Алексей Водовозов

Популяризатор науки, журналист и медицинский блогер.

«То, что сегодня называют тайм-менеджментом, в армии знали уже давно»

— В какой момент вы поняли, что хотите стать врачом?

— Это произошло в далёком детстве. Мои родители занимались медициной: папа — врач, а мама — фельдшер-лаборант. Неудивительно, что моими игрушками была лабораторная посуда и стетоскопы, а раскрасками — анатомический атлас Синельникова. Потом папа стал офицером медицинской службы, а мама всё время работала в лаборатории. Меня было не с кем оставить, так что иногда я выезжал с отцом на учения и видел, как разворачивается медицинский пункт. Было безумно интересно: я маленький мальчишка, а передо мной всё армейское, увлекательное, настоящее. Всё можно было потрогать и пощупать.

Я знаю, что дети военных, видя тяготы и лишения, иногда пропитываются неприязнью к армии, но у меня этого не произошло: я был расположен к армии и медицине. Наверное, в тот момент я и понял, что это моё. К тому же у меня не было склонности ни к гуманитарным, ни к техническим наукам. Раньше говорили, что в таком случае самое место как раз в медицине. Так я и попал в Военно-медицинскую академию.

— Обучение в гражданском университете и Военно-медицинской академии чем-то отличается?

— Мне сложно сравнивать, потому что я не учился в гражданском университете. Но мой сын сейчас заканчивает третий курс медицинского вуза, и с них однозначно требуют меньше. У нас, помимо обычной нагрузки, была ещё и военная — наряды, учения и тревоги. Этот компонент очень дисциплинирует. То, что сегодня называют тайм-менеджментом, в армии знали уже давно.

А ещё армия научила меня принимать решения. Например, чтобы развернуть медицинский пункт, нужно выполнить конкретный набор действий. Брать ответственность на себя в нужный момент и решать, как поступить при минимуме доступной информации, — важный навык. Приходится сперва быстро действовать, а потом отвечать за последствия.

«Шарлатаны убеждают, что есть нечто страшное и это нужно лечить»

— Сейчас вы занимаетесь исключительно просвещением или продолжаете вести приёмы?

— Нет, приёмы я не веду. Я ушёл из армии в 2001 году, попытался найти себя на гражданке и немедленно вляпался в медицинское шарлатанство, с которым не сталкивался до армии. В этот момент я и понял, что должен про это рассказывать. Пришёл по объявлению в Lenta.ru и устроился обычным новостным редактором: писал политические и экономические новости. После этого мне предложили пойти в Mednovosti.ru, где я довольно долго работал журналистом по своему профилю.

— Вы называете себя «коллекционером медицинского шарлатанства». Какие экземпляры в вашей коллекции самые ценные?

— Шарлатанство можно поделить на две большие группы: диагностическое и терапевтическое. Обычно они тесно связаны между собой. Как правило, в обычной больнице вы приходите к врачу диагносту, сдаёте анализы, получаете результаты и уходите на все четыре стороны, потому что вмешательства не требуется: состояние в пределах нормы. На тёмной стороне медицины так не будет никогда. У вас что-нибудь обязательно найдут, а если ничего не обнаружится, диагноз придумают.

Шарлатанские методики никак не связаны с медициной, но при этом позволяют убедить человека в том, что есть нечто страшное и это нужно лечить. Причём не лекарственными средствами, а биодобавками, гомеопатией и прочими средствами, которые зачастую даже не зарегистрированы в нашей стране.

В одно время в медицине была мода на стволовые клетки, например рыб. Я смотрел и думал, что это самая удивительная вещь, с которой я столкнусь, но нет: буквально недавно в аптеках стали появляться кремы со стволовыми клетками виноградных косточек. Они якобы проникают внутрь кожи и обещают её омолодить, но становитесь ли вы при этом виноградом, не уточняют.

Алексей Водовозов:
Рабочее место у подножия горы Айкуайвенчорр в Хибинах (1 075 метров над уровнем моря)

— Каким образом можно убедить человека в том, что у него не всё в порядке?

— Человек — очень внушаемое создание, так что обмануть его легко. Этому способствует в том числе и интернет, который регулярно тиражирует страшилки о том, что все мы обязательно умрём. Если не завтра, то послезавтра однозначно. Всё настолько страшно и ужасно, что человек, прислушавшись в себе, обязательно что-то найдёт: сердце не так стучит, непонятный зуд, странные мысли.

