Как «Холоп‑3» и другие сиквелы убивают доверие к российскому массовому кино

11 июня в российский прокат вышел фильм «Холоп‑3» — очередная часть комедийной франшизы, в которой людей перевоспитывают, якобы отправляя их в далёкое прошлое. В этот раз речь идёт о супружеской паре бизнесменов, которые хотят развестись. Чтобы родители остались вместе, их дети обращаются к Грише (Милош Бикович), который устраивает взрослым масштабное испытание — погружение во времена Петра Первого. Причём правителя изображает сам организатор.

После просмотра я мог бы написать традиционный обзор, в котором похвалил бы размах постановки и поругал надуманный сюжет, обилие рекламы и множество других деталей. Но мы заранее знаем, что в комментариях напишут: «Это ж российская комедия, они все ужасны». И мне кажется, что в формировании такого стереотипа отчасти виноваты именно сиквелы, вроде третьего «Холопа», очередной части «Мажора», планов на третьего «Чебурашку» и так далее. Поэтому вместо отдельного разбора новинки поговорим об этой печальной тенденции.

Изначально российские фильмы не так плохи

Российское массовое кино принято ругать. Под новостью о буквально любой картине раньше обязательно встречался комментарий: «Лучше посмотрю обзор BadComedian». Теперь обзоры стали редкими, поэтому люди просто ворчат, высмеивают кино и ставят низкие оценки. Даже если не видели сам фильм. 

Меня эта ситуация уже давно раздражает. Не то чтобы я защитник всего российского кино — просто не люблю обобщения. Не существует такого конкретного жанра или уровня постановки, как «российское кино». Это всё равно что считать одинаковым всё аниме (сравните «Унесённых призраками», «Ковбоя Бибопа» и «Токийского Гуля») или американские фильмы (Дэвид Линч, Вуди Аллен, Майкл Бэй — все оттуда). 

Мало того, я убеждён, что ко многим российским фильмам и сериалам недовольные зрители настроены предвзято. Тот же «Холоп» — довольно яркий пример подобной истории. Многие считают, что огромные сборы первой части — следствие рекламы и накрутки. А сколько раз в комментариях к подборке российских комедий мне написали, что его стыдно смотреть. Но права на ремейки закупили в десятке стран, включая Францию и Турцию. Видимо, там тоже оценили сюжет. И я думаю, что если бы изначально появилась французская версия и её закупили для проката в России, многие зрители посмеялись бы над типичной глупой комедией из Европы и приняли бы её хорошо. 

Заметьте, я не говорю, что это великий и глубокий фильм. Лишь что российская глупая комедия не отличается от таких же европейских или американских комедий. Но аудитория готова хвалить туалетный юмор какого-нибудь «Очень страшного кино — 4», а отечественное только ругать.

Это касается и других массовых проектов. Давайте признаем, что старт «Мажора» был вполне бодрым и ярким. Сериал-боевик с клиповым монтажом и харизматичным молодым Павлом Прилучным (он теперь добрался и до «Холопа») смотрелся не хуже, чем многие стриминговые сериалы — недаром проект потом купил Netflix. Какой-нибудь «Полицейский с Рублёвки» нормально смешил. Даже первые части «Ёлок» — неплохое новогоднее кино, над которым успели поработать Бекмамбетов и Быков. Все же любят короткие истории, посвящённые разным праздникам.

Но есть нюанс. Создатели и продюсеры таких проектов не могут вовремя остановиться. Я могу хвалить первого «Холопа» и «Ёлки», стартовые сезоны «Мажора» и «Полицейского с Рублёвки». Но проходит 5–10 лет — и это вырождается в огромную и совершенно бездушную франшизу, которая нужна только для сбора денег. 

И тут говорить что-то хорошее становится всё труднее. Да, можно пояснить, что плохие сиквелы не отменяют прошлых заслуг. Но мы живём не в информационном вакууме. Когда «Мажор» превращается в бесконечный поток кринжа, а «Ёлки» — в смесь рекламы и пошлых шуток, даже самому сложно вспомнить, что когда-то они внушали надежду и веселили.

