Фешен среди чумы: как эпидемии влияют на моду и какие тренды принёс коронавирус

На первый взгляд, какая может быть связь между болезнями и модой? Где-то страдают и умирают люди, не до шмоток. Но жизнь идёт своим чередом, в том числе на фоне эпидемий. А потому меняются и тренды — не только дизайн вещей, но и отношение к ним.

Упрёки из серии «вы — общество потребления, вот раньше все высокодуховные были» бессмысленны. Разные инфекции оказывали на моду своё влияние. Давайте разберёмся, какое.

Стрелки Клеопатры и защита от болезней

Одна из стойких ассоциаций с Древним Египтом — яркий насыщенный макияж глаз. Веки активно подводили чёрной краской и, как выяснили учёные, не просто так. Вероятно, это делали для борьбы с заболеваниями.

На лицо наносилась краска с содержанием солей свинца. Звучит ядовито. Но исследователи полагают, что, возможно, низкие концентрации соединений подстёгивали иммунитет справляться с бактериями, вызывающими болезни глаз и кожи.

Вероятно, сами египтяне делали макияж в ритуальных целях и пользу от него связывали не с иммунным ответом, а с милостью богов. С другой стороны, эти же вещества использовали в медицинских целях. При этом известно, что их не добывали в Египте и на близлежащих территориях, то есть соли свинца добавляли в подводку специально.

Древнеегипетский макияж не связан с какой-то конкретной эпидемией, но вполне показывает, как мода может соответствовать эпидемиологической ситуации. Болезни-то никто не отменял.

Чума, вечеринки

Эпидемии чумы случались в мире неоднократно. Но самая известная произошла в XIV веке и получила название «чёрная смерть». Её вспышки продолжались до XIX века. Причём можно сказать, что мода была одним из факторов распространения болезни. Чуму в том числе несли с собой торговцы, идущие по Великому шёлковому пути. А они среди прочего везли с собой ткани (тот самый шёлк) и прочие подобные товары.

Говоря о чуме и моде, стоит упомянуть костюм чумного доктора. Он не то чтобы стал фешен-событием в своё время, но значительно повлиял на массовую культуру вплоть до наших дней. Костюм начал формироваться в XIV веке, но в привычном нам виде появился в начале XVII. Это длинный плащ, узкие брюки, перчатки, ботинки, шляпа и, конечно, маска. Они делались из кожи или грубого холста, пропитанного воском.

Тем не менее «чёрная смерть» повлияла и на моду. Она выкосила, по разным оценкам, от 30 до 50% населения Европы. Рабочих рук не хватало, что позволяло людям низших сословий требовать лучшие для себя условия.

Маттео Виллани

Современник эпидемии чумы, цитируется по книге The Black Death and the Transformation of the West.

Простонародье ныне требует для себя самых дорогих и изысканных блюд, их женщины и дети щеголяют пышными платьями. <…> Женская прислуга, неопытная и необученная, и вместе с ней мальчишки-конюшие просят для себя по меньшей мере 12 флоринов в год, а самые наглые и 18, и даже 24, то же касается нянек и мелких ремесленников.

Чтобы граница между сословиями не размывалась, в ход пошли запретительные постановления. В том числе так называемый закон о роскоши, который не разрешал беднякам носить определённые фасоны и дорогие ткани. Иначе по одежде невозможно было определить, кто перед тобой — дворянин или простолюдин. Ограничили и заработки последних.

При этом, устав от долгой и разрушительной эпидемии, люди потянулись к празднику — хотя бы визуально. Наряды становились пышнее, красочнее. Яркость соседствовала с подчёркнутым эротизмом: корсеты затягиваются уже, а декольте углубляются — настолько, что грудь может выскочить. Платья облегают фигуру лучше, потому что используется много пуговиц. Мужчины подчёркивают область половых органов заметным гульфиком с лентами и бахромой.

Из-за чумы у элиты внезапно появилось больше денег на расходы: выжившие унаследовали состояние умерших. Больше людей могли позволить себе регулярное обновление гардероба. Способность идти в ногу с изменчивой модой стала новым признаком достатка.

Сифилис под прикрытием

В конце XV века Европу охватил сифилис. По некоторым данным, болезнь встречалась и до этого. Но в 1490‑х она приобрела поистине массовый характер. До открытия пенициллина остаётся четыре века, так что лечения не было. Поэтому заболевшие были вынуждены проходить стадии сифилиса одну за другой.

Быстро стало понятно, что инфекция передаётся половым путём. Так что на смену яркому эротизму пришла сдержанность в одежде. Декольте стали закрытыми, появились высокие воротники. Но цель их была не только в том, чтобы притупить сексуальные желания. Сифилис — это ещё и язвы, эрозии, поэтому прикрывать тело было необходимо, чтобы скрыть болезнь.

Похожую функцию выполняли парики. Они должны были маскировать потерю волос. Мужчины отращивали усы и бороды, чтобы продемонстрировать, что с волосяным покровом всё в порядке.

