7 самых жутких существ из русских народных поверий

Монстры вроде вампиров, оборотней и зомби из зарубежных культур у всех на слуху. Они становятся персонажами фильмов и сериалов ужасов, в них переодеваются на Хеллоуин — в общем, популярностью такие персонажи не обделены.

Однако в славянском фольклоре существуют не менее жуткие персонажи — ничуть не хуже Дракулы и Франкенштейна. Если не знаете, кем пугать знакомых во время ночных посиделок при свечах, — вот несколько отличных кандидатов.

1. Шуликуны

Шуликуны — это малоприятные создания, которые упоминаются в поверьях населения севера Европейской части России, Прикамья, Урала, Сибири и Дальнего Востока. Скорее всего, они как‑то связаны с якутскими мифологическими персонажами сюллюкюнами.

Шуликуны относятся к так называемой «святочной нечисти». Эти духи якобы выходили из воды на землю перед Рождеством, а после Крещения ныряли обратно в свои проруби.

Утопленный некрещёный младенец превращался в поистине адского монстра. Во время Святок озверевшие шуликуны бегали по улице, отрастив козлиные ноги, и изрыгали пламя изо рта. Ростом мёртвые дети были «с кулачок», но нехватку габаритов компенсировали тяжёлым вооружением: раскалёнными сковородами с углями и железными крюками. Этими приспособлениями они пытались «закрючить и сжечь» всех несчастных пьяниц и прохожих, которым не посчастливилось попасться им на пути.

Шуликуны не только перемещались пешком, но и разъезжали на лошадях верхом, на санях, в ступах и даже на горячих печах. Чтобы не допустить этих существ в избу, хозяйки выпекали кресты из хлеба.

Поскольку шуликуны обитали в воде, а бродить по земле могли лишь зимой, им приходилось носить остроконечные железные шапки. Зачем? Чтобы пробивать лёд перед всплытием.

Мораль: не стоит ходить ночью по улицам, особенно пьяным. Вам могут встретиться дети, родители которых решили не заниматься их воспитанием.

2. Жердяй

Наверняка вы слышали про такого любопытного персонажа, как Слендермен. Буквально — «тонкий человек». Его придумали участники интернет‑форума Something Awful в 2009 году, и с тех пор он появился во множестве мемов, крипипаст, игр и фильмов ужасов.

Но у Слендермена есть славянский родственник, который куда древнее и длиннее его, — некто Жердяй. Его описал ещё Владимир Даль в своей книге «О поверьях, суевериях и предрассудках русского народа».

Жердяй, от жерди — предлинный и претоненький, шатается иногда ночью по улицам, заглядывает в окна, греет руки в трубе и пугает людей. Это какой‑то жалкий шатун, который осуждён слоняться по свету без толку и должности.

Владимир Даль

«О поверьях, суевериях и предрассудках русского народа»

Даль предполагал, что Жердяй — это вольная переработка русскими крестьянами другого мифического персонажа, Кощея Бессмертного. Обычно он беспокоил жителей домов, у которых ворота выходят на полночь — то есть на север. Чтобы избавиться от непрошеного визитёра, крестьяне молились, постились и использовали свечки, взятые с богослужения в Страстную пятницу, — ими коптили висящий на притолоке над дверью крест.

Впрочем, существуют сказки‑страшилки, в которых Жердяй, терроризировавший жителей неназванной деревни, в конце концов был побеждён простым солдатом, остановившимся у сестры на побывку. Вояка ударил призрака оглоблей по колену, тот упал, подвергся непродолжительным побоям, после чего убрался из села.

Мораль: физическим воздействием можно добиться большего, чем свечками и молитвами.

3. Русалки

Забудьте о милой рыжеволосой Ариэль, мечтавшей получить ноги, чтобы очаровать принца. Суровые славянские русалки были куда менее приятными личностями.

Ариэль — это mermaid, то есть «морская дева», — прекрасная женщина с рыбьим хвостом. В русском переводе её назвали русалкой, хотя уместнее было бы слово «фараонка» — так когда‑то именовались полурыбы‑полудевы, якобы произошедшие от утонувших во время погони за Моисеем египтян.

Оригинальные русалки из восточнославянского фольклора имели ноги, но при этом были не живыми. Они получались из утопленниц — молодых женщин, совершивших самоубийство из‑за того, что их бросили любовники. Или утонувших из‑за несчастного случая, или даже умерших от болезни — необязательно связанной с водой.

