«Матрица: Воскрешение» разрушит все ваши ожидания. Но это и делает фильм интересным

В 1999 году мир кино изменился. На экраны вышла «Матрица» — фильм дуэта Вачовски, который перевернул представление о блокбастерах. Потом было два продолжения: успешных, но уже не сильно удивляющих. А дальше серия ушла на покой. Нет, конечно, был ещё аниме‑сериал, книги, комиксы и игры. Но всё же на большие экраны историю не возвращали. Вплоть до 16 декабря 2021‑го, когда в кинотеатрах запустили «Воскрешение», снятое Ланой Вачовски — одним из авторов оригинала.

Казалось, что третья часть «Революция» завершила историю: Нео и Тринити погибли, между людьми и машинами установился шаткий, но мир. Саму Матрицу не уничтожили, но по договорённости все желающие освободиться получали такую возможность.

Исходя из этого, перед релизом возникал логичный вопрос: что вообще можно показать в новой части? Неужели это будет банальный пересказ той же истории? Ответ оказался неожиданным, а потому и очень спорным. Четвёртый фильм, с одной стороны, деконструирует не только сюжеты предыдущих картин, но и вообще идею продолжения старых франшиз. А с другой, сам возвращает зрителей к оригинальному сюжету. Но при этом не увеличивает размах, как было в «Перезагрузке» и «Революции», а наоборот сужает до личной драмы двух человек.

Сюжет, которого вы не ждали. Или всё та же история?

Постоянные читатели Лайфхакера знают, что чаще всего кинообзоры начинаются с синопсиса фильма. Однако в случае новой «Матрицы» придётся сделать исключение сразу по двум причинам. Во‑первых, буквально каждая фраза, описывающая начало картины, может подпортить впечатление от просмотра. А во‑вторых, говорить про дальнейший сюжет можно лишь самыми банальными фразами. Нео и его товарищи воюют за свободу против машин — как будто кто‑то ожидал другого.

И всё же завязка удивит большинство зрителей. Причём эмоции будут сильно зависеть от того, насколько трепетно вы относитесь к этой франшизе. Во всём происходящем сквозит немалая ирония. И совершенно удивительным образом «Матрица» из киберпанк‑боевика о противостоянии людей и машин превращается в эмоциональное высказывание о судьбе творца и вообще талантливого человека в современном мире. Причём делают это в стиле пост- или даже метамодерна, приближаясь к интерактивному эпизоду «Чёрного зеркала».

То есть создатели франшизы сами подшучивают над новой частью. А точнее, над необходимостью её снимать. Раньше на такое решался разве что Кевин Смит со своими продолжениями «Джея и Молчаливого Боба». Но в случае «Матрицы» и масштаб, и уровень популярности совершенно другие.

Завязка «Воскрешения» наверняка разделит зрителей на два лагеря. Одни посчитают происходящее очень весёлым и остроумным, другие же обвинят авторов в разрушении всей красоты истории.

И поэтому дальнейший сюжет тоже можно воспринимать двояко. С определённого момента происходящее утрачивает всю ироничность и превращается в типичный сиквел: авторы кое‑как склеивают нестыковки и позволяют героям и зрителям снова окунуться в мир противостояния людей и машин. Да, действие неплохо модернизируют. Даже сами персонажи шутят, что уже никто не использует телефонные будки. А заодно и влияние компьютера на человека уже происходит не по строгим формулам, а за счёт изучения поведения людей. Но в основе всё та же история и цели: у одних — контроль, у других — свобода.

Возвращение любимых героев. Или самопародия?

Ещё до объявления разработки фильма под руководством Ланы Вачовски сценарист Зак Пенн рассказывал, что придумал совсем новый сюжет, в котором главную роль сыграет Майкл Б. Джордан. Да и в фанатском сообществе регулярно всплывали обсуждения, что лучше было бы превратить «Матрицу» в масштабную киновселенную и рассказывать о других персонажах этого мира.

