Почему глобальное потепление — это не миф и можно ли «починить» климат

Мы часто слышим о климатических проблемах, но не всегда понимаем, какой информации о глобальном потеплении стоит доверять. Климатолог Александр Чернокульский помог слушателям подкаста «Пульверизатор науки» разобраться в самых важных вопросах.

Александр Чернокульский

Заместитель директора Институт физики атмосферы имени А. М. Обухова РАН.

Верно ли, что глобальное потепление может угрожать человечеству

Человечество выживет — это очевидно. Вопрос — в каком количестве и качестве.

Глобальное потепление — это не миф. Если в масштабах тысячелетий на климат влияют прежде всего астрономические и геологические факторы, то в масштабах 10–100 лет главная причина изменений сейчас — деятельность самого человека. То есть температура на планете зависит от наших действий.

Мы сжигаем ископаемое топливо и добавляем в атмосферу дополнительные молекулы углекислого газа, метана, закиси азота. Это повышает температуру её нижних слоёв. На высоте же больше 80–90 километров она, наоборот, понижается, потому что мы усиливаем парниковый эффект. Избыточное тепло остаётся у поверхности, и наибольшая его часть — порядка 90% — уходит в океан.

Повышение температуры на планете происходит скачками. Резкий всплеск произошёл в 1998 году, следующий — в 2016‑м. Сейчас мы, скорее всего, наблюдаем очередной скачок. Глобальная температура поверхности Земли в этом году превысит 17°C.

В Парижском соглашении по климату говорится: нужно сделать всё, чтобы удержать повышение средней температуры в пределах 1,5ºC. В течение нескольких месяцев в этом году она была выше этого уровня. Очевидно, что показатель 1,5 °C мы перешагнём. Может быть, удастся остановиться на 2 °С, но, скорее всего, нет.

Если мы посмотрим на глобальное воздействие потепления, то увидим, что оно влияет на планету негативно. Скорее всего, человечество ждут серьёзные перемены, но оно сможет к ним приспособиться.

Это история небыстрая. То есть всё это медленно для нас происходит. Тем не менее как вид человечество точно не вымрет.

Александр Чернокульский

Правда ли из‑за потепления привычные продукты могут исчезнуть или поменять вкус

Да, есть продукты, вкус которых сильно зависит от климатических условий, в которых они производятся, — например, вино и кофе. Может быть, из‑за потепления их станут производить и в новых регионах. И появятся иные вкусы, а также новая цена и другие каналы поставок.

Возможно, знакомые продукты станут дороже, но вряд ли исчезнут совсем. Хотя какие‑то культуры могут пропасть — например, те, что выращиваются в горах. При потеплении перенести их плантации выше уже не получится: там может не быть подходящих почв. Так что локальные потери возможны.

Но главное, что может поменяться, — наши привычки питания. Если человечество действительно поймёт, что необходимо снизить выбросы СО₂, то, возможно, к концу века люди будут есть больше растительной пищи. И меньше мяса, потому что его производство заметно увеличивает углеродный след и усиливает парниковый эффект.

Этот тренд, скорее всего, будет расти, хотя и не во всех регионах. Перемены в питании могут стать сознательным выбором ради смягчения последствий глобального потепления.

Вообще, если говорить о реакции человечества на климатические проблемы, можно выделить две основные стратегии. Первая — адаптация, то есть стремление приспособиться к неизбежным переменам. Вторая — смягчение этих изменений.

Смягчение — митигация, mitigation по‑английски. Снижение нашего воздействия на климат. И вот как раз переход от животноводства к растениеводству — это не адаптация, а митигация.

Александр Чернокульский

Будет ли увеличиваться число стихийных бедствий на планете

Природные катаклизмы происходили на Земле всегда. Но сегодня мы наблюдаем сразу две тенденции: увеличение нашей подверженности опасным явлениям и усиление их интенсивности.

Первая появилась, когда люди перестали жить компактно и заселили практически всё океанское побережье. Поэтому теперь они сильнее подвержены влиянию ураганов и тайфунов, чем раньше. Страдает и дорогая инфраструктура, которая появилась на побережье.

