Непопулярное мнение: диплом врача не повод для доверия

Почему я сомневаюсь в том, что диплом врача — однозначный повод для доверия

Я в детстве очень доверяла врачам. Думала, что если человек в белом халате тебе что-то назначил, то ты обязательно выздоровеешь. Но шли годы, и я всё чаще сталкивалась с ситуациями, когда врач не только назначает какую-то дичь, но и ведёт себя неэтично. 

Начиная с хирурга в студенческой поликлинике, который посоветовал лечить лимфостаз на фоне травмы компрессами с водкой, а на вопрос, как их делать, грубо бросил: «Спроси у своей бабушки». И заканчивая участковым педиатром, которая назначила моему сыну при ОРВИ антибиотики и противовирусное, сироп от кашля и гомеопатический препарат. 

Мы в медредакции Лайфхакера призываем не заниматься самолечением и по вопросам здоровья обращаться к врачам. Но каждый раз, когда я пишу это, в голове всплывают случаи, когда врач не только не помог, но и назначил лекарства-пустышки или отнёсся ко мне равнодушно, не ответил на вопросы или общался снисходительно и высокомерно. 

Да, врачи — это обычные люди, а эмпатия тоже ресурс, который может исчерпаться. Запредельные нагрузки и маленькие зарплаты кого хочешь заставят огрызаться на людей, а нехватка времени помешает как следует поговорить с пациентом, разъяснить ему всё доступно и бережно. 

Но когда человек приходит к доктору, он надеется на помощь, и если вместо неё слышит резкие ответы или получает недоказанное лечение, поход к врачу будто бы теряет смысл. 

Почему врачи не всегда назначают эффективные методы лечения

В современном мире золотым стандартом считается доказательная медицина. Это когда врач использует наилучшие доказательства, полученные в результате научных исследований, и при этом также опирается на свой клинический опыт и учитывает ценности пациента. 

На практике это означает, что перед назначениями врач ищет убедительные доказательства того, что методика поможет, притом этому конкретному пациенту. Например, если исследования подтвердили пользу лечения для мужчин, а пациент — женщина, врач ещё раз подумает, стоит ли применять методику. А если пациент скажет, что лечение его не устраивает, доктор поищет альтернативы. 

Это звучит здорово, но на практике встречается редко. Например, в одном метаанализе, посвящённом доказательной медицине, учёные отметили, что хоть многие врачи и поддерживают доказательный подход, большинство из них при назначениях опираются на книги и мнение коллег, а вовсе не на научные источники. 

Доказательная медицина — это сложно, она требует специальных знаний, умения критически оценивать научные данные и применять их к своим пациентам. Ко всему прочему, она требует времени, иногда технического оснащения. А ещё далеко не всё, что показало пользу в исследованиях, доступно в конкретной стране. 

Более того, согласно приказу Минздрава, с января 2025 года врачи обязаны лечить людей только по клиническим рекомендациям. Это такой свод правил, в котором расписана диагностика и методы лечения при определённых заболеваниях. Несмотря на то, что клинические рекомендации разрабатывают с учётом научных исследований, в них встречаются методы с недостаточными доказательствами. Хороший пример — включение умифеновира в клинические рекомендации по лечению COVID-19. Эффективность этого препарата не доказана.

Как отметила автор эссе о доказательной медицине в России, в нашей стране нет опыта создания качественных клинических рекомендаций, и многие врачи, разделяющие принципы докмеда, ориентируются на европейские документы. В то же время врач, отступающий от российских клинических рекомендаций, рискует нарваться на неприятности. 

Ещё одна проблема — агрессивный маркетинг фармацевтических компаний. Как рассказала в своём подкасте «МедикУм» педиатр Елизавета Нагорская, к ней неоднократно приходили представители от разных компаний с предложением прорекламировать лекарства, и большинство из них были фуфломицинами, то есть препаратами с недоказанной эффективностью. 

Фармкомпании не платят врачам напрямую за то, что те назначают сомнительные лекарства, но рекламируют свои препараты и оплачивают, например, поездки на конференции, где, опять же, опытные врачи рекламируют препараты. И это влияет на людей. Например, в одном метаанализе выяснилось, что после маркетинговой активности фармкомпаний врачи куда охотнее назначают рекламируемые препараты. А в том же подкасте «МедикУм» одна из гостей Нагорской рассказала, что однажды не стала заказывать в поликлинику лекарства-пустышки без доказанной эффективности — и получила выговор от начальства. 

Получается, что врачи находятся в среде, которая вынуждает их лечить людей без опоры на доказательную медицину. Давление со стороны руководства и сумасшедшие нагрузки могут заставить человека отступить от принципов докмеда, даже если он планировал им следовать. 

Но пациентам от этого не легче. Ведь приходится тратить деньги на ненужные препараты и анализы, а также искать информацию в интернете, преодолевая мучительные сомнения и мечась между «врач знает лучше» и «зачем мне назначили гомеопатию?». 