Нужен только толчок, а после него пациент пойдёт к товарищу шарлатану, потому что вокруг медиков сегодня негативный ореол. Спасибо средствам массовой информации, которые помогли его создать, а также не всегда продуманным реформам, из-за которых из медицины разбежалась большая часть адекватных специалистов. Если приплюсовать ещё и нынешнее образование, которое требует от начинающих врачей гораздо меньше усилий, чем прежде, то вырисовывается не самая замечательная картина.

А с горизонта уже машут радостные шарлатаны, которые сулят человеку непременное исцеление от всего, что у него есть. Они несут колоссальный заряд позитива и обещают, что не придётся стоять ни в каких очередях — всё необходимое проверят в одном месте. Это удобно, но в нормальной медицине такого не бывает: у врачей есть специализация, потому что один человек не сможет одновременно запомнить такой объём информации, чтобы работать со всеми частями тела, органами и системами. Важно, чтобы специалист хорошо знал свою область, но шарлатанам это безразлично.

— Как же им удаётся запудрить пациентам голову?

— Первым делом вам говорят, что прибор разработан с помощью космических технологий и доступен только в одном медицинском центре, а все исследования проведут прямо на месте. Вы надеваете на голову наушники, слышите щелчки, а затем на экране появляются срезы органов и значки. Они показывают зарождение неких патологических процессов.

При этом человеку объясняют, что обычная медицина якобы бьёт по хвостам: лечит только симптомы, а не человека. Они же поймали болезнь, которая только готова развиться, поэтому требуются не лекарства, а биодобавки. Дилер сидит с чемоданчиком рядом с кабинетом или в ближайшей аптеке. Иногда и сам псевдодоктор одновременно может быть распространителем биодобавок.

— Вы медицинский журналист и стараетесь бороться с заблуждениями, но насколько это получается? Что-нибудь меняется?

— Я бы не сказал, что ничего не меняется, потому что у меня есть обратная связь. Мне активно пишут разные люди, в том числе и негативно настроенные. Чаще всего это антипрививочники и гомеопаты, которые обзываются и грозятся судами. Они убеждают меня, что я куплен всеми фармкомпаниями одновременно и вообще продвигаю программу геноцида русской нации.

К счастью, позитивных отзывов на мои работы всё равно больше. Люди часто говорят, что мне удалось разложить по полочкам всё, что было у них в голове. То же антипрививочное настроение часто появляется в форме защитной реакции. Пропрививочники не всегда доносят информацию аргументированно и корректно. И люди встают на сторону «против» только потому, что не понимают сторону «за».

Даже в продвижении знаний о важности прививок есть некоторые тонкости. Нельзя оголтело агитировать за применение вакцин. Понятно, что это замечательное изобретение, которое позволяет нам жить дольше, но некоторые люди впадают в крайность и начинают кричать о прививках без объяснений, а для многих это важно.

Именно из этого выросла моя колонка Злого критика, которая появилась на сайте журнала «Здоровье», затем перекочевала на «Медпортал», а сейчас находится на сайте «XX2 век». Она построена на доскональном разборе некоторых утверждений — в том числе и антипрививочников. Впрочем, сейчас на мой операционный стол попадают даже Instagram-блогеры. Сначала я не воспринимал эту площадку всерьёз, но недавно открыл её, ужаснулся и понял, что там немало людей, которые всех дурят.

— Что это за люди?

— Мне часто говорили про Наталью Зубареву, Елену Корнилову и Катю Чи. У этих девушек огромное количество подписчиков — от 100 тысяч до миллиона. Я удивился, начал читать, и оставшиеся на моей голове волосы встали дыбом. Люди рекомендуют своим читателям ужасные вещи — кофейную клизму, например. Она отлично изучена и имеет огромное количество побочных эффектов: проблемы с сердцем и даже летальный исход. Кроме этого, дамы советуют огромные наборы из биодобавок: чтобы методика сработала, нужно принимать по 20–30 таблеток в день.

Я понимаю, что чаще всего их читают молодые ребята. В юном возрасте подобные вмешательства могут пройти без особых последствий, но люди бывают разные. Судя по отзывам, посты этих девушек убеждали людей отказываться от химиотерапии при онкозаболеваниях, а некоторые вообще заработали болезни, которых у них раньше не было. Подобные блоги — островки мракобесия, с которыми лучше не сталкиваться. Девушка красива и стройна, поэтому подписчики начинают повторять всё, что она советует, чтобы стать такими же. Хотя на самом деле это просто её способ заработка. Как оказалось, Instagram — неплохая площадка для этого.