Что касается второй тенденции, то есть научные свидетельства, что количество штормов, ураганов и торнадо меняется очень мало. Но они становятся гораздо сильнее и приносят больше бедствий. В семидесятые годы доля ураганов и тайфунов 3–5‑й категории составляла около 30%. Сегодня она уже равна 40%. То есть на 10% стало больше мощных проявлений стихии, которые приводят к серьёзным наводнениям и разрушениям.

Сложнее становится бороться и с засухой. Если говорить о сельском хозяйстве, то главной проблемой может стать нехватка воды. Эта тенденция особенно заметна в субтропическом поясе. Там на погоду влияют антициклоны, которые становятся интенсивнее и смещаются ближе к полюсам. Поэтому в регионе Средиземного моря — например, в Греции и Португалии — станет больше засушливых периодов, а значит, и лесных пожаров.

Но иногда над Средиземным морем формируются и совсем другие явления — ураганы.

Их называют сейчас «медикейн». Это смесь слов mediterranean и hurricane. Это относительно новые явления, которые сейчас активно исследуют. Вот этим летом мы видели проявление такого медикейна, когда затопило город в Ливии. Там десятки тысяч погибших, выпало совершенно безумное количество осадков. Раньше такого не было там.

Александр Чернокульсткий

Похожие явления могут возникать и над Чёрным морем. Такие медикейны мы уже наблюдали в 2005 году или совсем недавно — в 2021‑м.

Мы уже показали в научных статьях, что событие в Крымске в 2012 году были вызваны потеплением Чёрного моря. Тогда произошло сильнейшее наводнение: за два дня выпало 300 мм осадков. Под мостом создалась дамба из веток, которую ночью пробило, резко поднялся уровень воды в реке. Прошла пятиметровая волна, и погибло более 170 человек. Если бы похожий циклон прошёл над Чёрным морем в семидесятые годы, таких дождей бы не было. Но сейчас вода в нём стала теплее, и теперь на побережье появились сильные тропические ливни.

Такие опасные явления будут чаще возникать во многих регионах России. Под угрозой юг Сибири, средняя полоса, Дальний Восток — это регионы, где будут усиливаться опасные конвективные явления. И это не только сильные ливни, но и крупный град, шквалы, смерчи, торнадо.

Но есть и положительный эффект климатических изменений. Сильные морозы будут ослабевать, и зимы станут мягче. Этот процесс уже происходит, и мы видим, что в нашей стране сокращается избыточная холодовая смертность.

В разных странах баланс избыточной смертности разный. Например, в Индии или на Ближнем Востоке он отрицательный — люди начинают больше умирать от волн жары. А в нашей стране он положительный. У нас больше людей сохранят свои жизни зимой за счёт того, что морозы более слабые.

Александр Чернокульский

Чего нам ждать от повышения уровня океана

Да, из‑за климатических изменений уровень мирового океана повышается. И этот процесс идёт гораздо быстрее, чем в прошлом. В ХХ веке этот уровень поднимался примерно на 2–3 см за 10 лет. Сейчас стали активнее таять льды Гренландии, почти все горные ледники — например, на Кавказе, в Кордильерах, Андах. В океан добавляются большие массы воды. И его уровень растёт на 4,5 см за десятилетие. Поэтому усилившиеся тропические циклоны могут затопить территории, которые находятся глубже, а не у побережья.

Такие природные бедствия действительно могут стереть с поверхности если не страны, то отдельные города. Самая большая опасность грозит побережью востока, юго‑востока и юга Азии, городам на побережье Северной Америки, а также островам Океании.

Но человечество пытается адаптироваться к стихии. Например, от ураганов среднего уровня могут защитить насыпи. А спасти жизни людей от мощных ураганов помогут исследования учёных и их прогнозы природных катастроф.

Мы всё-таки живём в такой системе, где объект читает наш прогноз и пытается что‑то сделать, чтобы этот прогноз не сбылся. В каких‑то государствах, которые понимают, что у них много может быть беженцев, пытаются что‑то сделать, чтобы уменьшить это число, пытаются адаптироваться.