Но при этом многие зрители были в восторге, когда узнали, что в новой части Киану Ривз и Кэрри‑Энн Мосс вернутся к своим ролям. Правда, параллельно посыпались шутки, что первый в новом имидже скорее сыграет Джона Уика (что отлично пересекается с ироничной теорией, будто франшиза о киллере существует в мире «Матрицы»). Кстати, тут можно отметить, что в «Воскрешении» Ривз появится без бороды и длинных волос. Увы, это развенчает миф о его вечной молодости.

Других же героев представили в новом образе. Для «Матрицы» это вполне допустимо: даже «Звёздные войны» позволяли себе пересказывать одни и те же сюжеты с новыми лицами. А Вачовски и вовсе вписали повторы в саму основу сюжета. Поэтому Морфеус, агент Смит и некоторые другие персонажи появятся в ином виде. И можно спорить, насколько удачно подобрали новых исполнителей этих ролей. Морфеус и даже аналог Архитектора теперь выглядят слишком манерными и даже комичными, что совершенно не вяжется с серьёзностью и даже брутальностью старой трилогии.

Но во всём этом снова сквозит некая ирония. В современном кинематографе ни мрачные герои вроде Морфеуса, ни агрессивные злодеи по типу агента Смита уже не актуальны. В «Воскрешении» они выглядят так же гротескно, но кожаный плащ сменили яркие костюмы, а жуткий оскал — мягкая улыбка.

Классический экшен‑боевик. Или любовная драма?

Не секрет, что всю трилогию полюбили не только за философский сюжет, но и за невероятный экшен, совмещавший классические восточные единоборства и прорывную графику. И в новой части многие надеются увидеть такую же зубодробительную постановку драк и погонь.

Но здесь сразу стоит занизить свои ожидания. Нет, в картине есть несколько очень даже эффектных сражений, а отдельные сцены даже копируют классику. Но в том же «Джоне Уике» постановка выглядела намного остроумней. Самое обидное, что «Матрица: Воскрешение» потеряла немалую часть фирменного стиля экшена франшизы.

Здесь нет того самого «нам нужно много оружия», обходятся простыми пистолетами, легендарный bullet time заменяют банальным замедлением. Да и рукопашные битвы уже не вызывают такого восторга. Нет ничего сравнимого ни с легендарным первым сражением Нео и Смита, ни с погоней на шоссе. И даже герой Ривза иногда напоминает персонажа компьютерной игры под управлением посредственного игрока. Он использует один и тот же приём во всех сложных ситуациях. Эффективно, но не впечатляюще.

И, скорее всего, постановкой экшена в стиле «Матрицы» попросту уже никого не удивишь. Bullet time и вовсе признали одним из самых надоевших клише в кинематографе. Вот от него и решили отказаться, а заодно и от зелёного и голубого фильтров в картинке. Но трудно избавиться от мысли, что в «Воскрешение» сражения добавляли словно нехотя, как обязательную составляющую.

Ведь очевидно, что Лане Вачовски больше хотелось рассказать о другом. Как бы это банально ни звучало — о силе любви.

Разумеется, не стоит забывать, что вторая и третья части тоже были во многом построены на отношениях Нео и Тринити. Однако теперь эту линию делают не просто главной, это вообще основа всего существования. И иногда такой драматизм кажется слишком уж нарочитым. А что ещё хуже, он не приводит ни к чему. Как будто концовку к фильму просто забыли придумать, дописав банальное «И жили они долго и счастливо».

Наверняка «Матрица: Воскрешение» разозлит многих поклонников. И в то же время часть зрителей останется в восторге от картины: кто‑то от ностальгии и встречи со знакомыми героями, кто‑то — от ироничности сюжета.

Но в любом случае каждому, кто знаком с оригинальной трилогией, стоит дать шанс продолжению. Хотя бы как раз из‑за его неоднозначного сюжета и морали. Ведь когда‑то первая «Матрица» заставила весь мир обсуждать её. И теперь хочется спорить о новом фильме, пусть и на совсем другие темы.