Краткая история использования ЛСД в научных целях

Официально история ЛСД началась 16 ноября 1938 года. В этот день Альберт Хофманн, молодой химик, работавший в швейцарской фармакологической компании «Сандоз», получил из спорыньи (Claviceps), гриба из семейства спорыньевых, паразитирующего на злаках, алкалоид — лизергиновую кислоту. Из неё он синтезировал ЛСД-25 (диэтиламид лизергиновой кислоты 25) — вещество получило номер 25, будучи 25‑м по счёту соединением, синтезированным из этой кислоты.

Об эффектах алкалоидов спорыньи на организм человека было известно давно. Грибок неоднократно поражал урожаи ржи по всему миру, начиная как минимум с середины VI века. Потребление хлеба из поражённого зерна (спорынья распространялась в основном в холодные и сырые годы) приводило к масштабным эпидемиям эрготизма, или «огня святого Антония», — отравлениям алкалоидами спорыньи: только в Российской империи с начала XVIII по начало XX века зафиксировано 24 крупные эпидемии.

Страдающего от эрготизма поражали конвульсии и гангрена конечностей; кроме того, наблюдались и психические эффекты: больной впадал в состояние бреда. Из-за большого количества симптомов в распространении эпидемий эрготизма даже обвиняли ведьм: считалось, что «Антониев огонь» появлялся не без помощи колдовства.

Несмотря на свою опасность, в малых дозах алкалоиды спорыньи долгое время использовались в фармакологии: для лечения мигреней, нервных расстройств, а также при родах — для остановки кровотечений и стимулирования сокращений матки. В «Сандоз» Хофманн изучал возможности расширения потенциала использования спорыньи в медицинских целях, а её сильный психоактивный эффект обнаружил совершенно случайно.

Путь домой

Всё началось с того, что 16 апреля 1943 года Хофманн приготовил порцию препарата, синтезированного им за пять лет до этого. По окончании манипуляций учёный почувствовал себя странно: он впал в необычное для себя психическое состояние, похожее на сон наяву. Хофманн предположил, что в его организм попала микроскопическая доза ЛСД, оставшаяся на подушечках пальцев. Через три дня, 19 апреля, учёный решил провести на себе целенаправленный эксперимент — принять 0,25 миллиграмма препарата. Исходя из данных об использовании алкалоидов спорыньи в медицине, Хофманн решил начать с минимальной дозы, способной, по его мнению, привести хоть к какому-то эффекту.

Реальный эффект, однако, превзошел все ожидания. Почувствовав недомогание, Хофманн отправился домой на велосипеде. В течение последующих нескольких часов учёный испытывал всевозможные галлюцинации: краски природы меняли цвета, стены в гостиной растекались, а мебель приобретала человеческие формы.

Я был охвачен безумным страхом сойти с ума. Меня унесло в другой мир, место и время. Моё тело казалось бесчувственным, безжизненным, странным. Я умирал? Это был переход на тот свет? Иногда я ощущал себя вне собственного тела и мог наблюдать за трагичностью своего положения со стороны.

Альберт Хофманн о первом приёме ЛСД

Воздействие препарата было поистине пугающим. Оправившись, Хофманн доложил о результатах своего опыта руководству «Сандоз». Решив, что применение вещества, полученного Хофманном, может помочь в изучении и лечении психических состояний и расстройств (от алкоголизма и депрессии до шизофрении), компания в 1947 году начала коммерческий выпуск ЛСД: препарат получил название «Делицид» и распространялся по психиатрическим лечебницам. Сам Хофманн продолжил исследования и привлёк к опытам с применением ЛСД работников своей лаборатории и студентов.

Применение ЛСД для лечения психических расстройств широко распространилось в 50‑х годах. Этот метод лечения называли «психоделической психотерапией», а ведущим центром по его использованию стала психиатрическая лечебница «Повик» в британском графстве Вустершир. Один из врачей учреждения Рональд Сэндисон заинтересовался ЛСД после встречи с Альбертом Хофманном в 1952 году. Рассказав руководству больницы об эффективности лечения клинической депрессии и даже шизофрении за счёт «освобождения сознания» под действием препарата, Сэндисон настоял на введении в больнице психоделической психотерапии.