А ещё трансформировался гульфик. Он превратился в объёмный мешочек. По некоторым данным, изменение было также продиктовано медицинской необходимостью. Из-за сифилиса мужчинам приходилось делать примочки и повязки в области гениталий, которые были видны в обычной одежде. Но обновлённый гульфик всё скрывал.

Оспа и белое лицо

Натуральная оспа известна человечеству как минимум весь период нашей эры. Она поражала и простолюдинов, и аристократов. Одни умирали, другие приобретали пожизненный иммунитет, но не только его. Одно из последствий оспы — язвы на коже, которые оставляют после себя рубцы. Логично предположить, что переболевшие старались их скрыть. И они это делали: в моду вошли лица, покрытые толстым слоем пудры.

Считается, что основоположницей тренда стала переболевшая оспой в середине XVI века королева Англии Елизавета I. А остальные с удовольствием ему последовали и начали наносить на лицо свинцовые белила. Ядовитые, конечно, но это уже другая история.

Туберкулёз и мода выглядеть больным

Экстремальная худоба, бледная кожа, сверкающие глаза, красные губы и неестественный румянец — эти внешние признаки сопровождали чахотку и считались весьма привлекательными. Плюс к тому в первой трети XIX века болезнь романтизировали. Пока не открыли её возбудитель, считалось, что чахотка поражает в основном привлекательных женщин из высшего общества, а склонность к ней врождённая.

А потому даже если человек был здоров, он пытался походить на больного. Лицо убледняли пудрой — свинцовой и лавандовой. Последняя должна была придать голубоватый оттенок. Иногда подрисовывали вены для иллюзии истончённой кожи. Подкрашивали губы, щёки и уши, чтобы имитировать лихорадку. Вырезы платьев стали более открытыми — чтобы подчеркнуть костлявые плечи.

Туберкулёз вышел из моды в конце XIX века, когда стало понятно, что болезнь заразна. А потому больше никто не искал близкого контакта с пострадавшими от неё. И мода снова изменилась. Юбки чуть укоротили — так, чтобы подол не собирал грязь с улиц. Стали популярны приспособления, с помощью которых можно было присобрать ткань платья и не касаться ею нежелательных поверхностей. Впрочем, это делалось для защиты не только от чахотки, но и от бактерий в принципе.

Испанка и японские маски

Эпидемия испанского гриппа, бушевавшая с 1918 по 1920 год, унесла немало жизней. И с распространением болезни также боролись с помощью масок. А в некоторых префектурах Японии это сделали обязательным.

Испанка прошла, во многих странах маски сняли, а в Японии — нет. Землетрясение в 1923 году привело к масштабным пожарам, и лицо вновь пришлось прикрыть, чтобы защититься от гари и пепла. Эпидемия гриппа в 1934‑м, сезонные вспышки простудных заболеваний, загрязнение воздуха и другие обстоятельства привели к тому, что маски стали привычным атрибутом и распространились на близлежащие страны. Как элемент азиатского стритстайла, маски были популярны задолго до коронавируса.

Микробы и перчатки

В течение долгого времени для высших сословий появиться на публике без перчаток было моветоном. Это не привязано к конкретной болезни, но очевидно имеет отношение к здоровью. Рукопожатия могут привести к различным неприятным последствиям. Особенно если нет привычки и условий постоянно мыть ладони.

Коронавирус и всё-всё-всё

Говорить о постковидных временах пока рано. Но можно отметить тренды, которые уже с нами.

Маски

Когда пандемия только начиналась, люди в основном носили медицинские одноразовые модели. Переход на многоразовые был своего рода капитуляцией, признанием, что коронавирус с нами надолго. И индустрия мгновенно на это отреагировала.

Производители предлагают варианты разных цветов, с принтами и украшениями. Модели в масках ходят по подиуму. Модные дома представили свои экземпляры защитных средств по невероятным ценам. В общем, маски вписываются и в нарядный, и в повседневный гардероб.

Комфорт и практичность

Мода в принципе довольно быстро двигается в этом направлении. Оверсайз, унисекс, плоская подошва пришли на смену туфлям на каблуках, узким джинсам и тесным рубашкам. Даже в деловом костюме современного кроя можно прыгать и бегать, а не только сидеть на совещании.

Пандемия с самоизоляцией, удалённой работой только ускорила этот процесс. К тому же жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на дискомфорт.

Новый подход к макияжу

Маски скрывают половину лица. А потому акцент в макияже переместился на глаза. При этом бренды, представляя новую косметику, нередко указывают её сочетаемость со средством защиты как преимущество. Например, если тональный крем не снимается с лица вместе с маской, это очевидный плюс.

Вещи как инвестиция

Поход в магазин сейчас — целое приключение. К тому же пандемия негативно отразилась на экономике. Созданы все условия, чтобы мы выбирали вещи более вдумчиво, обращали внимание на качественную одежду и обувь, которая прослужит нам дольше.

Праздник при случае

Опыт других кризисов показывает: измученные люди хотят праздника. Поэтому определённо мы будем по возможности наряжаться и самовыражаться. Но, скорее всего, уделять при этом больше внимания своим желаниям, а не общественным ожиданиям.