Цензура в iOS играх

За годы своего существования iPhone изменил многое, в том числе и индустрию видеоигр. Когда-то нам казалось, что игры — это такое место, где безраздельно властвуют PC и консоли, а теперь миллионы людей играют в разнообразные игрушки со своих смартфонов и планшетов. Более того, при наличии определённых навыков программирования и рисования любой человек может создать свою игру. Да, разработчиком мобильных игр может быть небольшая команда и даже один человек. Нет нужды в создании огромных отделов разработки и вливании в проект огромных сумм. Множество хитов, созданных талантливыми одиночками и маленькими группами, являются прекрасным доказательством этих тезисов.

Несмотря на то, что гиганты индустрии (EA и компания) уже освоили мобильный сектор, мы продолжаем наблюдать за ошеломительным успехом небольших компаний (Rovio, HalfBrick — они начинали как крохотные команды), добивающихся успеха не кошельком, но талантом. Конкуренция в секторе мобильных игр высока, но шанс есть у любого, в чьей голове есть оригинальная идея. Казалось бы, вот она — игровая демократия? К сожалению, нет.

Игры бывают серьёзные и исключительно развлекательные. И вот как раз с серьёзными играми в последнее время творится что-то странное. Apple планомерно убирает их из App Store, а новинкам просто не даёт войти в маркет.

Что это за игры? Например, EndGame: Syria — игра по теме конфликта в Сирии. Sweatshop HD — мультяшная игра-менеджер, где игрок управляет «дешёвым производством». Ещё есть In A Permanent Save State и Phone Story — игры на тему суицидов на заводах Foxconn. Список на самом деле больше, но вы уже поняли, о чём идёт речь.

Вы считаете, что такая тематика вообще безнравственна, и этим играм действительно не место в App Store? Прекрасно, но не задевает ли вас мысль о том, что компания решает за вас, стоит ли вам знать и видеть актуальные проблемы в играх? Суть не в нравственности, мы говорим именно о цензуре.

Абсолютное большинство людей вообще не в теме того, сколько игр и по каким причинам не пропускается, либо удаляется из App Store. А вот разработчики попавших в немилость игр сталкиваются с этим, и их позиция относительно цензуры крайне проста и понятна: игра — это проводник, культурная среда, позволяющая в особой форме посмотреть на серьёзные, актуальные вопросы и проблемы. Нельзя очищать App Store от таких игр. Так считает компания-разработчик Polygon, и с ней согласны другие.

Отказ

Гайдлайны Apple кажутся чёткими и ясными. Никакой порнографии, никакой ненависти, агрессии и жестокости в отношении конкретных групп людей, идентифицируемых по некоему общему признаку (вера и так далее). Интересно то, что многие игры так или иначе нарушают эти правила и продолжают жить в App Store, но вот серьёзные игры вылавливают всё активнее.

Томас Роулингс — разработчик в компании GameTheNews. Эта независимая студия как раз занимается тем, что освещает значимые мировые события и новости в играх. Они же сделали Endgame: Syria.

«Я следил за новостями и дебатами по теме конфликта в Сирии, и в них я видел совершенно разные точки зрения и доводы по поводу действий и возможных последствий. Тогда я решил, что подобную концепцию нелинейных событий можно реализовать в игре. Пользователь принимает решения, и видит последствия».

Смысл игры заключается в получении поддержки населения. Если вам становятся не рады, вы проигрываете. Более того, возможна и мирная развязка между воюющими сторонами.

Цензура в iOS играх

Однако, Apple отклонила эту игру.

Роулингс общался с представителями Apple, и наблюдал некую предвзятость в их словах. Он получил емейл, в котором было указано нарушенное компанией-разработчиком правило, а также скриншоты, на которых были запечатлены нарушения. В целом, суть сводилась к тому, что определённая группа людей, идентифицируемая в реальном мире, представлялась в игре как враг.

«В особенности, мы обнаружили, что ваше приложение имеет отсылки к конкретным противникам (людям) внутри Сирии».

Речь шла о Асаде, палестинских группировках и народном ополчении.

«Нам сказали о том, что мы нарушили правило, касающееся запрета на отображение в игре конкретных групп людей в качестве противников, но ведь такой запрет можно интерпретировать по-разному. Как насчёт Второй мировой войны и нацистской Германии? Это такие же группы людей в качестве врагов, но такие игры не отклоняют».

Роулингс учёл замечания Apple и убрал из игры любую конкретику. Участники конфликта стали максимально абстрактными, не имеющими отсылок к каким-либо реальным объектам, но Apple снова отклонила игру, сославшись на то же правило. На этот раз не было даже объяснений и скриншотов с указанием нарушений.

В ходе телефонного разговора представитель Apple указал на необходимость изменить описание приложения в App Store, но и после этого последовал отказ. К тому моменту в игре уже не было никаких конкретных групп. Всё свелось к нациям — США, Англия, Сирия и Иран. Гайдлайны говорят об отдельных конкретных группах людей, но никак не о целых нациях.