Алексей Водовозов:
Лекторы зарабатывают на обратную дорогу: трио научных журналистов поёт медицинские песни

— Будем честны: иногда ложь можно услышать и от медицинского персонала. У нас плохой уровень образования?

— К сожалению, такое случается. Надо учитывать, что даже если образование дали, не каждый студент его взял. Некоторые, получив диплом, кладут его далеко на полку и забывают про специальную литературу. Разумеется, сейчас есть требования: каждые пять лет врачи должны проходить повышение квалификации и подтверждать сертификат специалиста, но иногда этот вопрос решается с помощью некоторого количества денег.

Кроме того, в гражданских вузах появилась возможность учиться платно, поэтому университет заинтересован в том, чтобы тащить студента до последнего. Именно из-за этого среди начинающих врачей так много двоечников и троечников, которые покупают экзамены. Мне страшно представить, что случится, когда такие люди дойдут до выпуска и останутся в медицине. Последствия заметны уже сейчас. Представители старой гвардии постепенно уходят и происходящее в медицине не оставляет надежды, что люди перестанут бежать из неё.

Серьёзно страдает первичное звено оказания медицинской помощи — там практически некому работать. Думаю, многие видели зарплатные ведомости, на которые страшно даже смотреть. Общий вектор плачевный, так что количество адекватных медиков в отрасли будет только сокращаться.

Плачевная ситуация провоцирует отношение к врачам, как продавцам медицинских услуг и навязывание схемы «Пациент всегда прав». Люди не исполняют назначения доктора, самостоятельно корректируют их, а потом жалуются на отсутствие результата. Они почему-то думают, что врачи обязаны им по гроб жизни в любой ситуации. Даже когда закончился приём или приходится работать на три участка, потому что больше некому. Врачей избивают и преследуют по суду за вещи, которых они не совершали. Иногда случаются совершенно несправедливые ситуации, которые ухудшают и без того плачевное состояние здравоохранения.

Периодически врачи и сами не понимают, что делают что-то не так. На государственном уровне часто продвигаются сомнительные лекарственные препараты с недоказанной клинической эффективностью. Это, пожалуй, одна из основных проблем. Человек может быть приемлемым врачом, который не продвигает мракобесие, но он верит лидерам мнений — профессорам и академикам, которые на научной конференции рассказывают об успехах того или иного препарата.

Алексей Водовозов:
Буквально через полчаса после этого дружного фото мы с Борисом Цацулиным радикально разойдёмся в вопросе биодобавок в ходе Science Battle в «Зануде»

— На что обращать внимание во время приёма, чтобы не попасться на уловки, о которых знают только внутри сообщества?

— Если вам назначили некий список препаратов, можно с лёгкостью проверить их в Государственном реестре лекарственных средств. Он находится в открытом доступе на сайте Минздрава. Если вы не нашли того, что вам выписали, к врачу могут возникнуть первые вопросы. Второй этап — реестры Роспотребнадзора, в которых собраны биодобавки, косметика и всё прочее.

Если вы нашли часть «лекарств» в роспотребнадзоровском списке, с таким врачом лучше больше не встречаться, потому что нормальными лекарственными средствами он не пользуется. А если ни в одном реестре препаратов, которые вам прописали, нет — это ещё более серьёзный повод задуматься. Скорее всего, ваш врач продвигает странные вещи.

С постановкой диагноза сложнее: доказать, что врач ошибся, очень трудно. Даже если это так, возникает дилемма: сделал он это специально или не нарочно. Чаще всего намеренно болячки добавляют частные клиники урологического и гинекологического направления. Они находят одну половую инфекцию и приписывают ещё четыре бонусом от фирмы, чтобы вы потратились на анализы и препараты и увеличили средний чек врача.

Следущий звоночек — странные диагнозы. Например, напряжение печени, зашлакованность организма третьей степени или закисление крови. Существует Международная классификация болезней, которая доступна в интернете. Поищите в ней диагноз, который вам поставили, и если он не обнаружится — вас дурят.