Тут, конечно, можно сказать, что это касается и всего мирового кино: какой-нибудь «Терминатор» и «Хеллоуин» тоже погрязли в плохих продолжениях. Это справедливо, но уровень недоверия к российскому кино в нашей стране намного выше. Поэтому очередной сиквел воспринимают как падение всего уровня кино. А то, что отдельный продюсер просто заработал денег, уходит на второй план.

Продолжения теряют идеи оригиналов

В первой части «Холопа» зрители наблюдали за перевоспитанием заносчивого мажора Гриши, а весь юмор строился на несоответствии его статуса в обычной жизни и необходимости подчиняться приказам в устроенной для него симуляции. Идея интересная, и в сиквелах можно было бы показать истории других людей в подобных условиях. Получилась бы антология в духе «Белого лотоса». 

Но нет, важнее сохранить в сюжете главного героя, который сам стал организовывать перевоспитание для других. И если вторая часть разрывалась между его неудачами и историей мажорки Кати, то в третьей история окончательно сходит с ума. У нас уже есть Пётр Первый и его фрегат. Почему именно это должно повлиять на очередных жертв? А потому что судостроительная компания, которой управляют бизнесмены, основана ещё при Петре. Объяснение так себе. Тем более что в сюжете речь идёт о сохранении брака. Как говорил Архитектор в «Очень страшном кино — 3»: «Я думал, небольшого отпуска было бы достаточно».

Это и есть огромная проблема множества российских франшиз: они постепенно вырождаются в максимально неестественные сюжеты, смотреть которые просто стыдно. Когда-то вышла лёгкая комедия «Любовь-морковь» с классической историей: муж и жена внезапно меняются телами. Это, конечно, не ново, но клише на то и клише, что продолжают работать. Вот только потом появился сиквел, где супруги уже меняются телами со своими детьми. А в третьей части — со своими родителями. Казалось бы, что ещё можно придумать к четвёртой части? Они поменялись телами с роботами!

Ещё «интереснее» поступили с сериалом «Полицейский с Рублёвки», где к пятому сезону вообще убрали главного героя. Александр Петров ушёл из проекта, поэтому всё внимание переключили на персонажа Сергея Бурунова. А «Мажор» из боевика про перевоспитание того самого мажора превратился в какую-то супергероику с дрифтом по Дубаю и драками на боксёрском ринге.

Или ещё пример. Я обожал первые части франшизы про богатырей. Вы помните, что «Алёшу Поповича и Тугарина Змея» снял Константин Бронзит — у него вообще-то три номинации на «Оскар»! И всё было неплохо до первого кроссовера. Но сейчас у франшизы уже 15 частей, включая спин-офф про коня, фильмы, состоящие из коротких эпизодов, как сериал, и сюжет про динозавра и портал времени.

А особенно обидно за фильм «О чём говорят мужчины». Можно сколько угодно спорить о моральной составляющей первой части, но как же это было свежо и легко. Суть не в обсуждении измен и проблем в браке, а в мечте вот так сесть с друзьями в машину, поехать куда-то на концерт и по дороге болтать обо всём подряд. 

Но популярность обязывает продолжить историю. И в сиквелах герои вроде бы делают то же самое: много говорят обо всём подряд. Но они то сидят в офисе, то просто гуляют по улице. А если и едут куда, то на поезде. Вроде бы диалоги те же, но нет ни свободы, ни ощущения дружбы сквозь года. 

Фильмы перестают говорить о чём-то настоящем

Не каждое кино обязано быть актуальным и социальным. Но даже если режиссёр и сценарист придумывают историю про полёт в космос или борьбу хоббитов с нечистью, авторы неизбежно отталкиваются от того, что видят и знают сами. Поэтому первые части множества франшиз так хороши. «Особенности национальной охоты» — кино не только про алкоголизм, это попытка понять «русскую душу». А «Мажор» и «Холоп» — ироничный взгляд на богатых бездельников.

Но когда истории бесконечно продолжают, из них исчезают любые связи с реальностью и настоящими людьми. Точно так же, как в «Форсаже» простые уличные преступники превратились в супергероев, в российском кино начинают показывать вымышленный мир. В «Мажоре» так и вовсе уходят в фантастику. 