«Единственное, чего не смогли понять в Apple — это суть игры. Она сводится не к ненависти к определённым людям. Вы не обязаны их ненавидеть, вас не попросят об этом в приложении. Вам просто пытаются показать, что там на самом деле происходит».

В итоге игру пришлось полностью перелопатить, и она вышла в App Store уже как Endgame: Eurasia (с отсылками к роману 1984). Ничего общего с начальной задумкой уже не было.

«Нам кажется, что Apple просто стесняется размещать в своём маркете что-то хоть немного спорное, и если вы собираетесь создавать серьёзные игры, то для вас это станет большой проблемой».

Удаление

2010 год. Foxconn — крупный производитель, сотрудничающий с множеством компаний, в том числе и Apple, сообщил о 18 попытках самоубийств среди своих сотрудников, 14 из которых оказались успешными. По одной из версий причиной тому стали нечеловеческие условия работы. Попробуйте поработать 72 часа без перерыва, да ещё и за копеечную зарплату.

По мотивам этих событий было создано 2 игры, и они даже попали в App Store и успешно там прожили некоторое время. Чуть позже обе игры пропали из маркета.

Цензура в iOS играх

Цензура в iOS играх

Одна из игр называлась Phone Story и представляла из себя 4 мини-игры, в которых игроку предстояло принуждать к труду детей из стран третьего мира, а также бороться с суицидами на заводах Foxconn.

Один из разработчиков Phone Story рассказывает об удалении приложения:

«Легко получить бан, если ты хочешь его получить, но в случае с Phone Story мы не пытались шутить с гайдлайнами Apple. В игре нет неприемлемого жестокого графического контента, нет порнографии, нет нарушений авторских прав. Идея в том, что игра на самом деле соответствовала всем правилам, потому что её одобрили в App Store, но потом она почему-то перестала соответствовать тем же правилам. Жестокость по отношению к детям можно разглядеть лишь на первом уровне, и в совершенно абстрактном образе. Вам не нужно избивать их, и пользователь прекрасно понимает, что в данном случае его не принуждают к действиям. Он лишь видит то, что происходило с детьми где-то. На вопрос представителю Apple о том, как показать людям факты наличия жестокого обращения с детьми, не показывая жестокое обращение, представитель ответил в стиле: оу… ну, это ваше дело, серьёзно».

Игра In A Permanent Save State Бенджамина Поинтера также посвящена суицидам на заводах Foxconn. Особенность игрового процесса в том, что игрок берёт на себя не роль руководства, чтобы бороться с самоубийствами на фабриках, а роли семерых рабочих. Цифра «7» выбрана не случайно и соответствует 7 стадиям жизни после смерти согласно китайской культуре.

«Я пытался найти что-то человеческое в отношениях между Apple и Foxconn. iPhone, которые производили там — прекрасны, но мне хотелось раскрыть вещи, которые стоят за этой красотой. Производство этих чудесных устройств стоит человеческих жизней, и нужно знать настоящую цену воплощённой фантазии, что лежит у нас в руках. Я пытался показать, откуда берутся эти устройства, и игра довольно хорошо справляется с этой задачей, ведь игрок берёт на себя управление теми самыми простыми рабочими, которые собирают смартфоны».

In A Permanent Save State удалили из App Store через 2 часа после релиза. Phone Story исчезла через 4 часа. Интересно то, что Apple, одобрив игру, может тут же изменить своё решение, сославшись на определённые правила. Даже историческое событие и загробный мир китайской мифологии могут стать «нежелательным контентом».

Фактически, гайдлайны из нормативного документа превращаются лишь в руководство о том, сделать так, чтобы ваша игра понравилась Apple, любой же спорный вопрос будет решаться совершенно субъективно.

Наш магазин — наши правила

Беда и печаль многих разработчиков в том, что даже если ты объяснишь суть и смысл, которые вложил в игру, решение Apple всё равно не изменится. Второй параграф гайдлайнов ясно гласит:

«Мы рассматриваем приложения иначе, нежели музыку и книги, которые мы не курируем. Если вы хотите покритиковать религию — напишите книгу. Хотите рассказать о сексе — напишите книгу или песню, попробуйте создать медицинское приложение. Это может приводить к сложностям, но мы решили запретить определённые виды контента в App Store».

И в продолжение:

«Мы действительно делаем всё, что в наших силах, чтобы создать для вас лучшую в мире платформу, где вы сможете реализовать свои таланты и заработать. Возможно, это и звучит так, будто мы параноики, но на самом деле мы просто невероятно привержены нашим пользователям и хотим убедиться, что они получают лучший опыт от взаимодействия с нашими продуктами, как и большинство из вас тоже».

В процессе написания оригинального текста этой истории автор неоднократно просил Apple дать какие-либо комментарии, но компания отказалась говорить.

Разработчики же имеют довольно похожие мнения: правила работают против игр и ограничивают то, чем могут быть игры.