Ещё один интересный критерий, по которому легко отличить шарлатанство — возможность предоставить социально значимый медицинский документ на основе поставленного диагноза. Спросите, можно ли по заключению врача получить больничный или оформить инвалидность? По липовым направлениям никакие справки не выдаются, потому что как только дело дойдёт до экспертизы, выяснится, что диагноз не имеет никакого отношения к медицине.

Последний из доступных методов — наличие некоего контрольного состояния или заболевания. Например, вы точно знаете, что у вас нет правой почки, но врач нашёл в ней какое-то заболевание. Сразу становится понятно, что за квалификация у вашего диагноста.

«Вакцинация — это наш общественный долг»

— Вы говорите, что медицина в плачевном состоянии. Стоит ли человеку, который мечтает стать врачом, идти в эту профессию?

— Плачевное состояние не повод отказываться от мечты. Если дожидаться идеальных условий, они могут никогда не наступить. В 90-е тоже было непросто, но мы всё равно работали и оказывали помощь. В конце концов, старую гвардию нужно кем-то заменять, и хорошо, если это будут мотивированные люди, которые пришли в профессию осознанно.

Сейчас есть масса возможностей проверить, подходит ли вам медицина. Существуют проекты «Умная Москва», «Умный Питер» и другие, куда можно прийти и попробовать себя в роли эндоскопического хирурга. Понятно, что вам не дадут резать живые ткани, но вы поймёте, что при помощи того же оборудования довольно сложно развернуть конфету или построить домик из спичек. Используйте эту возможность.

Если всё-таки соберётесь идти, знайте: придётся работать с гигантским объёмом информации. Многое нужно запоминать, хотя сейчас это не модно — все пользуются флешками и облачными хранилищами. Впрочем, врачи не всегда оказываются там, где есть интернет и электричество. В экстремальных условиях с вами останутся только руки и знания, поэтому багаж точно должен быть. Врач обязан оказать первую помощь — за нарушение этого правила существуют статьи в законодательстве.

Кроме этого, вам придётся пропускать через себя всю боль пациента. Если вы не будете этого делать, из вас получится весьма посредственный врач. С другой стороны, нельзя перебарщивать, потому что есть опасность профессионально выгореть. Нужно учиться держать дистанцию: сделать больно, чтобы потом человеку было хорошо. Навык ставить щит между собой и пациентом в нашей профессии очень пригодится. Это сложно, потому что есть риск скатиться в полный цинизм и не воспринимать пациентов как людей, но с другой стороны поджидает выгорание. Ищите золотую середину.

Ещё один совет: уйдите, если чувствуете, что это не ваше. Можно сменить специализацию или направить усилия на исследования, но лучше не работать с пациентами, если вам это не нравится. У нас и так слишком много врачей, которые не умеют этого делать.

Стоит также понимать, что если вы поступили в медицинский вуз, ваша учёба будет пожизненной. Знания в нашей области быстро увеличиваются. Если вы год не читали специальную литературу и не смотрели лекции, то стопроцентно сильно отстали. Медицина — это учёба, которая будет преследовать вас всю оставшуюся жизнь. Нормальный врач познаёт до последнего вздоха.

Алексей Водовозов:
В прямом эфире передача «Здоровая среда». С коллегами врачами и журналистами в родной Астрахани

— Какими навыками и качествами должен обладать хороший врач?

— Сложно сказать, потому что врач-лаборант, хирург и терапевт должны обладать разным набором компетенций. Не могу сказать, что нужно в себе воспитывать, но расскажу, с чем точно придётся сталкиваться.

В первую очередь — это гигантская ответственность. Инфантильность сегодня распространена, но принимать решения и брать за них ответственность потребуется сразу после выпуска из университета. Если в дипломе написано «врач», вы обязаны оказывать помощь любому человеку, который за ней обратится.

Ещё одна немаловажная вещь — умение спокойно реагировать на различные ситуации. Хладнокровие и взвешенность вам точно пригодятся, потому что пациенты бывают разные. К тому же в состоянии болезни у них меняется психика. Самые обычные заболевания — например, хроническая боль — очень сильно меняют человека. Это совсем не те персонажи, которые придут к вам вылеченными, радостными и довольными. Больной пациент в лучшем случае злой и раздражительный, а в худшем — может полезть в драку.