Почему для доверия нужно чуть больше, чем корректные назначения

Ещё одна проблема, которая не добавляет доверия, — коммуникация между врачом и пациентом. Снова нужно сделать оговорку, что в условиях государственных поликлиник времени на нормальный разговор с пациентом может просто не быть. Однако резкими фразами и снисходительной манерой общения грешат не только врачи бесплатной медицины. 

Как-то раз я сходила на приём к гастроэнтерологу в частную клинику. Дело было летом, и в его кабинете было жарко, а дверь была распахнута настежь. Поскольку я собралась рассказать о своих малоприятных симптомах, а в коридоре сидели люди, я попросила закрыть дверь, на что врач ответил, что в кабинете жарко и всем всё равно, что я там буду говорить. После этого ему сделала замечание, видимо, администратор клиники, которая в этот момент проходила по коридору. На это врач уже отреагировал: ругаясь себе под нос, захлопнул дверь так, что я вздрогнула, рухнул обратно на стул и начал приём. И после этого замечательного вступления мне пришлось рассказывать о своих симптомах. 

А ещё даже в частной клинике, где приём длится долго, человек может не получить ответов на свои вопросы. Вместо разъяснений, данных понятным языком, он может нарваться на перечисление медицинских терминов или отсутствие всяких объяснений вовсе. Да, их можно требовать, но если врач разговаривает свысока или отвечает резкими фразами, не все решатся продолжить расспросы. Я вот не решусь. 

И это плохо по двум причинам. Во-первых, это оставляет человека в неведении о том, что происходит с его организмом. Во-вторых, снижает доверие к врачу. Если доктор назначил идеальное лечение, но не развеял сомнения пациента, человек просто не будет выполнять рекомендации. Например, поищет свои симптомы в нейросети, решит принимать что-то другое или вообще не делать ничего. 

В одном обзоре научной литературы авторы отметили, что хорошее общение врача с пациентом увеличивает приверженность последнего лечению, и неудивительно! Если врач заинтересован, слушает тебя, объясняет всё толком, ты видишь перед собой человека, который хочет помочь. Такого специалиста хочется слушаться, даже, может быть, не хочется его расстраивать.

Авторы этого обзора дали несколько советов, которые могут улучшить взаимодействие врача и пациента. По мнению учёных, доктору стоит: 

1. Обращать внимание как на вербальные, так и на невербальные сигналы пациента, и выяснять, что не так, если между ними есть какие-либо расхождения. В то же время быть внимательным и к собственным невербальным сигналам. Например, поддерживать зрительный контакт во время разговора. 
2. Всегда предоставлять информацию, которая интересует пациента, и откликаться на его реакцию.
3. Обсудить природу, течение и прогноз заболевания, доступные варианты лечения и необходимость проведения обследований.
4. Подробно обсудить необходимость и целесообразность дорогостоящих исследований и лекарственных препаратов, а также их влияние на основное течение и исход заболевания.
5. Вовлекать пациента в процесс принятия решений. План лечения должен соответствовать пониманию, убеждениям, культурным ценностям и опасениям пациента.
6. Приложить дополнительные усилия для мотивации пациентов к соблюдению рекомендаций по изменению образа жизни.
7. Всегда излагать информацию простым языком. Не использовать медицинскую терминологию и сокращения, которые непонятны пациенту. 

Возможно, для развития этих навыков требуется дополнительное обучение, а врачи и так часто перегружены. Но согласитесь, было бы здорово, отправляясь на приём, знать, что вас точно выслушают, поймут и дадут полную информацию о вашем заболевании. 

Что делать, если вы не доверяете своему врачу

Если вы сходили на приём к врачу, получили массу негативных эмоций и полезли в интернет, просто знайте, что вы не одиноки. Но такой подход может принести больше вреда, чем пользы. 

Тем более что врачи, которым хочется доверять, существуют. Наверняка вы встречали таких и даже рассказывали о них своим знакомым — какой это классный специалист и просто хороший человек. Я точно встречала. 

Например, мы как-то попали к детскому ортопеду, который с первых минут завоевал доверие моего сына эмпатией и дружелюбием, а моё — тем, что не стал ставить диагноз без рентгена, в отличие от врача из поликлиники (и кстати, их выводы не сошлись, что неудивительно). Мы нашли прекрасного педиатра, которая по-дружески и с юмором общается с сыном, а при простуде даёт справку и назначает пить больше воды и промывать нос, чтобы не было дискомфорта. И всей семьёй ходим к одному стоматологу, который делает зубы недорого, сохраняет даже то, что, казалось бы, невозможно спасти, и при этом объясняет все свои действия. 

Более того, Лайфхакер постоянно сотрудничает с врачами, которые ориентируются на принципы доказательной медицины и в своих блогах борются с антинаучной чушью, осуждают назначение фуфломицинов и ненужных анализов. Так что я точно знаю, что такие врачи есть, надо только их найти. 

Поэтому, если вам попался доктор, которому вы не доверяете, обязательно поищите другого. И даже если их назначения в итоге сойдутся, не ругайте себя за подозрительность. Вы имеете право знать всё о своём здоровье из первых рук, не догугливая после приёма.