы, встреча с царевной Лебедью и вечные подглядывания сына за буднями отца.
Сюжет растянули, не добавив ничего нового
Андреасян уже брался за произведения Пушкина — в 2024 году вышла экранизация «Евгения Онегина». После неё у режиссёра появилась новая манера — совмещать стихотворный оригинальный текст с прозаическими репликами. У зрителей же укрепилось понимание, насколько трудно превращать такие произведения в кино.
В отличие от «Евгения Онегина», у «Сказки о царе Салтане» есть аж три классические экранизации: два мультфильма (первый от сестёр Брумберг вышел в 1943 году) и один игровой фильм от великого Александра Птушко. Строго говоря, никому из предшественников не удалось полностью справиться с адаптацией авторского текста, завязанного на сочетании реплик героев и закадрового текста.
Либо приходилось сохранять голос рассказчика, либо с экрана регулярно звучало: «Кабы я была царица… то на весь бы мир одна наткала я полотна». Паузы в местах авторских строк повисали в воздухе. Хотя Птушко остроумно придумал вкладывать некоторые реплики в уста фоновых персонажей, как бы обсуждавших это друг с другом.
Сарик Андреасян не стал выбирать между сохранением голоса автора и адаптацией, а использует все приёмы сразу: здесь есть и закадровый текст, и пояснения самих героев, и стихи, и добавленные разговоры в прозе. Причём сцены, где включается рассказчик, будто выбирали случайно. Они есть там, где в кадре и так всё видно (Гвидон мастерит лук — можно не пояснять), и отсутствуют в более неоднозначных моментах.
Особенно странно выглядит ироничное вступление, где голос начинает читать не те строчки, а потом сам себя поправляет. Этот приём использовали в «Шрэке» и даже «Цыплёнке Цыпе». Но там они работали как сатира, противопоставляя сказочные клише неожиданной истории. Здесь же голос автора больше ни разу не оговорится, не вступит в диалог с героями или зрителем. Это просто шутка, которая берётся из ниоткуда и исчезает бесследно.
Но это можно простить. Отчасти можно даже закрыть глаза на смесь стихов и прозы — кажется, любой ребёнок знает эту сказку с малых лет, поэтому ни одному зрителю не нужно объяснять, что там должно быть в оригинале. Главная проблема кроется в том, что все дополнительные реплики и сцены нужны банально для растягивания хронометража.
Поясню на примере из своей работы. Несколько лет назад один коллега озаглавил отзыв на фильм «Тёмная башня» (вы точно не ожидали увидеть здесь упоминание Стивена Кинга) фразой: «Обзор 95-минутного трейлера». Я тогда очень завидовал, что не додумался до такой формулировки. Мысль подразумевала, что фильм не сообщает ничего большего, чем его реклама. Ровно то же хочется сказать о «Сказке о царе Салтане». Понятно, что от него и не ждали новых сюжетных поворотов — все уже читали Пушкина. Но если посмотреть трейлеры, один из которых длится неадекватно долго — 3 минуты, вы увидите практически все основные сцены, декорации и события. В кинотеатре за 100 минут покажут ровно то же, просто каждый момент растянут до неприличия.
Причина понятна: исходного материала слишком мало для полного метра. Мультфильмы, дословно пересказывающие сюжет, длятся меньше часа. Птушко, например, добавил больше сцен войны Салтана с врагами — их показали какими-то жутковатыми существами. В новом фильме действие напомнило мне защиту курсовой работы без подготовки: нужно трижды в разных формах повторить одну фразу, выдерживая побольше пауз.
Почему-то больше всего зацепил момент, когда гонец привозит Салтану злополучное подменное письмо. Он идёт по полю, доходит до охраны, которая его останавливает, представляется, следует пауза на несколько секунд, потом им приказывают пустить посланника. Там дальше будет и большее затягивание времени, но эта сцена поражает своей ненужностью: здесь не играет роли ни один элемент, кроме самого факта передачи письма. А она длится и длится.
Ведь можно было в свободный хронометраж добавить новых историй или подробностей. Про ту же войну, про жизнь Гвидона на острове — кстати, в сказке его назвали Буяном, хотя у Пушкина это разные места.
Хотя, справедливости ради, есть два момента, которые всё-таки добавили — за это хочется похвалить. Только в этом фильме поясняют, кто же такая сватья баба Бабариха — вокруг неё уже давно идут споры, кому персонаж может быть родственницей. Андреасян выбирает популярную версию, что это мачеха Аннушки — её отчасти подтверждают записи сказки няни Пушкина, из которых и зародилась идея произведения.
Второй момент — расширяют линию купцов, которые не просто мотаются туда-сюда, а ещё и ведут торговлю с Гвидоном и Салтаном. Только зачем-то выбросили мою любимую шутку из оригинала: «Торговали мы недаром неуказанным товаром». Да и остальные остроумные цитаты, вроде «Но жена не рукавица: с белой ручки не стряхнёшь, да за пояс не заткнёшь» или «Четырьмя все три глядят» (это когда Ткачиха с Поварихой окривели) тоже пошли под нож.