Кроме этого, важно выучить английский. Раньше международным языком была латынь: на ней писали диссертации и лекции, а сегодня в медицине нечего делать без английского. Это международный язык науки, на котором появляется практически вся актуальная информация. Может, потом её заметят и переведут, но к этому моменту пройдёт 5 или 10 лет. А может этого и вовсе не случится. К тому же английский даёт возможность практики и обучения за рубежом.

Также важно развивать критическое мышление к информации и учиться работать с ней. Этому нигде не учат, но существуют онлайн-курсы — например, Coursera. В своё время я получил там немало умений, которых мне не дали в академии.

— Вы активно выступаете против движения антипрививочников и говорите, что без вакцин многие люди могли вообще не появиться на свет. Почему?

— Мы биологический вид, поэтому болезни для нас — фактор отбора и регулятор численности популяции. Полностью отрицать влияние эпидемий на человечество глупо: некоторые мы наблюдали совсем недавно. Вспомним, что в середине XIX века по Европе прокатилась одна из последних эпидемий натуральной оспы. Она унесла более 500 тысяч жизней. В 1918 году испанка уничтожила столько людей, что точное количество жертв до сих пор не установлено. По самым скромным подсчётам, около 50 миллионов человек, а по самым пессимистичным — около 100 миллионов. Никаких гарантий, что эпидемия не повторится, у нас нет, но существует статистика инфекционных заболеваний, по которой хорошо видно, что с появлением прививок продолжительность жизни постепенно увеличилась, а количество инфекционных заболеваний — сократилось.

Мы не умеем уничтожать вакциноуправляемые инфекции, но можем держать их за забором. Полностью истребить получилось только натуральную оспу, потому что к этому приложил колоссальные усилия весь мир: была организована принудительная вакцинация. Ситуация уникальная, так что с остальными инфекциями такой фокус, боюсь, не пройдёт. Именно поэтому важно, чтобы забор, который мы выстраиваем, был высоким и не содержал прорех. Если в нём будут дыры, мы получим ту же ситуацию, что с дифтерией в 90-е годы или с корью сейчас.

Проблема в том, что вакцинация — это не о личном. Естественно, большинство прививок снижают риск заражения инфекцией и возможность летального исхода, но все остальные преимущества — об общественном. Мы не становимся источниками инфекции и не распространяем её в популяции. Кроме этого, есть люди, которым вакцинация противопоказана, и мы должны защитить их от заболеваний. Это наш общественный долг. Понимаю, что выражение ныне не модное, но нужно принять, что у нас есть некоторые обязательства перед другими людьми.

— Расскажите, как выглядит ваше рабочее место?

— Я работаю журналистом, так что моё рабочее место везде, где есть интернет. Это может быть номер в отеле, набережная с Wi-Fi или зал ожидания в аэропорту. Для работы мне достаточно планшета-трансформера, с которым я не расстаюсь уже много лет. Он маленький, очень долго держит заряд и имеет вместительный жёсткий диск.

Единственное, что я везде вожу с собой, — мышь. У меня большая рука, а вдобавок в своё время я доработался до туннельного синдрома. Было тяжело: он долго проходил и приходилось надевать лангету. В качестве неё я первое время использовал перчатку для боулинга с металлической пластиной. Рука с того времени по-прежнему чувствительна к нагрузкам, так что мне пришлось подобрать анатомическую мышь. Я нашёл только одну большую модель и везде вожу её с собой — с другими никак не могу работать.

Естественно, все рабочие проекты должны быть с собой, поэтому в состав рабочего места входит ещё и внешний жёсткий диск и облачные хранилища информации.

Алексей Водовозов:
Мобильное рабочее место научного журналиста. Рюкзак, точно соответствующий максимальным размерам разрешённой ручной клади, планшет-трансформер, анатомическая мышь, фотоаппарат. И кот породы мейн-кун: 10 кг живой массы и ровно 1 метр от кончика хвоста до кончика носа (необходим в качестве антистресса)

— Как вы организуете себя в течение дня?

— Главное — не откладывать на последний момент. Этот навык воспитан во мне ещё с курсантских времён. Я знаю, что прокрастинация — вещь чрезвычайно модная, но всё-таки понимаю, что иногда статья действительно может просто не идти. В такие моменты нельзя откладывать проект и вообще к нему не возвращаться. Можно делать небольшие шажки — читать литературу, а не писать. Иногда нужно просто прогуляться и структурировать всё в голове. Так ты всё-таки работаешь, а не тупо пялишься в монитор. Потом возвращаешься с полной ясностью и делаешь всё за 2 часа. Нужно просто переключиться.