«Apple пытается создать своего рода исключение в концепции программного обеспечения. Они переименовали ПО в приложения. Приложение по сути является чем-то изолированным, самобытным, но помимо стремления к снижению цен и простоте потребления Apple целенаправленно лишают приложения статуса продукта культуры. Они не вмешиваются в контент музыки и книг, потому что это объекты культуры. Но приложения — это нечто иное. В их понимании приложение больше похоже на отвёртку или пилу. Это просто инструмент, и игры попали под это же определение».

Вопрос о том, что могут противопоставить разработчики в своих спорах с Apple, был задан Американскому союзу защиты гражданских свобод (American Civil Liberties Union). Джей Стенли, главный аналитик ACLU, ответил просто:

«Площадку наподобие Apple App Store можно рассматривать с двух позиций. С одной стороны, это независимый издатель вроде New York Times, который решает сам, что ему публиковать, а что нет. С другой стороны, это публичная площадка, где каждый имеет право на слово. В данный момент политика компании смещает App Store в сторону первого определения. Фатически, Apple в данном случае выступает в роли издателя и имеет неограниченные права на исключение неугодного им контента, поскольку App Store — это их частная площадка.

Иан Богост, профессор Института технологий штата Джорджия, считает главной проблемой не сам формат площадки, а её положение в индустрии:

«Мы позволили частному корпоративному каналу занять доминирующее положение в сфере распространения программного обеспечения».

По его же словам проблемой как для разработчиков, так и для пользователей является ограничение по распространению контента. В случае с печатными книгами, фильмами (DVD), предметами искусства и фотографией у нас остаётся возможность распоряжаться приобретённым контентом. Его можно подарить или перепродать. В случае с App Store и платформами с электронными книгами наподобие Kindle и iBooks мы жёстко ограничены в возможностях распоряжаться купленным контентом.

«Да, Apple может делать на своей территории всё, но проблема в том, что мы соглашаемся с такой политикой и осознанно идём к тем, кто старается максимально ограничить нас, привязать к себе, говорить нам, во что мы можем играть, а во что нет. Что можем устанавливать, а что нет. Что покупать, а что нет. Но даже купленным мы распорядиться не можем».

Наступила эра, когда всё реже и реже рождаются свежие инновационные идеи, но и все они сразу же оказываются под колпаком небольшого числа крупных корпораций, использующих эти идеи на пользу лишь себе.

Антимонопольные вопросы

Антимонопольные законы существуют для того, чтобы защитить потребителя от слишком крупных компаний, единолично диктующих условия рынку. Сейчас в США идут разбирательства по вопросу сговора ряда издательств с целью искусственного завышения цен на электронные книги. Аналогичные расследования начались и в Австралии, и в Евросоюзе. По словам Майкла Питерса, эксперта по вопросам антимонополии Университета Нового Южного Уэльса, лозунг-мантра «Apple’s Rules, Apple’s Way» работал раньше, в 80-ых, когда Apple была сравнительно небольшой компанией с малой долей на рынке. С превращением в крупную корпорацию выросла и ответственность, и сейчас компания фактически балансирует на грани нарушения антимонопольного законодательства. Все мы помним ситуацию с Microsoft и Internet Explorer, поставляющийся вместе с системой и убивший тогда на корню конкурентов Netscape и Opera.

Однако, по словам Питерса у Apple ситуация может быть куда сложнее, ведь Microsoft создавала только ПО, а Apple делает и ПО, и физические устройства. Apple можно назвать структурной монополией.

«С ростом компании растут и её обязательства. Microsoft осознала это в девяностых, Goolge осознаёт это сейчас — судебные разбирательства с их участием идут почти в каждой стране. Им нужно признать, что их успех не имеет ничего общего с приложенными ими усилиями. Он связан с тенденциями рынка и их поведением на этом рынке».

Даже если Apple не уличат в нарушении антимонопольного законодательства, ей необходимо помнить о цензуре. Американская конституция имеет чёткую позицию относительно цензуры, а когда вопросы доходят до правительственного уровня, у Apple могут начаться куда более серьёзные проблемы.

«Было бы гораздо лучше, если Apple защитит свободу слова внутри своего пространства. Когда ты выступаешь в роли цензора, тебя сразу же осаждают. Каждый раз, когда ты запрещаешь то, что должно быть разрешено по мнению людей, на тебя набрасываются. Конечно, создание искусственных барьеров и цензура — это очень сложные вещи, в которых трудно оставаться последовательным. Зачастую подобные дела превращаются в чистый фарс. Нужно помнить, что являясь местом посещения такого огромного количества людей, площадка Apple должна быть открыта для них, для их точек зрения и их контента».

Перспектива

Большинство разработчиков, участвовавших в создании этой истории, выпустили свои игры на других платформах. Для выхода на iOS им приходилось сильно модифицировать свои творения, всё больше отдаляясь от изначальной задумки и идеи. Можно судиться с Apple, но тому же большинству разработчиков это вообще не интересно. Всё, что они хотят — это делать игры и выпускать их. И при сложившейся ситуации им приходится всё чаще смотреть в сторону Android и других платформ.

Вопрос

И всё-таки, уважаемая Apple, почему вы решаете, во что мне можно играть, а во что нет?