А в прозе шутки стали намного проще и грубее — например, постоянная ирония над именем Гвидона или пошловатая линия слуги, который никак не может выбрать одну из сестёр в жёны.
Декорации крутые, но слишком яркие
Если включить документалку о создании «Сказки о царе Салтане» (она длится всего 25 минут), вы примерно каждые 30 секунд будете слышать слова «масштаб», «грандиозно», «ручная работа», «винтаж» и так далее. И это не обман. К фильму действительно построили крутейшие декорации, сшили десятки костюмов, собрали множество старых вещей.
Художники говорят, что ориентировались на картины Билибина, Маковского и, конечно, Васнецова. Декораторы изучали стили оформления помещений на Руси и вручную раскрашивали арки и окна. Для воинов и богатырей сделали настоящие тяжеленные металлические латы, поскольку пластмасса будет слишком заметна. Эта часть меня действительно впечатлила. Но есть нюанс: она меня впечатлила только в документалке, не в самом фильме. Как так?
Приведу пример из своего прошлого, уже личного. Я несколько лет подряд спорил с одной девушкой на тему оформления новогодней ёлки. Ей нравился сдержанный скандинавский стиль из двух-трёх цветов, а я говорил, что надо вешать все самые яркие игрушки, накидать сверху дождика, и чтобы ещё гирлянды мигали. Так вот, «Сказку о царе Салтане» снимали так же, как я наряжал ёлку: чем больше деталей, цветов, жемчугов и узоров, тем лучше. Каждая сцена должна выглядеть «дорого-богато». В итоге уже через 15 минут у меня было ощущение дикого визуального перегруза — взгляду просто не расслабиться из-за постоянного фейерверка.
Причём это разнообразие иногда мешает восприятию сюжета. Мы уже привыкли в сказках, что самую красивую дочь или падчерицу называют «замухрышкой» и презирают — а потом она должна расцвести. Но Аннушка и в самом начале фильма одета и наряжена не намного беднее сестёр — у неё красивый кокошник и серьги (а ещё Лизе Моряк зачем-то нанесли розовые тени). На условную Золушку вообще не похоже.
На дороговизну костюмов постоянно делают акценты: когда Гвидон с матерью вылезают из бочки, зрителя заставляют любоваться на его сапоги. Салтан во время войны носит на плече металлическую голову какого-то льва. Короны, дорогие кокошники или хотя бы роскошные шапки здесь у каждого. Даже комар и муха летают в короне! Скажите мне, что оператор тоже был в короне, иначе зачем это всё?
Количество деталей на костюме бабы Бабарихи и вовсе не поддаётся исчислению. Почему-то за кадром говорят, что это нужно, чтобы смешить детей. Но увидеть там мордочки животных или грибы можно, только если очень долго вглядываться.
А сфокусироваться просто невозможно. И пусть дворец Салтана раскрашен под хохлому — возможно, это близко к реальным историческим декорациям. Но почему всё такое оранжевое? В голове сразу напрашивается ответ: потому что нейросети очень любят тёплые закатные цвета. Но ведь в кадре реальное помещение, в котором сидит настоящий Павел Прилучный и другие актёры. Почему уже реальность стала копировать нейросети? Киберпанк победил? С количеством рыжих париков была беда уже в «Простоквашино», но здесь, кажется, всю картинку решили покрасить в этот цвет.
Но всё начинает казаться мелочью, когда дело доходит до острова Гвидона. Понятно, что нам показывают сказочное королевство, для которого не писаны правила — в том числе и чувство вкуса. Но это какой-то нарисованный диснеевский замок, где что-то ещё и крутится на башнях, а мозаика напоминает Парк Гуэль в Барселоне. Вот уж не думал, что обилие цветов может настолько утомлять.
Актёры не понимают, что играть
Если обращаться всё к той же документалке, большинство членов каста с интересом говорят про свои роли. Даже если это образы Ткачихи и Поварихи, которые только в фильме обрели имена, но остались почти третьестепенными персонажами: каждая из актрис рассказывает о характере героини.
Наверное, не смысла придираться, что некоторые трактовки не совсем совпадают с ощущениями от оригинала. Павел Прилучный считает своего Салтана «глыбой» и очень харизматичным. Но если вчитаться, у Пушкина им раз за разом манипулируют. Однако новая версия допустима и отлично легла бы на сюжет. Если бы этот образ хоть как-то раскрыли.
Казалось бы, в случае со «Сказкой о царе Салтане» всё просто: в отличие от «Онегина» или даже условно современного «Простоквашино», здесь изначально лубочная и гротескная основа. Даже если дать актёрам возможность переигрывать, будет не так страшно. Но центральные персонажи наоборот до неприличия сдержанные.