— Вы пользуетесь какими-нибудь приложениями, которые позволяют упростить жизнь и сэкономить время, нервы, силы?

— Если говорить о профессиональных вещах, мне очень нравится расширение для браузера UnPayWall. Оно необходимо для легального доступа к полным текстам статей. Часто я пишу о каких-то лекарствах и заболеваниях, поэтому заказчики просят указать, какими исследованиями я пользовался. Меня необходимо проверить и понять, на что я ссылаюсь, потому что любой человек может ошибаться. Для этого требуется легальный PDF, и расширение может в этом помочь.

Кроме того, есть ещё один способ получить легальный доступ к статьям и попросить какого-нибудь исследователя дать комментарий для статьи. Для этого пригодится сеть ResearchGate, куда пускают только исследователей и научных журналистов. Последним нужно предъявить скан удостоверения и свои публикации в серьёзных изданиях. Сайт очень помогает в работе, потому что учёные в этой сети отвечают в течение нескольких минут — у них настроена система оповещений. Это замечательная вещь, которую я очень рекомендую научным журналистам.

Момент рождения мема «Ешьте котиков: в них витамин С», форум «Учёные против мифов — 7»

— А чем занимаетесь в свободное время?

— Это непростой вопрос, потому что свободное время человека, который работает удалённо, — вещь довольно эфемерная. Я не могу делать что-то восемь часов подряд, как это бывает в офисе, но могу поработать два часа, а потом пойти что-нибудь приготовить.

Мне нравится кулинария. В курсантское время мы жили в общежитии, и на нашем курсе обучались представители 40 национальностей, поэтому я научился готовить массу разных блюд и знаю множество рецептов. Например, в обычную яичницу достаточно добавить зелень и помидор, чтобы получилась яичница по-армянски с совершенно новыми вкусовыми оттенками.

В основном моё свободное время забирают лекции и поездки по стране. Это своеобразный способ переключиться. Раньше я бы никогда не выбрался на Камчатку, потому что это далеко и дорого, но когда там организуют лекцию, есть возможность посмотреть на вулканы и Тихий океан. Во время таких поездок отдыхаешь по полной программе.

Ещё мне нравится музыка. Во время учёбы я играл в группе на клавишах. Сейчас дома есть синтезатор и гитара — я умею пользоваться простейшим набором аккордов. Музицирование — отличный способ переключиться и подумать. В этом плане это часто меня спасает.

Кроме того, мне нравятся кошки. Сейчас у меня их шесть, хотя своих всего четыре, ещё два кота — дочкины. Все тайские — эта порода очень нравится нашей семье. Они человекоориентированные и интеллектуально развитые. Недавно японские учёные подтвердили, что кошки знают свои клички и отличают их от других, но я знал это задолго до них. К тому же эти животные лучше всех снимают стресс. Просто берёшь их на руки, гладишь, и становится хорошо. Да и вообще, они самый показательный пример того, как нужно расслабляться. В этом деле кошки чемпионы, которые давно постигли дзен.

Лайфхакерство от Алексея Водовозова

Книги

В детстве на меня произвела неизгладимое впечатление книга М. И. Яновской «А есть ли предел?» об истории создания вакцин, сульфаниламидов и антибиотиков. После неё я стал интересоваться не только научной составляющей медицины, но и её историей. Увлечение сохранилось до сих пор. Плюс я любил — и до сих пор люблю — хорошую фантастику, поэтому «Девочка с Земли» Кира Булычёва была зачитана до дыр. Как и Стругацкие. Как и Азимов. И Асприн, и Хайнлайн, и Гаррисон — отдельно горжусь сборником похождений Джимми ди Гриза с автографом автора.

Книги, заслуживающие внимания, теперь стало сложно советовать. Ещё лет 10 назад назвал бы 2–3, но сегодня столько всего написали, перевели и издали, что я, если честно, теряюсь. Но всё равно попробую.

Итак, если вас интересует медицинское шарлатанство — как оно возникло, почему столь популярно и что с этим делать — «Ни кошелька, ни жизни» Э. Эрнст и С. Сингх. В паре с моей книгой «Пациент разумный» (а ещё я скромный, да) получается настоящая и максимально полная энциклопедия как диагностического, так и терапевтического шарлатанства.

