Существуют ли технари и гуманитарии на самом деле

«Мне математика не даётся — я гуманитарий!» — эту фразу наверняка слышал каждый. Со школы нас делят на два лагеря: «технарей», которые щёлкают интегралы, и «гуманитариев», запоем читающих Толстого. Но действительно ли наш мозг запрограммирован на любовь либо к формулам, либо к метафорам? Или всё это можно изменить, как настройки в приложении? Давайте разбираться, опираясь на науку.

Откуда взялось деление на технарей и гуманитариев

Идея разделения людей по типам мышления появилась ещё в XIX веке, когда учёные впервые попытались классифицировать интеллект. Например, френология, теперь признанная псевдонаукой, утверждала, что способности зависят от выпуклостей на черепе. Конечно, сегодня это звучит абсурдно, но уже тогда общество жаждало простых объяснений, почему одни блистают в математике, а другие — в литературе.

Тогда нейробиолог Роджер Сперри изучал пациентов с тяжёлой эпилепсией. Чтобы уменьшить приступы, им разрезали мозолистое тело — пучок нервных волокон, соединяющий полушария мозга. Учёный проводил эксперименты, в которых стимулы предъявлялись только одному полушарию. Например, изображение показывали в левом зрительном поле, а затем участникам задавали вопросы. 

В результате учёный пришёл к выводу, что левое полушарие пациентов лучше справлялось с речью и логическими задачами, а правое — с распознаванием образов и эмоциями. Эти наблюдения стали основой для мифа о «левополушарных» технарях и «правополушарных» гуманитариях. 

Проблема в том, что Сперри никогда не утверждал, что полушария работают изолированно. Его исследования касались лишь пациентов с эпилепсией, а не здоровых людей. Тем не менее миф укоренился, став удобным объяснением, почему одни «не могут» решить уравнение, а другие — написать эссе. Однако наши когнитивные способности не ограничиваются узкими рамками, как это принято считать.

Как на самом деле работают полушария мозга

Современная нейробиология отрицает идею «логического» и «творческого» полушарий. Да, у них есть свои «специализации», но они никогда не играют в одиночку. Например, левое полушарие чаще отвечает за грамматику и структуру речи, а правое — за интонацию и эмоциональную окраску. Когда вы читаете книгу, оба полушария работают синхронно: левое декодирует буквы в слова, а правое помогает уловить тоску или иронию. А если пытаетесь объяснить сложную концепцию с помощью схемы, левое полушарие строит логическую цепочку, а правое помогает представить её графически. 

В 2013 году нейробиологи провели масштабный эксперимент: с помощью МРТ они изучили активность мозга 1 000 человек во время решения математических, творческих и бытовых задач. Оказалось, что формулы, метафоры и даже простые вопросы вроде «Что приготовить на ужин?» задействуют десятки зон в обоих полушариях. Например, при решении уравнения активируются не только «логические» области в левой части мозга, но и зоны правого полушария, связанные с визуализацией и пространственным мышлением. 

С другой стороны, нельзя отрицать очевидное: в школе и университете одним легче даётся математика и физика, а другим — языки и литература. И если полушария мозга тут ни при чём, то что определяет наши склонности? 

От чего зависит склонность к математике или творчеству

Можно выделить несколько ключевых факторов, которые влияют на то, кем будет человек — физиком или лириком.

Окружение и стереотипы

Представьте, что мозг ребёнка — это сад. Что в нём вырастет, зависит не только от семян, но и от почвы, климата и садовника. Даже если ребёнок рождается с интересом к числам или словам, его окружение может усилить или загубить эти ростки. 

Например, девочки уже к 6 годам усваивают, что «математика — для мальчиков», и это влияет на их выбор игр и уверенность в своих силах. Поэтому важно, чтобы дети могли исследовать разные области знаний и чувствовали, что их интересы могут развиваться вне зависимости от стереотипов или ожиданий. 

Ника Болзан

Психолог, эксперт-практик, исследователь, автор собственных методик по работе с психологическими травмами, автор онлайн-курсов по материнству и воспитанию детей.