Александр Чернокульский

Почему зимы в некоторых регионах становятся холоднее

Интересный момент: пока южные страны изнывают от аномальной жары, жители северных регионов замечают, что, мол, зимы с каждым годом становятся холоднее. И лето тоже может оказаться очень прохладным. Однако этот факт не опровергает выводы о развитии глобального потепления.

Зимние температуры на планете не падают — наоборот, они растут. В этом легко убедиться, если сравнить текущие показатели во всех регионах с теми же данными в прошлом. Средняя температура зимой на Земле увеличивается. Но действительно есть регионы, где в последние годы отмечаются такие же сильные морозы, как и раньше.

Погоду в умеренных широтах во многом определяет западный перенос — движение воздуха с запада на восток. Например, из Атлантики к нам приходит умеренная воздушная масса и создаёт мягкий климат. Сила этого переноса зависит от перепада давления между полюсом и экватором, а этот перепад определяется разницей температур.

Но при потеплении полюс нагревается быстрее экватора. Поэтому перепад между ними уменьшается, и западный перенос ослабевает.

На смену «горной мощной реке» западного переноса приходит «петляющая река равнинная». Во время этого петляния может происходить блокирование. Устанавливаются антициклоны, которые блокируют западный перенос. И вот в зависимости от того, в какой части этого антициклона ваш регион окажется, вы получите очень жаркую температуру летом или очень прохладную. В 2010 году в Москве было аномально жарко, в средней полосе — сильнейшие пожары. А в Сибири это лето было очень прохладным.

Александр Чернокульский

Так что холодная зима или прохладное лето вовсе не доказывают, что глобального потепления нет. Если в одном регионе холодно, то где‑то по соседству наблюдается аномальное тепло.

Как можно реально замедлить развитие глобального потепления

Здесь можно выделить несколько направлений.

Углеродный геоинжиниринг

Полностью вывести в ноль наш углеродный след мы не сможем, поэтому нам стоит как‑то компенсировать выбросы. Например, удалить углерод из оболочек климатической системы. В первую очередь, конечно, из атмосферы. Но если мы сможем очистить от лишнего углерода океан, он будет поглощать СО₂ из воздуха.

Учёные предлагают много способов, которые позволят удалить избыточный углекислый газ из атмосферы или мирового океана. А потом — либо захоронить углерод, либо использовать повторно. Для этого можно попробовать воздействовать на химические процессы в океане. Например, добавлять минералы, ощелачивающие океан и выводящие CaCO₃.

Словом, сегодня углеродный геоинжиниринг — очень важное и перспективное направление.

Это та сфера, где в ближайшие 10–15–20 лет точно будет технологическое развитие, технологический бум. Сейчас достаточно много проектов в этой области есть. Это не миф — это реальность. То, куда можно идти работать, как мне кажется.

Александр Чернокульский

Есть и принципиально иные предложения — например, покрыть часть поверхности Земли белой краской, чтобы она отражала солнечные лучи. Но это классическая борьба не с самой болезнью, а с её симптомами. Такие меры никак не уменьшат концентрацию парниковых газов в атмосфере, а главная проблема именно в них. Поэтому нам необходимо прежде всего снижать наш углеродный след.

Уменьшение углеродного следа

Главный способ перестать увеличивать содержание парниковых газов — перейти на возобновляемые источники энергии. А значит, постепенно отказаться от угля, а потом и от других углеводородов. Перейти на водородное топливо, увеличить долю электротранспорта.

Ну а каждому из нас стоит постепенно отказаться от привычек общества потребления. Например, перестать менять смартфон каждый год.

Конечно, углеродный след одного человека не сравнить с промышленным. Поэтому нам стоит выбирать те товары, которые произведены с меньшими выбросами СО₂. И производители получат сигнал, какая продукция пользуется спросом, а какая — нет.

К сожалению, одной серебряной пули, которая бы решила проблему, нет. Это комплекс мер в энергетике, в промышленности, в транспорте, в сельском хозяйстве, которые позволят нам снизить углеродный след.

Александр Чернокульский

Важно, что у климатических изменений нет одной точки невозврата. Множество таких точек мы уже прошли, другие — пока ещё нет. Так что у человечества есть время, чтобы постараться хоть как‑то замедлить глобальное потепление и адаптироваться к нему.