Полтора года назад Татьяна запустила собственный проект Your Yool, в рамках которого она исследует национальную татарскую идентичность и создаёт на основе этого визуальные работы. Одно из направлений проекта — изготовление одежды.
В магазине Татьяны представлены осовремененные , свитшоты с татарскими надписями, передники с национальным орнаментом и многое другое.
Девушка рассказала Лайфхакеру о том, откуда взялась идея этого проекта и что, на её взгляд, произойдёт с ним и другими татарскими брендами в будущем. Внутри много красивых фото!
— Насколько я понимаю, Your Yool — это не просто бренд одежды. Как бы ты могла охарактеризовать этот проект? В чём его цель?
— Одежда — это лишь необходимая составляющая проекта. Помимо неё есть ещё образовательное и арт-направления.
Мне кажется, что иметь свой бренд одежды сейчас — большая роскошь. Ведь у нас есть проблема с перепотреблением товаров. В мире достаточно одежды, и производить ещё больше вещей я не вижу смысла.
По этой же причине я против участия в модных показах. Когда меня на них зовут, говорю: «У меня недостаточно одежды для полноценной коллекции». Я считаю, что вещи моего бренда круто смешивать с товарами из массмаркета, крупных культовых марок, бабушкиного сундука или секонд-хенда.
Мне кажется, собственный бренд одежды хорош тогда, когда он решает какие-то новые задачи, которыми до этого никто не занимался. С помощью своих вещей я, например, пытаюсь ответить на вопрос: какова идентичность людей моего родного региона? Мне интересно создать образ нового татарина, чтобы через 5–10 лет все говорили: «О, это же ребята из Казани!»
Это можно сделать даже через какие-то маленькие элементы. Например, по Милану я хожу в (во время интервью героиня была на обучении в Istituto Marangoni в Италии. — Прим. ред.). Люди интересуются: «Ого, так необычно! Что это за бренд?» Я начинаю рассказывать про Татарстан и его культуру. Одежда — это точка соприкосновения с культурой.
Идея Your Yool в том, чтобы привлечь внимание к истории татар и поднять тему их национальной идентичности через дизайн, моду и современное искусство.
— В чём выражаются культурный и визуальный коды Татарстана, которые ты исследуешь? Расскажи про это поподробнее.
— Мой проект нацелен на поиск визуального кода. Поэтому пока что у меня нет ответа на этот вопрос. Наверное, речь об ассоциациях с Татарстаном. И у каждого они свои.
Для меня они, прежде всего, связаны с географией. Я всем говорю, что я не татарка, а татарстанка. Я здесь родилась, но у меня нет крепкой связи с национальной культурой, литературой и языком. Но когда я выезжаю за пределы региона, то понимаю, что живу не столько в России, сколько в Татарстане.
Что для меня это значит? Во-первых, речь о людях: половина моих друзей — русские, половина — татары. Никто здесь не задаётся вопросами о национальности, происходит абсолютное принятие не похожих на тебя людей.
Во-вторых, о двух языках. В городе все таблички дублируются и на русском, и на татарском. В школе они оба изучаются. В российском паспорте у меня также есть вкладыш с информацией на национальном языке.
В‑третьих, о природе: полях, долгих закатах, лесах.
Я как художник считываю этот культурный код и выражаю его визуально. Источники вдохновения — это альбомы с фотографиями, архивы, книги, обстановка вокруг. Например, у меня есть серия «Татарский трайбл». В 90‑х так назывались специфические татуировки. Я смешала их с традиционным татарским орнаментом — и получился новый узор.
— Расскажи, пожалуйста, про образовательную составляющую проекта.
— Недавно мы с арт-резиденцией Reactor организовали дизайн-лабораторию для тех, кто хотел поработать с локальным татарским наследием и произвести физические продукты — не только одежду, но и керамическую посуду, ковры, чехлы из бисера, кашпо. В лаборатории я хотела создать прецедент: такие вещи могут существовать. Мне самой как потребителю было интересно посмотреть, что получится.
В Казань приезжает много моих друзей. Все они спрашивают, где купить что-нибудь классное, современное, национальное. Но, кроме чак-чака, мы ничего посоветовать не можем. А магазинов с татарскими брендами просто нет.
Тогда мы собрали около 60 заявок со всей России и взяли лучших ребят с готовыми концепциями проектов. Они месяц учились у профессиональных дизайнеров и иллюстраторов, которые рассказывали им, как развивать дизайн-мышление, продавать свои товары. В итоге мы получили 13–15 готовых проектов, которые были презентованы на казанском фестивале RE’ACTOR.