Хуже всего дела обстоят с Салтаном и Аннушкой. Первый просто постоянно ворчит, сидя на троне. Со второй вообще беда: в оригинале у матери Гвидона совсем мало реплик, в экранизации текста добавили, а вот что играть, кажется, не объяснили. Поэтому Лиза Моряк просто весь фильм загадочно стоит и негромко произносит реплики. В какой-то момент кажется, что актриса просто продолжает играть Татьяну из «Онегина» — вот же она в беседке с видом на воду. В обоих фильмах.
Гвидон в исполнении Алексея Онежена должен быть эмоциональным: его же «грусть-тоска» съедает. Персонажу более подробно прописали непонимание, почему отец его бросил, и желание доказать свою значимость. Но в кадре он просто всё время выглядит удивлённым. Услышал запрос, посмотрел большими глазами, пошёл просить Лебедь о новом чуде.
Из второстепенного состава запоминается разве что Ольга Тумайкина в образе Бабарихи. Конечно, и тут можно было бы придраться — актрисе не привыкать играть такие роли, ничего нового она не показывает. Но видно, что она хотя бы старается — вплоть до хитрой неприятной полуулыбки в разговорах. Вот бы остальные играли хоть немного похоже.
Графика окончательно всё убивает
Написав всё, что выше, я на какой-то момент задумался. А был бы я так строг к этому фильму, если бы не контекст в виде предыдущих работ и публичного имиджа Сарика Андреасяна, кричавшего, что он ненавидит Тарковского и «деградирующее» авторское кино? И если бы не неадекватное засилье сказок? В некоторых пунктах, наверное, нет. Ведь и игра актёров, и отношение к декорациям — вопрос очень субъективный. С другой стороны, у меня нет укрепившейся нелюбви к сказкам: «По щучьему велению» и даже «Буратино» мне скорее понравились.
Но есть часть, на которой для меня «Сказка о царе Салтане» развалилась окончательно.
Сразу поясню: я не знаток компьютерной графики или нейросетей. Но как у зрителя, у меня было ощущение, что огромное количество сцен фильма создавал ИИ. Это особенно видно при переходе от реальных декораций к общим планам — например, моря или заснеженного леса. Не знаю, как делали эти картинки, но они мало отличаются от генераций, которые я постоянно вижу в соцсетях. Почему вода в мультфильме «Ледниковый период» 20 лет назад выглядела более натуральной?
Проблемы с графикой постоянно бросаются в глаза. Когда реальный актёр стоит у реального моря и к нему прилетает Лебедь, не замечать недоработки просто невозможно: у птицы нет тени, вода не двигается при погружении лап в воду — это просто кое-как наложенная картинка. Хотя на крупных планах птица проработана неплохо. Чего не скажешь о белке, которая будто пришла из старых электронных открыток и пугает своей песней.
Но я честно терпел и пытался не придираться. До момента, когда появились 33 богатыря. Тут я сломался, взял телефон и попросил ChatGPT сгенерировать мне картинку. Сравните. Вот что он сделал за 30 секунд после запроса в одну строчку:
А вот что мы видим в фильме:
Я не дурак и понимаю разницу между одной картинкой и сценой из фильма. Но ещё я понимаю разницу между 30-секундным запросом к бесплатной версии ChatGPT от человека, который даже не умеет рисовать, и многомиллионным блокбастером, на который утром в четверг продают билеты по 420 рублей. Эти волны, размазанные и нестройные богатыри на фоне, волосы, как из рекламы шампуня. Вы серьёзно?
После этого момента я перестал жалеть фильм. Странные фильтры и обработка видны даже там, где они не нужны: картинка постоянно какая-то «мыльная». Станет совсем скучно — приглядывайтесь к статистам на заднем плане: охрана самопроизвольно появляется и исчезает из кадра.
А ещё, если вы увидите это в фильмах Сарика Андреасяна один раз, забыть уже не сможете: в его работах персонажи никогда не меняют локации и не переходят из помещения в помещение. Они всегда топчутся примерно на одном месте, чтобы не нужно было переставлять свет. Так легче и быстрее снимать.
Учитывая, что между релизами «Простоквашино» и «Сказки о царе Салтане» прошло меньше месяца, дальше проблема будет только нарастать. Не знаю, виноваты ли в этом нейросети, которые ускоряют работу, но делают её ещё менее качественной, или просто сама машина производства киносказок разогналась до неадекватного уровня, из-за чего новинки будут валить на экраны потоком. Вот только это всё труднее называть полноценным кино — разве что контентом, продуктом. Как угодно, но не фильмом.
И если во время просмотра вам покажется, что очередная вариация на знаменитую арию из «Князя Игоря» в саундтреке — что-то слишком банальное и очевидное, дождитесь финала. Там вас ждёт кавер на «Я знаю точно, невозможное возможно» Димы Билана с речитативом и брейкдансом. Да, в «Сказке о царе Салтане». Нет, я не знаю, за что нам это.
