Когда и почему «вкусное кофе» будет считаться нормой, а не ошибкой

«Вкусное кофе» давно стало символом безграмотности. Однако те, кто использует слово «кофе» в среднем роде, не так уж и неправы.

История «кофе» в русском языке

Впервые это слово было употреблено в 1665 году в рецепте, который лекарь выписал царю Алексею Михайловичу. Причём врач упомянул «кофе» в среднем роде: «Варёное кофе, персиянами и турками знаемое и обычно после обеда принимаемое, изрядное есть лекарство против надмений, насморков и главоболений».

Национальный корпус русского языка даёт примеры употребления слова с начала XVIII века. С 1734 года мы находим вариант «кофий», а с 1743‑го встречается и «кофей». То есть заимствованное название напитка на русской земле получило дополнительные формы, которые имели мужской род.

Само по себе «кофе» тоже использовалось как в среднем роде, так и в мужском — колебания были с самого начала употребления этого слова, это не черта современности. С одной стороны, в голландском, немецком и французском это существительное мужского рода. И русские дворяне, хорошо знавшие европейские языки, вероятно, перенесли эту характеристику и в родную речь. По крайней мере, в XIX веке мужской род был преобладающим.

С другой стороны, и средний никуда не исчезал, потому что его просит форма слова. В русском языке существительные, которые оканчиваются на «е», обычно относятся к среднему роду: «поле», «лезвие», «кафе» (кстати, родственник нашего героя). И слово «кофе» по своим признакам тоже должно уподобляться им. Носители языка это чувствуют, поэтому и употребляют его в среднем роде.

«Кофе» как существительное среднего рода использовали писатели Андрей Белый и Алексей Толстой. В произведении Михаила Булгакова «Записки покойника (Театральный роман)» встречается такое предложение: «Кофе в чашке стояло на письменном столе». А Иван Бунин, Владимир Набоков и Иосиф Бродский употребляли и мужской, и средний род. Герои романа Набокова «Король, дама, валет» пьют «утренний кофе», а в русском переводе «Лолиты» сам автор утвердил вариант «утреннее кофе».

Что говорят словари

В 1909 году вышел «Опыт словаря неправильностей в русской разговорной речи» В. Долопчева, в котором сказано, что «кофе» должно быть среднего рода, а мужской род — это безграмотность. Однако такая точка зрения не прижилась в образованных кругах: традиция оказалась слишком сильна.

В большинстве современных справочников сказано, что это существительное мужского рода. Однако, вопреки всем возмущениям граммар‑наци, некоторые словари пишут, что «кофе» в разговорной речи может быть среднего рода. То есть в непринуждённой беседе это уже не ошибка.

Многие могут возмутиться: мол, это всё современные филологи придумали, а вот раньше люди грамотнее были, такого безобразия в старых словарях не встретишь. Что ж, в словаре Ушакова сказано то же самое, а это один из самых старых авторитетных источников.

Что будет дальше

У «кофе» есть «братья» — слова, которые тоже когда‑то были мужского рода, но из‑за своего фонетического облика перешли в категорию среднего: «какао», «фортепиано», «пальто», «метро». Да, «мне пора пить мой какао» у Тургенева, «наш старый фортепиано» у Лескова, «на нём был светло‑зелёный пальто» у Герцена — это не странности классиков. А ещё когда‑то была газета «Советский метро». Однако носители языка справедливо почувствовали в этих словах средний род.

«Кофе» стремится к тому же. Сейчас к этому слову привлекается очень много внимания, и употребление формы мужского рода стало показателем грамотности, что искусственно сдерживает закономерную смену рода. Скорее всего, она всё-таки произойдёт, а вот когда — зависит от активности пуристов. Сегодня в разговорном контексте средний род допустим, но в официальной речи мужской по‑прежнему считается единственной нормой.