Грэм Хилл — предприниматель, вполне обеспеченный человек, жил очень роскошно, окружив себя кучей всего, что ему, казалось, было нужно, но на самом деле лишь поглощало его жизнь и время.
Прочитайте выдержки из его рассуждений.
Я живу в студии площадью 39 квадратных метров. Я сплю на выдвижной кровати, встроенной в стену. У меня 6 рубашек. 10 чеплашек для салатов и прочих блюд. Когда гости приходят ко мне на ужин, я достаю раскладной стол. У меня нет DVD, а текущая коллекция книг составляет 10% от изначальной.
Я прошёл долгий путь с конца 90-ых, когда успешный интернет-стартап обернулся для меня огромным потоком денег. Тогда я купил гигантский дом и забил его вещами, электроникой, бытовой техникой, гаджетами, организовал свой автопарк.
Но каким-то образом всё это добро заняло собой мою собственную жизнь, ну или большую её часть. Вещи, которые я потреблял, поглощал, в итоге поглотили меня. Да, у меня не самый распространённый жизненный сценарий, ведь мало кто сильно обогащается к 30 годам, но мой сценарий взаимодействия с вещами — самый обычный.
Мы живём в избытке товаров, в мире гипермаркетов, огромных торговых центров и круглосуточных магазинов. Люди практически любой социальной прослойки могут окружить себя вещами.
Не существует какого-либо признака, указывающего на то, что эти вещи делают нас счастливыми. Фактически, я наблюдаю обратную картину.
Мне понадобилось 15 лет, чтобы избавиться от всего несущественного, что я так старательно накапливал, и начать жить шире, свободнее, лучше, обладая меньшим.
Мы уже рассказывали об интереснейшем и, наверное, одном из самых сумасшедших для мозга типичного потребителя эксперименте — испытании сотней вещей. Вы просто берёте и сбрасываете с себя оковы вещизма, оставляя лишь то, что вам действительно нужно.
Всё началось в 1998 году. Я и мой партнёр продали нашу консалтинговую компанию за такие деньги, которые, как мне казалось, я не заработаю за всю свою жизнь.
Получив такую сумму, я купил 4‑этажный дом. Охваченный открывшейся возможностью потреблять, я купил новенький секционный диван, пару очков по $300, тонну гаджетов и аудиофильский 5‑дисковый CD-плеер. И, конечно же, чёрный заряженный Volvo с дистанционным запуском двигателя.
Я начал активно работать над новой компанией, и времени на дом совсем не оставалось. Тогда я нанял парня по имени Сэвен, который, по его словам, работал ассистентом самой Кортни Лав. Он стал моим ассистентом по покупкам. Его роль заключалась в походах по магазинам бытовой техники, электроники и фурнитуры с фотоаппаратом. Он фотографировал вещи, которые, на его взгляд, приглянулись бы мне, после чего я просматривал фото вещей и выбирал понравившиеся мне для покупки.
Однако потребительский наркотик, в скором времени, перестал вызывать эйфорию. Я охладел ко всему. Новенькая Nokia не возбуждала и не удовлетворяла меня. Я начал размышлять о том, почему улучшения в жизни, которые в теории должны были сделать меня счастливее, не помогают, а лишь создают в голове чувство тревоги.
Жизнь стала сложнее. Столько всего, за чем надо следить. Газон, уборка, автомобиль, страховка, обслуживание. У Сэвена было много работы, и… в конце концов, у меня персональный ассистент по покупкам? В кого я превратился?!! Мой дом и мои вещи стали моими новыми работодателями, причём я к ним не хотел наниматься.
Всё стало ещё хуже. Я переехал по работе в Нью-Йорк и арендовал большой дом, служивший хорошим отражением меня, как IT-предпринимателя. Дом нужно было заполнить вещами, и это затратно по силам и времени. А ещё у меня есть мой дом в Сиэтле. Теперь я должен думать о двух домах. Когда я решил, что останусь в Нью-Йорке, потребовались колоссальные усилия и куча перелётов туда-сюда, чтобы закрыть вопрос со старым домом и избавиться от всех вещей, находившихся в нём.
Очевидно, что мне повезло с деньгами, но подобные проблемы свойственны многим.
Исследование «Жизнь дома в 21 веке», опубликованное в прошлом году, демонстрирует жизнь 32 семей из среднего класса. Необходимость заботиться о своём имуществе гарантированно вызывает выработку гормона стресса. 75% семей не могли парковать машину в гараже, потому что гараж забит другими вещами.
Наша любовь к вещам затрагивает практически каждый аспект нашей жизни. Растут размеры домов, уменьшается среднее число жильцов на дом. За 60 лет пространство под одного человека увеличилось в 3 раза. Интересно, для чего? Чтобы хранить в нём ещё больше вещей?
Что мы храним в коробках, которые перетаскиваем при переезде? Мы не знаем, пока не откроем.
Интересная тенденция, хоть и относится она к США. Вы знаете, что по данным The Natural Resources Defense Council получается так, что 40% еды, которую покупает американец, оказывается в мусорном ведре?
Такая ненасытность влечёт последствия в мировом масштабе. Дикое потребление возможно благодаря чрезмерному производству, а оно разрушает всю нашу экосистему. Те iPhone, которые производит Foxconn — они тоже являются причиной ужасных изменений в экологии промышленных районов Китая. Дешёвое производство, плюющее на последствия. Делает ли всё это вас счастливее?
Есть ещё один момент — социально-психологический. Наблюдения Галена Боденхаузена, психолога из Северо-Западного университета в Иллинойсе, однозначно связывают потребление и аномальное, антиобщественное поведение. Потребительский склад ума в одинаковой степени негативен для человека, независимо от его уровня дохода.
Моё отношение к жизни изменилось после встречи с Ольгой. Вместе с ней я переехал в Барселону. Срок её визы истёк, а мы жили в маленькой скромной квартирке, и были счастливы. Потом мы поняли, что нас ничего не держит в Испании. Мы упаковали немного одежды, взяли туалетные принадлежности, свои ноутбуки и отправились в путь: Бангкок, Буэнос-Айрес, Торонто и ещё множество мест по пути. Я продолжал работать, но мой офис теперь умещался в моём рюкзаке. Я чувствовал себя свободным и совершенно не скучал о своей машине и гаджетах, оставленных дома.
Отношения с Ольгой закончились, но моя жизнь изменилась навсегда. В ней меньше вещей, я путешествую налегке. У меня больше времени и больше свободных денег.
Интуитивно мы понимаем, что лучшие вещи в жизни — это не те самые «вещи», а отношения, опыт и достижение целей. Они являются продуктами счастливой жизни.
Мне нравятся материальные объекты. Я изучал дизайн, я люблю гаджеты, и одежду, и подобные вещи. Но мой опыт показывает, что с определённого момента материальные объекты вытесняются эмоциональными потребностями, которые эти объекты, в теории, должны поддерживать.
Я по-прежнему предприниматель и сейчас я занимаюсь разработкой продуманных компактных домов. Эти дома создаются так, чтобы они поддерживали нашу жизнь, а не наоборот. Подобно тем 39 квадратным метрам, в которых живу я, эти дома не требуют большого количества материалов для строительства, не требуют серьёзных затрат на содержание, позволяя владельцу жить экономнее.
Я хорошо сплю, потому что знаю, что не использую больше ресурсов, чем мне действительно необходимо. У меня меньше вещей, но больше наслаждения.
Мало места — много жизни.