Когда человек получает положительные эмоции, он более склонен открывать для себя новые горизонты и проявлять способности в различных областях. Именно поддерживающая среда, в которой развиваются уверенность и чувство безопасности, позволяет максимально раскрыть как творческие, так и научные таланты.

Но родители, сами того не замечая, часто подкрепляют стереотипы — фразы вроде «Ты же девочка, зачем тебе инженерия?» становятся невидимыми барьерами.

Школа тоже играет роль. Когда учитель акцентирует внимание на неудачах, ученик ощущает страх перед ошибками, а его уверенность снижается, подчёркивает Болзан. Такой подход может полностью отбить желание углубляться в учёбу. 

В одном эксперименте ученикам, которых записали в «математически одарённые», улучшили результаты на 50% всего за 18 дней — просто изменив подход к обучению. Но когда ребёнку постоянно говорят: «Ты гуманитарий», он перестаёт пытаться. Его мозг, вместо того чтобы наращивать нейронные связи, начинает избегать «неудобных» задач. 

В реальности же успешные математики часто обладают развитым воображением, а творческие личности — аналитическим мышлением. Например, писатель Льюис Кэрролл преподавал математику в Оксфордском колледже, а голливудская актриса Хэди Ламарр изобрела технологию, которая легла в основу Wi-Fi.

Гены

Генетика тоже вносит свой вклад, но не так, как принято думать. В 2020 году учёные обнаружили, что некоторые вариации гена ROBO1 влияют на объём серого вещества в правой теменной коре — участке мозга, который участвует в обработке чисел. Эти отличия есть не у всех: у кого-то они способствуют более активному развитию этой области, а у кого-то — нет. 

Но это не значит, что потенциал в математике определяется только генами. Генетическая предрасположенность формирует базовые способности, но влияние среды становится более значимым по мере взросления, добавляет Ника Болзан. Мозг может легко компенсировать эти различия через обучение. 

Даже если объём серого вещества изначально меньше, тренировки и практика могут полностью «догнать» и даже превзойти тех, у кого есть врождённые особенности.

Может ли «гуманитарий» стать «технарём» и наоборот

Хорошая новость: мозг — не каменная глыба, а «пластилин». Нейропластичность позволяет ему перестраиваться даже во взрослом возрасте. Например, лондонские таксисты, запоминая десятки тысяч улиц, буквально «раскачивают» гиппокамп — зону памяти. Когда они уходят на пенсию, эта область сжимается, но на её месте могут развиваться другие навыки.

Ника Болзан

Наш мозг обладает удивительной пластичностью. Взрослый человек способен не только восстанавливать утраченные навыки, но и развивать совершенно новые, если настроен на это и готов преодолевать внутренние барьеры.

Ошибки — не враги, а союзники мозга. Когда человек ошибается в решении задачи, мозг реагирует в два этапа. Сначала срабатывает быстрая автоматическая реакция — она фиксирует сам факт ошибки, даже если мы её ещё не осознали. А чуть позже активируется вторая реакция, связанная уже с осознанием ошибки и попыткой её исправить. Так со временем в мозге формируются новые нейронные пути. И, к примеру, дети с трудностями в обучении после восьми недель тренировок показывали такую же активность мозга, как и их сверстники без проблем.

Так что, если вы 20 лет считали себя гуманитарием, это не приговор. Мозг можно перестроить — нужны лишь регулярные тренировки.

Что в итоге

Наш мозг не делит мир на формулы и метафоры — он создан для того, чтобы осваивать и то, и другое. Если вам кажется, что вы не способны к математике или творчеству, скорее всего, вас подвели не гены, а методы обучения или стереотипы.

Можно натренировать мозг одинаково хорошо разбираться в технических и гуманитарных дисциплинах. Начните с малого: если боитесь чисел, попробуйте решать визуальные головоломки. Ненавидите писать тексты? Сочиняйте истории в формате комиксов. Мозг любит игру и новизну — именно так формируются нейронные связи.

Ну а главный вывод прост: вы не обязаны соответствовать ярлыкам. Даже если сегодня вы видите в уравнениях лишь хаос, а в стихах — бессмыслицу, завтра всё может изменить один хороший учитель, интересный курс или ваше собственное любопытство.