Первое исследование было проведено в том же году: оказалось, что пациенты с депрессией, приняв ЛСД, быстрее и лучше обращаются к своим самым тайным (и даже подавленным) воспоминаниям, что значительно облегчает их общение с психотерапевтом и, как следствие, повышает эффективность лечения.

Поставки «Делицида» для широкого применения в клинических исследованиях начались шестью годами позже; под руководством Сэндисона исследования проводились вплоть до 1966 года, когда из-за распространения ЛСД за пределами клиник, среди людей, принимавших его в рекреационных целях, производство и обращение препарата (даже в медицинских целях) запретили в США и ряде других стран. Всего через психоделическую психотерапию под руководством Сэндисона прошли более 600 пациентов.

Включись, настройся, выпадай

Нельзя сказать, что запрет на производство и распространение ЛСД полностью остановил его оборот. Стояла середина 60‑х: время раскрепощения, свободы и творчества: многочисленные произведения искусства — от песен и картин до произведений архитектуры и книг — были вдохновлены психоделическими путешествиями сознания. Экспериментировали с ЛСД и учёные, разумеется, уже вне стен психиатрических лечебниц.

Одной из ключевых фигур в исследованиях, связанных с ЛСД, стал лектор Гарвардского университета, психолог Тимоти Лири. Он приступил к экспериментам с психоделическими веществами ещё в начале 60‑х, до запрета на их использование. Лири долгое время изучал воздействие на психическое состояние людей псилоцибина — алкалоида и психоделика, содержащегося в некоторых видах так называемых галлюциногенных грибов. Лири и его студенты нередко ставили опыты на самих себе, что приводило к конфликтам с этической комиссией и руководством университета.

Один из самых известных экспериментов под руководством Лири в 1962 году провёл его студент, психиатр Уолтер Панк: он изучал воздействие псилоцибина на гарвардских студентов-богословов. Панка, в частности, интересовало, смогут ли глубоко верующие люди пережить момент божественного откровения. Эксперимент был плацебо-контролируемым, а при опросе, проведённом через несколько лет после эксперимента, его участники оценивали полученный ими опыт как одну из «высочайших точек» своей духовной жизни.

После знакомства Лири с ЛСД он начал использовать в своих экспериментах и его.

Протесты со стороны университетского руководства нарастали: студенты, не попавшие к Лири добровольцами, узнав об эффектах ЛСД от своих знакомых, начали принимать его в рекреационных целях (а это не одобрялось ещё до всяких официальных запретов). Лири и один из его коллег были уволены в 1963 году.

Это не остановило учёного: Лири продолжил свои эксперименты и без официальной аффилиации. Он активно пропагандировал приём психоделиков, чем привлекал внимание не только многочисленных хиппи, но и спецслужб. В 1970 году его осудили за хранение марихуаны на 38 лет. Впрочем, Лири провёл в тюрьме недолгий срок: бежав, он перебрался в Швейцарию, но, не получив там убежища, отправился в Афганистан, где и был пойман в 1972 году, после чего вернулся в американскую тюрьму, из которой вышел четырьмя годами позже и уже на законных основаниях.

В странах советского блока среди учёных, изучавших воздействие ЛСД на человеческую психику, больше всего был известен чехословацкий психолог Станислав Гроф. Свои эксперименты он начал ещё в середине 50‑х годов прошлого столетия в пражском Институте психиатрических исследований. Для опытов, помимо ЛСД, он также использовал псилоцибин и мескалин — психоделик, получаемый из кактусов лофофора (Lophophora). Психоделики учёный изучал в контексте трансперсональной психотерапии — ответвления психологии, направленного на изучение изменений состояния сознания. В начале 60‑х годов Гроф перебрался в Университет Джонса Хопкинса в Мэриленде, США, где продолжал свои исследования в течение следующих семи лет.

Без отпора

Применением ЛСД интересовались и правительственные организации. Печально известный секретный проект ЦРУ MK-ULTRA был посвящён поиску эффективных средств манипуляции массовым сознанием: в течение почти 20 лет, с начала 50‑х до конца 60‑х годов прошлого века, спецслужбы изучали всевозможные способы контроля над человеческим разумом.