Естественно, от созданий с такой нелёгкой судьбой не приходилось ожидать ничего хорошего. Русалки, или мавки, как их ещё называли, могли притворяться живыми женщинами и соблазнять молодых мужчин, заманивая их к себе в воду. А затем топили несчастных, щекотали их до смерти или — в особо брутальных вариантах — сдирали живьём кожу. Также они носились нагими по ночам в лугах и лесах и проказничали — человек, увидевший их, мог сойти с ума и сам начать бегать в таком виде.

Русалки по ночам могли проникать в подсобные помещения, высасывать молоко у коров и пожирать сельхозкультуры — в особенности они якобы любили горох. А когда делать им было нечего, они часами сидели неподвижно и расчёсывали чрезвычайно длинные волосы. Если в этот момент украсть гребень, русалка будет преследовать воришку до дома и убьёт его.

Чтобы избавиться от мавки, приставшей во время ночной прогулки, русские крестьяне рекомендовали молиться, читать заговоры, а также попробовать бросить ей какой‑нибудь фрагмент одежды — завладеть ею голые русалки очень хотели. Ношеный носок, как в «Гарри Поттере», вполне подойдёт.

Если же всё это не помогало, имеет смысл уколоть мавку булавкой, потому что она, как всякая нечисть, недолюбливает железо. Это, кстати, вполне может сработать и в том случае, если вы имеете дело не с утопленницей, а с живой женщиной.

Мораль: если к вам пристают незнакомые разнузданные красотки и предлагают искупаться с ними, не доверяйте им. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

4. Заложные покойники

Нечистые, заложные покойники и мертвяки — это, согласно славянским верованиям, люди, умершие неестественной смертью и не обретшие после этого покоя. Считалось, что они возвращаются в мир живых и продолжают своё существование, всячески вредя живым.

В освящённой земле их не хоронили, потому что она их «не принимала» и могла вытолкнуть наружу. Так что покойников приходилось оставлять на перекрёстках дорог, в оврагах, укладывая в гроб или просто в яму вниз лицом. Ну, чтобы они не смогли выбраться и вместо этого закапывали себя поглубже. Затем тело забрасывали ветками и закладывали камнями — отсюда и название «заложный».

Шансы стать заложными покойниками имелись у умерших насильственной смертью, самоубийц, опойц, утопленников, некрещёных детей, а также колдунов и ведьм. В отличие от скучных голливудских зомби, которые только мычат и пытаются сожрать ваши мозги, эти суровые существа могли чинить куда большие беды.

Например, умерших от пьянства якобы и после смерти продолжала преследовать ужасная жажда, которую они ничем не в силах были утолить.

И страдающие от нехватки влаги мертвецы буквально «выпивали» всю воду из земли, а также всасывали в себя дождь, устраивая засуху. Как вы понимаете, последнее грозило потерей урожая и массовой гибелью крестьянского населения.

Поэтому, например, в Симбирской губернии существовало поверье, согласно которому в случае засухи требовалось найти труп недавно умершего пьяницы, выкопать из земли и бросить в болото — может, хоть там напьётся. А вот в Екатеринославской губернии болота, чтобы утихомирить некую неназванную женщину, под рукой однажды не оказалось. Поэтому селянам пришлось откопать её и вылить на неё три бочки воды.

Кроме засухи, заложные покойники могли обеспечивать живым и другие проблемы — например, устраивать падёж скота и насылать болезни на людей, пугать неосторожных гуляк, проходящих мимо места их упокоения (иногда насмерть), и преследовать их (иногда бегом). Чтобы избавиться от погони, надо было бросить в агрессора камень или ветку. Как видим, методы примерно аналогичны тем, что применяются и против бродячих собак.

Зачастую умершие неестественной смертью попадали в услужение к нечистой силе, и их использовали в качестве средства верхового передвижения, гужевого скота или бесплатной рабочей силы. О таких свидетель конца XIX века из Новгородской губернии рассказывал: «Удавленники раньше ночью бегали по селу. Черти на них смолу и воду возили!»

Мораль: психологические проблемы не следует лечить спиртным — лучше обратитесь к специалисту.

5. Игоша

Это одно из самых пугающих созданий в восточнославянской мифологии. Игоша, или ичетик, или потерча, — демоническое существо, получающееся из детей, умерших до крещения, или из новорождённых, убитых своими матерями. Сами понимаете, в старину, когда противозачаточных средств ещё не изобрели, в крестьянских семьях случалось всякое.

Вплоть до начала XX века таких детей не предавали земле на кладбищах — вместо этого их могли похоронить под полом или порогом дома, под деревьями или, как заложных покойников, на перекрёстках дорог. А то и просто в болото выбросить. Естественно, ничего хорошего из этого получиться не могло, и из мёртвого младенца материализовывался игоша.

