Проблема вагонетки: есть ли правильный выбор в ситуациях, когда один вариант хуже другого

Два с лишним года назад, в разгар пандемии, я пришла в пункт вакцинации в Москве. Было страшно: вакцины кормящим только разрешили, а моему сыну исполнилось всего 5 месяцев. Но и не идти было нельзя. Как врач я знала о новорождённых с тотальным поражением лёгких.

Разумеется, я понимала, что побочные эффекты у прививки есть, но считала (и считаю по сей день), что они несопоставимы с риском пневмонии в таком возрасте. Когда я пришла на осмотр, врач попыталась меня отговорить, потому что так ещё никто не делал и могли возникнуть осложнения. Я всё равно привилась, всё прошло хорошо, побочек не было, и никто из нас не заболел.

Я думаю, что знаю, почему она так сделала. Не потому, что она антиваксер, плохой врач или знает какую-то страшную правду. Просто она видела меня и приняла решение не рисковать одним человеком даже ради наблюдений, которые могли бы помочь многим в перспективе. Для доктора естественно выбирать долг, а не пользу обществу, но это не единственная точка зрения.

Так, интересами отдельных людей жертвовали в Советском Союзе в 1920–40‑х годах ради масштабного проекта электрификации. Тогда за короткий срок к электросети подключили огромную территорию. В качестве основного источника тока использовались гидроэлектростанции. Для их запуска нужны были водохранилища, плотины и другие строения, которые нарушали естественный ход рек.

В результате Молога, Калязин, Ставрополь-на-Волге и многие другие населённые пункты оказались затоплены. Этим событиям посвящена повесть Валентина Распутина «Прощание с Матёрой».

Что такое проблема вагонетки и при чём здесь она

В основе этих историй — проблема вагонетки. Это мысленный эксперимент, который в 1967 году предложила философ Филиппа Фут. В нём нужно решить фундаментальную этическую дилемму: можно ли жертвовать одним человеком ради блага большинства.

Классическая проблема вагонетки

Испытуемому предлагают представить, что он стоит у переключателя стрелок на дороге, по которой едет вагонетка. Она движется прямо на пять человек, но можно дёрнуть рычаг и отправить её на другой путь, где находится один человек.

С математической точки зрения всё элементарно — пять жизней ценнее одной, но в реальности это не так просто. Даже если эти люди вам не знакомы и вы незаинтересованное лицо.

Когда задачу переносят из головы хотя бы в симуляцию, взять на себя ответственность становится сложнее. Тем не менее многие выбирают спасение пяти человек, поэтому дальше эксперимент усложняется.

Модель с толстяком или судьёй

Испытуемому нужно представить, что он стоит на эстакаде и видит, что на пять человек внизу летит машина или та же вагонетка. Он может столкнуть стоящего рядом толстяка (никакой фэтфобии, просто условие эксперимента), чтобы отвести удар.

Второй вариант: испытуемый — судья и может отдать разъярённой толпе невиновного, чтобы избежать смертей в массовых беспорядках.

Что вы выберете?

Как и ожидалось, не все люди, переключившие рычаг в примере выше, смогли выбрать большинство в этих ситуациях. Потому что в одном случае нужно было косвенно стать причиной смерти человека, а в этих — убить своими руками. Сделать это было тем проще, чем больше у испытуемого были выражены психопатологические и антисоциальные черты.

Почему так сложно сделать выбор

В проблеме вагонетки сталкиваются два философских подхода — утилитаризм и деонтология.

Утилитаризм — это направление в этике, в котором моральная ценность поступка определяется его полезностью. То есть главная задача морали — преумножить счастье и уменьшить количество боли.

Утилитаристы отвергают жёсткую мораль и допускают такие понятия, как, например, ложь во спасение. При этом они понимают, что люди не могут быть беспристрастны и, если речь пойдёт о них или близких, скорее всего, отступятся от принципов. А ещё человеческий разум не может постичь всего, а значит, и предугадать все последствия выбора.

В деонтологической этике акцент делают на долге и нравственности поступка, в отрыве от результата, к которому он приведёт. В этом заключается категорический императив Иммануила Канта, то есть безусловный нравственный кодекс человека. Это значит, что каждый должен следовать правилам, которые никогда не могут быть нарушены: не убей, не укради и так далее.

Так, Леонид Рошаль оказывал медицинскую помощь террористам в захваченном театре на Дубровке, потому что это долг врача, иначе поступить нельзя.

Но такие железобетонные принципы могут вредить. Например, если убийца попробует выяснить у вас место нахождения жертвы, а вы скажете правду, потому что не сможете соврать.

Есть ли правильный ответ в проблеме вагонетки

Нет. Эксперимент не показывает даже уровень морали человека. Стоит хотя бы в условиях модели поменять одного человека на близкого родственника — и многие не задумываясь спасут его. Но это не делает их плохими людьми.

В реальной же жизни гораздо больше вводных и обстоятельств, поэтому никто никогда не сможет точно оценить, правильный ли выбор был сделан.

Зачем нужно знать о проблеме вагонетки

Мы каждый день решаем, по какому пути пустить вагонетку. Мы можем соврать женщине об измене мужа, чтобы сохранить её семью, или сказать, но всё разрушить для нескольких человек. Можем пользоваться медицинской сортировкой и выбирать, кому поможем, чтобы охватить как можно больше людей, или сражаться за каждого, зная, что из-за этого можем успеть меньше. Мы постоянно делаем эти выборы, даже если не осознаём этого.

Если знать, что правильного ответа нет, то выбирать будет проще. Вы можете жить со «звёздным небом над головой и моральным законом внутри себя» и всегда поступать правильно — или оценивать каждую ситуацию по отдельности, чтобы выбрать лучший вариант для большинства. Что бы вы ни сделали, в моменте это будет единственный возможный вариант для вас.

При этом старайтесь понять ближнего. Вы никогда не узнаете, что было в его «вагонетке» и перед каким выбором он стоял. То, что для вас кажется очевидным, для него могло стать серьёзным испытанием из-за нюанса, о котором вы не знаете. Старайтесь принять, что и этот человек выбрал единственный возможный для себя вариант в конкретной ситуации.