Нам хотелось показать, что есть классные продукты, показывающие нашу республику. И их создали талантливые дизайнеры, с которыми можно сотрудничать. Если это предложение найдёт поддержку, спрос будет.
Дизайнеры поймут, что можно работать с этой темой. Возможно, поначалу это будет поверхностно и вызовет много критики, как всё новое. Но количество в какой-то момент перейдёт в качество, и через 5 лет о Татарстане заговорят как о республике дизайнеров.
— Расскажи про тех, кто помогает тебе развивать проект. У тебя есть постоянная команда?
— Постоянная команда есть, но это не штатные сотрудники, а специалисты под проекты: швеи, 3D-дизайнеры, визажисты, фотографы, видеографы.
Но в основном брендом занимаюсь я. Создаю эскизы вещей, руковожу производством, веду соцсети, продаю через них. Естественно, есть коллаборации и крупные проекты, где гораздо больше задач. Туда я подключаю помощников.
— Какой доход ты получаешь с этого проекта? Можно ли на него жить?
— Я не получаю стабильного дохода, потому что выпуск коллекций не стоит на потоке. Сколько времени уделяю Your Yool, столько денег и зарабатываю. Я свободный художник, который ведёт этот проект. Можно было бы развиваться большими темпами, но зачем? Всё идёт своим чередом, не нужно форсировать события.
Жить на доход с магазина можно. На него же можно устраивать съёмки, заниматься сторонними проектами. Производство — это постоянный поток вложений.
— Кто твоя целевая аудитория?
— В основном мою одежду покупают женщины 25–30 лет. При этом большинство заказов поступает из-за границы — около 60%. Моя аудитория — это уехавшие татары, молодые ребята в эмиграции, которые ощущают недостаток связи с Родиной.
Кроме того, у меня довольно дорогой продукт. Люди в Казани не привыкли покупать вещь дороже 10 000 рублей — их так воспитал массмаркет. Но тот, кто хоть раз сталкивался с производством, знает цену ткани. Кроме того, нужно учитывать, что это всё ручная работа. Я произвожу вещи в единичных экземплярах. Потому для Казани получается дороговато, но для Европы это нормальная цена.
Конечно, сейчас с поставками есть проблемы. Стало тяжело проводить финансовые операции, отправлять заказы людям из-за границы, связываться с клиентами… Но мы ищем варианты.
— Расскажи о планах развития Your Yool.
В планах — уход в диджитал. Я считаю, что мода движется в этом направлении. Конечно, человек по-прежнему будет носить одежду. Но, возможно, он уже не станет скупать её в таких количествах, чтобы один раз сфоткаться для соцсетей. А может, произойдёт что-то невообразимое — появятся метавселенные, мы все перейдём на аватары и будем покупать виртуальные вещи.
Сейчас я живу в Милане — это один большой торговый центр. Невозможно представить, что вся эта индустрия схлопнется в ближайшие 5–10 лет. Но уже сейчас заметно, что люди плавно переходят в диджитал — вспомнить хотя бы модные показы, которые недавно прошли онлайн.
Поэтому я работаю над NFT-коллекцией для Your Yool. Делаю принты с помощью дополненной реальности. На физическую футболку или худи можно будет навести гаджет и увидеть надписи и рисунки.
Также я думаю о том, чтобы организовать устойчивое производство и развитие образовательного направления. Хочу создать лабораторию, где опытные ремесленники передавали бы свой опыт молодым ребятам.
Ведь можно делать что-то традиционное и при этом продаваемое. Коммерческий успех дизайн-продукта очень важен. Мы говорим не про современное искусство и самовыражение, а про вещи, которые несут в себе идею.
В эту лабораторию я бы хотела приглашать талантливых художников, ремесленников, дизайнеров, искусствоведов и учителей татарской истории. Там же была бы галерея и корнер — для работы и общения.
Ещё мне бы хотелось работать не только с татарским направлением. Название Your Yool переводится как «Твой путь». И оно — про любой путь. Да, началось всё в Татарстане, но я не хочу этим ограничиваться. Мой метод можно переносить в другие регионы и страны. Поэтому, если кто-то предложит мне коллаборацию, я с удовольствием соглашусь.
Диспансеризация для женщин: всё, что нужно знать
Гид по здоровому весу. Что нужно знать об ожирении
3 места в доме, которые часто захламляются
Учебный год под контролем!