Владимир Даль описывает его как уродца без рук и без ног, родственного кикиморам. В некоторых характеристиках упоминается, что он ещё и мохнатый. По поверьям, это создание продолжает жить — и даже расти — в доме родителей, ведя себя как полтергейст. Игоша переворачивает все вещи вверх дном, забирает понравившиеся предметы одежды из избы и вытворяет прочие непотребства.

Но не все игоши ограничиваются мелкими проделками. Некоторые из них умудряются убивать живых людей, в особенности матерей с детьми, и отсутствие рук и ног им не мешает. По поверью, если женщина выйдет на улицу на младенческие крики, которые издаёт это создание, то она заболеет и умрёт.

Чтобы утихомирить игошу, по словам Даля, следовало класть ему столовые приборы и порцию еды за обедом, а также периодически бросать в окно шапку, рукавицы или что‑нибудь в этом духе. В общем, демонстрировать, что вы считаете его не мелким пакостником, а настоящим домовым. Тогда он прекратит паранормальную активность в доме. Но более эффективный вариант — покрестить игошу и дать ему имя, чтобы тот мог упокоиться с миром.

Мораль: к процессу планирования семьи и деторождению следует подходить с максимальной ответственностью.

6. Колокольный ман

Колокольный ман — ещё один жутковатый персонаж из русского фольклора. Это мертвец, который по ночам сидит, как несложно догадаться, на колокольне. Чаще всего такие господа при жизни были колдунами. А поскольку после смерти земля таких покойников «не принимает», они вынуждены были держаться от неё подальше.

Обычно ман просто сидит на верхотуре и пугает всех своим отталкивающим внешним видом. Но если спровоцировать его необдуманными действиями на агрессию — может и убить. В рассказе, записанном на Вологодчине, одна девица якобы на спор пошла ночью на колокольню рядом с кладбищем (плохая затея, очень плохая затея). Она поднялась по лестнице и обнаружила там мертвеца в красном колпаке. Девушка сорвала с него головной убор и убежала, а дома стала хвалиться перед подругами новообретённым аксессуаром.

Естественно, ман проследовал за девушкой до её апартаментов и начал ломиться в двери, требуя колпак назад. Напуганные подружки уговорили девицу выйти к визитёру и вернуть украденное. Ну а наутро, как можно догадаться, её обнаружили мёртвой во дворе.

Мораль: брать чужое нехорошо. Выходить ночью во двор, когда тебя громко зовут подозрительные и агрессивные личности, — опасно.

7. Огненный змей

В мифологии средневековой Европы существовали демоны, называемые инкубами. Они приходили по ночам к женщинам, чтобы воспользоваться их доверчивостью и вступить с ними в интимную связь. Наличие супруга им при этом не мешало. Аналогичный персонаж есть и в русском фольклоре — его называют огненный змей, змей‑любак, прелестник или маньяк.

Когда это существо летает в воздухе, оно похоже на змея. Но, приземлившись, оно приобретает человеческий облик. Возможно, на формирование внешнего вида персонажа повлияли метеоры.

Огненный змей залетал в печные трубы к женщинам, недавно потерявшим супруга, или незамужним девицам, чрезмерно тоскующим от одиночества, и превращался в «сердечного друга». А затем соблазнял жертву — так происходило ночь за ночью. Со временем женщина сходила с ума, начинала разговаривать сама с собой, чахла и умирала.

Периодически, как и всякий нормальный ухажёр, змей дарил дамам подарки: драгоценности и украшения, а также угощал их изысканными яствами. Правда, после восхода солнца ювелирные изделия становились черепками и булыжниками, а пряники — навозом.

Если женщину угораздило зачать от змея, беременность длилась ненормально долго — до трёх лет. В итоге рождалось чудовище с холодным студнем вместо тела, копытами и глазами без век. Либо наружу и вовсе выходил песок и угли.

Распознать соблазнителя можно было, потрогав его за спину. Если там нет позвоночника — значит, вы встречаетесь со змеем. Если позвоночник есть, а гостинцы всё равно превращаются в навоз, значит, ваш ухажёр — человек, но с очень странным чувством юмора.

Избавиться от змея можно было, надев на него крест или же введя в состояние когнитивного диссонанса. Так, в одной быличке женщина, решившая спровадить демонического ухажёра, превратившегося в её мёртвого мужа, одела своих детей, мальчика и девочку, в свадебные наряды и повела в церковь.

Змей удивлённо спросил, что это всё значит, и крестьянка ответила, что брат берёт сестру в жёны. Демон заявил: «Да разве же такое бывает?» На что его жертва невозмутимо парировала: «А разве бывает, что мёртвый муж к живой жене ходит?» Змей не нашёлся, что ответить, и исчез.

Мораль: не следует доверять подозрительным мужчинам, даже если они делают вам подарки.