Если хочется понять, что за зверь доказательная медицина — «0,05» Петра Талантова. Первая в нашей стране книга по этой теме с отличным историческим экскурсом и разбором наиболее актуальных и спорных моментов.

Прекрасный научный журналист Бен Голдакр разложил по полочкам bad science и bad pharma: далеко не вся наука и не все лекарства одинаково полезны, к сожалению. Два основных его труда переведены на русский — это «Обман в науке» и «Плохие лекарства».

Если вы хотите узнать, как врачи болеют смертельно опасными заболеваниями, — «Когда дыхание растворяется в воздухе» Пола Каланити. Автор — врач-хирург, умерший от рака лёгких, но до последнего момента работавший и описывавший это всё в книге.

Каково это — уйти из медицины на пике карьеры и резко поменять сферу деятельности. Спойлер: очень непросто. Великолепный британский комик Адам Кей даже предупреждает об этом в самом названии своей книги «Будет больно».

Известный нейрохирург Генри Марш в двух своих книгах «Не навреди» и «Призвание» рассказывает, как непросто выбрать стезю врача, научиться пропускать через себя боль тысяч пациентов и их смерти. Лучшее пособие по медицинской этике ever.

Пол Оффит в книге «Смертельно опасный выбор» подробнейшим образом разбирает антипрививочные мифы: как они зародились и чем могут навредить отдельному человеку и всему человечеству.

Авторы блога «История медицины» Алексей Паевский и Анна Хоружая в своих книгах «Вообще чума!» и «Смерть замечательных людей» раскрывают малоизвестные страницы их давнего и сравнительно недавнего прошлого. В частности, объясняют, когда появились первые масштабные эпидемии и что мы можем внятного рассказать о смерти Тутанхамона или Блока.

Сергей Бутрий, отличный педиатр, адекватный и грамотный специалист (тоже из «наших», из врачей нетрадиционной медицинской ориентации на доказательную медицину) составил инструкцию для родителей — что делать и, главное, чего не делать, когда болеет ребёнок. Называется «Здоровье ребёнка. Современный подход. Как научиться справляться с болезнями и собственной паникой».

Если вам интересна внутренняя кухня военной медицины, в частности, как жили и учились курсанты Военно-медицинской академии в 1980-х годах, рекомендую книгу Андрея Ломачинского «Академия родная». Мы учились на одном факультете с разницей в 5 лет, так что я успел застать многих описанных персонажей и принять участие в различных традиционных «ритуалах» и «обрядах», например в знаменитом «празднике жопы» (ночь накануне экзамена по нормальной анатомии).

Сериалы

Сериалы просто нравятся. Хотя и те, что не нравятся, тоже могут вдохновлять. У меня есть целая лекция по ошибкам в медицинских сериалах.

Из просто нравящихся — «Шарлатаны», «Вечность», «Чёрное зеркало», «Электрические сны Филипа К. Дика», «Хэппи», «Миллиарды», «Безмозглые», «Видоизменённый углерод», «Светлячок», «Рим».

Видео

Из того, что смотрю регулярно на YouTube, — канал Дмитрия Пучкова. Не только потому, что меня туда приглашали. Иногда там попадаются очень интересные и примечательные люди.

Кроме того, канал UrgentCare — его ведут скоропомощники, которые рассказывают о действиях в разных неотложных ситуациях, начиная ранением ножом и заканчивая укусом змеи. Очень доходчиво, наглядно, а главное — всё научно обоснованно.

Каналы «НаукаPRO» и «Антропогенез.ру» — опять же не только потому, что там есть мои выступления. Здесь качественная научно обоснованная информация от действительно увлечённых людей и специалистов своего дела.

Канал Анатолия Шария — ну тут просто приятно посмотреть, как работает настоящий профессионал в деле журналистики. Качество работы вызывает уважение. А ещё смотрю каналы музыкантов — Александра Пушного, Alina Gingertail, Владимира Зеленцова. Это для души!

Блоги и сайты

Из блогов и сайтов регулярно читаю зарубежных коллег по опасному бизнесу борьбы с мракобесием — ScienceBasedMedicine.org, сайт RetractionWatch, врачебную сеть UpToDate, блог Леонида Шнайдера ForBetterScience и блоги российских врачей и журналистов — как по рабочей необходимости, так и просто чтобы оставаться в курсе дела.