Почему не стоит бояться, что новые технологии отнимут у нас работу

Статью можно послушать. Если вам так удобнее, включайте подкаст.

В центре любой экономической теории находится человек, который имеет определённые потребности и стремится их удовлетворить. Его ещё называют homo economicus. Исследователи изучают мотивацию и поведение «человека экономического», а потом пытаются прогнозировать развитие спроса и предложения.

Чтобы закрыть потребности, люди зарабатывают деньги. Так было на протяжении многих веков. Но сейчас то и дело появляются сообщения о том, что с работой и деньгами у homo economicus скоро будут проблемы. И виной всему искусственный интеллект, который легко заменит тысячи, а то и миллионы людей.

О том, стоит ли нам опасаться новых технологий, блогеру Борису Веденскому рассказал экономист Ростислав Капелюшников. Запись их беседы выложена на YouTube‑канеле «Основа», а мы сделали конспект.

Ростислав Капелюшников

Доктор экономических наук, член-корреспондент РАН.

Правда ли, что люди всегда боялись новых технологий

Панические предсказания полной победы технологий над людьми и возникновения массовой безработицы можно назвать технологическим алармизмом. За последние века его волны накрывали нас трижды.

Конец XVIII — начало XIX века

Это было время изобретения паровых двигателей, которые стали причиной первой промышленной революции. Тогда многие боялись, что новые машины отберут у людей всю работу. Появилось движение луддитов, которые считали, что с достижениями прогресса нужно бороться, пока они не оставили людей без хлеба. Тогда общество действительно пережило серьёзные потрясения, но совсем без работы люди не остались.

Середина 60‑х годов XX века

В конце XIX века произошла вторая промышленная революция: появилось электричество и двигатели внутреннего сгорания. Но сильной паники в обществе эти открытия не вызвали. Зато в середине прошлого века поднялась новая волна экономических страхов. Она была связана со следующим этапом развития — началом автоматизации производства.

Общество снова испугалось, что людям будет нечего делать. Казалось, что теперь прогресс не пощадит человечество, и все профессиональные умения и навыки скоро окажутся никому не нужными. Но снова обошлось.

2008–2009 годы

Эта волна началась после сильной экономической рецессии. Возможно, она останется самой сильной за всю нашу историю. Ведь в 90‑е годы XX века, по мнению некоторых исследователей, случилась третья промышленная революция — появились компьютеры и вычислительная техника.

Ну а сегодня мы вплотную подошли к четвёртой волне технологического алармизма, которая возникла с появлением искусственного интеллекта. И пессимисты снова считают, что нам грозит роботизация и повсеместная диджитализация. Но особенно они боятся развития нейросетей. Причём будущее сегодня представляется мрачной антиутопией не только обычным людям, но и многим экспертам.

Вот, например, израильский историк Харари, очень известный. Он говорит, что в результате развития новых технологий огромные массы людей будут не просто незанятыми, а не способными к занятости. То есть возникнет огромный класс, которому будет абсолютно нечего делать и не на что жить.

Ростислав Капелюшников

Нас опять пугают — уже в который раз за два с небольшим столетия.

Действительно ли большинство современных профессий исчезнет

В 2013 году британские экономисты Карл Фрей и Майкл Осборн опубликовали работу о том, как изменится рынок занятости в будущем. Они предположили, что в течение ближайших 15–20 лет исчезнут профессии, которые кормили на тот момент примерно 47% американцев.

Потом по их методологии экономисты сделали расчёты для других стран, в том числе и для России. Прогнозы вышли почти апокалиптическими. Получилось, что во всех странах без работы останется от 40 до 60% трудоспособного населения.

С тех пор прошло более 10 лет. И ни одна профессия из тех, которым Фрей и Осборн предрекали скорую смерть, не исчезла. И мы не видим резкого снижения численности людей, которые работают бухгалтерами, водителями, аудиторами, помощниками юристов. Профессии, которым сулили полное исчезновение, до сих пор востребованы.

Ну хорошо, 10 лет — срок небольшой. Но Джеймс Бессен из Бостонского университета подсчитал, сколько профессий мы потеряли с середины прошлого века. Он выбрал исходный массив из 300 с небольшим позиций. И выяснил, что к 2010 году из этого списка исчезла только одна — оператор лифтов. Появились автоматические двери, отпала необходимость брать на работу человека, который бы их открывал и закрывал. Остальные профессии, конечно, изменились, но не пропали совсем.

Само понимание природы технологического прогресса, которое заложено в этих прогнозах, было ложным. Прогресс чаще всего ведёт не к исчезновению профессий, а к тому, что их функциональное наполнение меняется.

Ростислав Капелюшников

Бухгалтеры забыли про счёты и активно используют компьютеры, а помощники юристов ищут нужные документы не в библиотеке, а в интернете. Но ни та, ни другая профессия не ушла в прошлое.

Почему массовая безработица до сих пор не появилась

В основе прогнозов о потере миллионами людей своих рабочих мест лежала такая логика. Допустим, предприятие может выпускать 100 единиц продукции и для этого требуются 100 человек. У этой сотни дела идут отлично, но потом появляется новая технология. И теперь для выпуска того же количества товаров достаточно всего 50 человек. Значит, остальные полсотни окажутся без работы и без денег.

Эта логика казалась безупречной. Но потом экономисты убедились, что объём выпуска не остаётся фиксированным. Если предприятие способно сделать больше товаров, оно ни за что не упустит возможность увеличить прибыль. А значит, освободившимся работникам тоже найдётся занятие.

Если продажи возрастут и прибыль станет больше, то со временем поднимутся и зарплаты сотрудников, которые работают на новом оборудовании. Если же продукцию станет выпускать проще и быстрее, то её себестоимость, а потом и розничная цена снизятся. Значит, у потребителей останутся деньги, и им можно будет продать больше разных товаров. Которые тоже нужно будет произвести, а для этого понадобятся новые рабочие руки.

Это чисто теоретическое рассуждение. Но исторический опыт показывает, что эпизоды со сверхбыстрым ростом производительности труда, как правило, сопровождались ростом, а не падением занятости. Потому что большие доходы транслируются в больший спрос, а для удовлетворения большего спроса нужно больше людей.

Ростислав Капелюшников

Конечно, часть людей всё же потеряет работу. Например, когда‑то без дела остались извозчики, потому что вместо них понадобились водители авто. Но катастрофы на рынке занятости не случилось. И вряд ли эта ситуация изменится.

Почему нам стоит ждать появления новых профессий

Ответим на этот вопрос с точки зрения экономики и предполагаемого поведения её главного объекта — homo economicus. Всё очень просто: у людей обязательно появятся новые потребности. Те, о которых они и подумать не могли на предыдущем витке технического прогресса.

Любая новая потребность — это потенциальные рабочие места для многих людей. А значит — причина появления новых профессий, которые станут востребованы обществом.

Нам всегда будет чего‑то хотеться, а для того, чтобы удовлетворить наши хотения, будут нужны услуги других людей. Им всегда найдётся что делать в современных сложно организованных обществах, которые базируются на разветвлённой системе разделения труда.

Ростислав Капелюшников