Тот же «Холоп‑3» даже пытается говорить об актуальных темах: завязка фильма — о попытке детей сохранить брак родителей (а семейные ценности сейчас активно продвигают на экранах). Но никакие упоминания «Гигачата» и новейших смартфонов не заставят поверить, что персонажи живут в нашем настоящем мире. Даже со своими проблемами они существуют в совсем другой, гораздо более светлой и почти сказочной реальности.

И снова невозможно не вспомнить «О чём говорят мужчины», где в первых частях захватывали чуть ли не всё самое актуальное в окружающей действительности. А что в четвёртой? Герои бредут по улице и в очередной раз обсуждают жён и любовниц.

Даже первые части «Трёх богатырей» — искренние и живые истории. Все герои стараются быть честными и добрыми в мире, где даже их собственный князь хитрит и обманывает. А что потом? Пришёл очередной враг, его победили, похвалили друг друга. 

Сиквелы просто неприятно смотреть

У многих западных франшиз есть проблема с падением качества постановки. Когда они уходят с больших экранов на носители или стриминги, в серии вкладывают всё меньше денег, и в итоге получается девятый «Восставший из ада», который сняли в двух комнатах, а бюджета хватило только на резиновые гвозди. В российском кино встречается то же самое. Так, на роботов в четвёртой части «Любовь-морковь» без стыда не посмотришь. Да и «Особенности национальной политики» по постановке на порядок хуже знаменитых «Особенностей национальной охоты»: большая часть фильма просто снята крупными и средними планами в каких-то тесных помещениях.

Постановка тех же «Богатырей» становится всё более грубой и «сериальной». В первых частях у каждой истории и персонажа был свой узнаваемый стиль. Из-за этого в совместных работах Алёша выглядит лишним — его изначально нарисовали в немного иной стилистике. В «Ни дня без подвига» даже лица героев сделали совершенно гладкими, герои не ходят, а будто плывут над фоном, в котором не осталось никакого ощущения рисунка, просто невнятная графика. 

Хотя вырождение франшиз не всегда связано с дешевизной постановки. «Холоп‑3» и вовсе дороже предыдущих частей и снят с невероятным размахом: вот вам море, корабли и исторические костюмы. Да и «Мажор» растёт с каждым новым сезоном и полнометражным спин-оффом. 

Вот только смотреть их всё равно очень трудно. Отсутствие идеи и нормального сценария пытаются забить спецэффектами и быстрым монтажом. Так, «Мажор в Дубае» — посекундная нарезка кадров, где даже трудно понять, кто за кем гонится и кто кого бьёт, зато постоянно гремит музыка.

Или же можно вспомнить «Чебурашку». Многие изначально ругали ремейк классического советского мультфильма, но мне он показался вполне толковым детским фильмом — не хуже и не лучше других (в том числе и многих «проходных» советских). А вот вторая часть была точно не нужна: основная идея потерялась, снова всё ушло в бесконечное мелькание, быстрые съёмки и дурацкие гэги. А уж тем более лишняя третья, которую уже разрабатывают — там вроде как покажут народ чебурашек. То есть просто продолжат копировать франшизу про Паддингтона. 

Со всем сказанным выше очень легко поспорить, просто взглянув на суммы сборов. Понятно, что «Холопа» продолжают потому, что первые две части собрали в прокате больше 6 миллиардов рублей. Зрители ходят на это кино, снимать его выгодно. Но это не отменяет проблемы доверия к фильмам и падения их качества.

Точно так же в мировом прокате никто не назовёт очередной «Мир Юрского периода» (уже седьмой во франшизе) лучшей премьерой 2025 года. А ведь он собрал почти миллиард долларов. Зрители, идущие в кино поразвлечься, могут смотреть эту жвачку почти бесконечно, а после выхода из зала сразу забывать сюжет. Задача режиссёров — поддерживать уровень фильмов таким, чтобы во время просмотра можно было не только есть попкорн, но и думать. А потом посоветовать ленту другим. «Холоп‑3» явно не справляется с этой задачей.

Фильм 2019 года был нормальной комедией — без откровений и шедевральности, но смешной. А вот третья часть — бесконечный пафос за счёт огромного бюджета. И вроде бы в финале сами авторы прощаются с франшизой. Но картине прочат огромные сборы, а потому легко представить, что дальше мы увидим очередной сиквел, приквел, сериал, спин-офф — кто знает.