Почему мы так помешаны на диетах

Мишель Эллисон

Канадский диетолог, автор блога The Fat Nutritionist.

Диетология — молодая наука, которая лежит на пересечении нескольких дисциплин: химии, биохимии, физиологии, микробиологии, психологии. И пока учёные ещё далеки от разгадки правильного питания, нам нужно что-то есть, чтобы выжить. А при отсутствии гарантий каждый приём пищи подобен прыжку в неизвестность.

Антрополог Эрнест Беккер в книге «Бегство от зла» (Escape From Evil) описывает поедание как древнейший магический ритуал, действие, которое переносит жизненную энергию от одного предмета к другому. Все животные для поддержания собственной жизни должны питаться жизнью других, какую бы форму это ни принимало: грудного молока, растений или трупов других животных.

Акт поглощения, вбирания в себя ранее живого существа — процесс, необходимый для выживания. Но думать об этом неприятно и противно, ведь получается, что между питанием и смертью существует непосредственная связь. Люди благодаря самосознанию с раннего возраста осознают смерть. Беккер считает, что страх смерти и необходимость этот страх подавить во многом определяют человеческое поведение.

Как появилась культура питания

Древние люди, наполнив желудки, должно быть решили, что жизнь — это не только выживание. Они начали создавать вещи, в которых могли обрести забвение, успокоение, отдых, смысл. Они выстроили культуры, в которых смерть стала не концом, а лишь ещё одним обрядом перехода. Люди придумали систему значений, символов, ритуалов и правил. Пища и питание тоже стали частью этой системы.

Теперь употребление пищи настолько обогащено различными культурными смыслами, что для большинства людей его связь с жестокими законами выживания полностью утеряна. Даже для тех, кто живёт в крайней нищете, культурные смыслы вокруг еды остаются первостепенными.

Люди едят, когда празднуют и скорбят; едят, потому что пора есть или чтобы сблизиться с другими людьми; едят от скуки или ради удовольствия. Ничего удивительного, что первостепенная функция еды так глубоко спрятана.

Вся суть культуры питания в том, чтобы забыть о смерти. Желание жить (не просто отсрочить смерть, но полностью её побороть) переросло в одержимость, превратив личность в объект, который может достичь бессмертия.

Парадокс всеядности

Человек — самый неразборчивый из всеядных, когда-либо живших на земле. Люди едят других животных, насекомых, растения, рыбу и морепродукты, а в редких случаях даже землю, глину, мел.

Мы гонимся за разнообразием и новизной, но в то же время никуда не можем деться от заложенного в нас страха перед едой. Это отражает знаменитый парадокс всеядности, впервые упомянутый психологом Полом Розином (Paul Rozin).

Остальные всеядные животные тоже испытывают такие противоречивые побуждения, но человек особенно остро. Если бы не крошечная вероятность отравления и смерти, скрывающаяся за каждым продуктом и каждой новой диетой, выбрать пищу было бы проще. Не было бы так много репостов в социальных сетях о необходимости выпивать по два литра воды в день или о волшебных свойствах яблочного уксуса и кокосового масла. Все бы относились к еде спокойнее.

Каждому приходится примирять потребность в еде и страх неизвестности, когда мы ещё слишком малы, чтобы читать, подсчитывать калории и понимать абстрактные идеи об усвоении питательных веществ. Все мы в детстве проходим стадию привередливости в еде. Так проявляется развившийся в ходе эволюции механизм выживания. Поэтому неудивительно, что дети пытаются весь мир попробовать на вкус, но выплёвывают пюре из зелёного горошка.

Современные герои

Всеядность даёт свободу, которая радует и пугает одновременно. Поэтому, чтобы обезопасить себя, мы предпочитаем следовать примеру авторитетных лидеров.

Современные герои — гуру здорового питания, заявляющие, что они излечились от ожирения, болезней и бессмысленного существования с помощью овощных соков. Древние герои зарабатывали свой статус, побеждая смерть. Сегодняшние герои в доказательство своего торжества над презренным животным началом фотографируют смузи и себя в удачных позах.

Конечно, эти гуру не участвуют в рецензируемых исследованиях с анонимной выборкой. Ведь гораздо нагляднее показать свою фотографию «до и после».

Беккер считает, что на фундаментальном уровне люди испытывают чувство вины за то, что поедают других живых существ, поэтому жаждут искупления этой вины. А культура предоставляет не только средства для достижения материального комфорта, но и способы пожертвовать его частью, чтобы достичь желанного искупления. Поэтому для гуру здорового питания недостаточно быть здоровыми, красивыми и успешными. Они должны отказаться от сахара, зерновых или мяса. Они должны заплатить.

Однако только те, у кого уже есть статус и ресурсы, могут позволить себе эффектно отречься от чего-то. Например, отказаться от сахара и перейти на какой-нибудь сок из мха. Как же ещё ярче восторжествовать над животным началом и смертью? И вы тоже можете это сделать. Если, конечно, у вас есть время и деньги на то, чтобы выцеживать из мха сок.

Как парадокс всеядности порождает культ диет

Люди, утомлённые необходимостью выбирать и смутной угрозой смерти, таящейся за каждым неправильным выбором, жаждут каких-то правил и доверяются добившимся успеха гуру.

Но диеты постоянно меняются. То, что сегодня считается эталоном здоровой пищи, завтра может оказаться сомнительным или устаревшим. К тому же, сейчас слишком много противоположных диет. Бобовые и зерновые для многих веганов — основа питания, но они же для приверженцев палеодиеты символизируют разлагающее влияние сельского хозяйства на природу.

Сама диетология — серия противоречий. Единственное, что объединяет противоборствующие диеты, — убеждение, что, соблюдая их, можно избежать общего человеческого удела и стать более чистым существом.

Некоторые вообще относятся к своей диете как к религии, надеясь, что она их спасёт. Они ждут, что смогут оградить себя от болезней и смерти, правильно питаясь.

Выводы

Питаться без постоянных ограничений — значит признать свою смертность и пределы своих возможностей. В то же время вы будете получать удовольствие от еды и отвечать за свой выбор.

Да, мы ещё многого не знаем. Но мы знаем, что нет единой правильной диеты. Правильных способов питания может быть столько же, сколько и самих людей. Так что каждому придётся делать собственные выводы о своём питании и жизни.