Бóльшая часть исследований проходила под руководством американского психиатра Дональда Камерона в Университете Макгилла в Квебеке, в Канаде. Среди всех наркотиков, используемых в экспериментах, ЛСД привлекал внимание ЦРУ больше всего: руководителям спецслужбы хотелось знать, можно ли с помощью этого вещества раскрывать советских агентов и могут ли Советы, в свою очередь, проделывать то же самое с американскими разведчиками.

Все исследования проводились в строжайшей секретности, поэтому привлечение добровольцев со стороны не рассматривалось. Под контролем MK-ULTRA ЛСД принимали пациенты психиатрических лечебниц, наркоманы и преступники — те, кто, как выразился один из участников проекта, «не могут дать отпор». В конце концов проект был закрыт, и в отношении его участников даже началось официальное расследование. В прессу, в частности, попали сообщения о том, что к экспериментам нередко привлекали наркозависимых, предлагая им в качестве вознаграждения героин.

Самый известный пример — это появление в некоторых городах США так называемых «домов безопасности» в ходе операции «Полуночная кульминация» (Midnight Climax). Эти дома находились под контролем агентов ЦРУ и по сути были притонами: завербованные секс-работницы заманивали в них людей и предлагали им наркотические вещества, в том числе ЛСД. За поведением «подопытных» после приёма наркотиков наблюдали агенты и учёные, принимавшие участие в проекте MK-ULTRA; они находились за специальным односторонним зеркалом.

Несмотря на большую правительственную и научную важность, эксперименты MK-ULTRA во многом нарушали установленный ещё в конце 40‑х годов Нюрнбергский кодекс, регулирующий процедуру проведения опытов с участием людей. Проект был официально остановлен в 1973 году, а расследование проведённых в его ходе экспериментов продолжалось ещё несколько лет после этого.

ЛСД и мозг

Из-за широкого применения ЛСД в рекреационных целях, а также из-за общественного резонанса, вызванного правительственными проектами, диэтиламид лизергиновой кислоты давно входит в список запрещенных наркотических средств. Именно поэтому его фармакодинамика, а также влияние на активность головного мозга изучены не до конца, хотя первые данные появились благодаря исследованиям самого Хофманна. Кое-что, однако, узнать удалось: учёные изучали кристаллическую структуру вещества в комплексе с рецепторами, проводили эксперименты на модельных организмах и даже, получив специальное разрешение, давали небольшие дозы добровольцам.

ЛСД относят к структурным аналогам нейромедиатора серотонина, который играет важную роль в работе системы вознаграждения головного мозга. Попадая в организм, ЛСД воздействует на различные связанные с G‑белком рецепторы: дофаминовые (известно, например, что ЛСД выступает агонистом рецептора D2), серотониновые и адренорецепторы, реагирующие на адреналин и норадреналин.

Несмотря на то, что биохимические свойства препарата до сих пор не изучены сколько-нибудь подробно, исследования показывают, что главной «мишенью» ЛСД является серотониновый 5‑HT2B-рецептор. В частности, в прошлом году именно такое рецепторное воздействие ЛСД продемонстрировали две независимые группы учёных из Швейцарии и США. В ходе экспериментов с 5‑HT2B и гомологичным ему рецептором 5‑HT2A учёные обнаружили, что под воздействием ЛСД одна из внеклеточных петель серотонинового рецептора формирует «крышку», захватывая молекулу вещества в своем активном центре. Это заставляет вещество непрерывно активироваться и тем самым вызывает галлюцинации.

За год до этого, в 2016 году, британским учёным впервые удалось получить разрешение на использование ЛСД в плацебо-контролируемом фМРТ-исследовании. Участники из активной экспериментальной группы приняли 0,75 миллиграмма вещества. Данные томографии показали, что в головном мозге после приёма ЛСД наблюдается повышенная активация сети пассивного режима работы мозга, а также общее снижение упорядоченности работы: вместе активировались участки, которые обычно работают по отдельности. Так, синхронно с другими участками активировалась первичная зрительная кора — учёные предположили, что именно этот механизм работы мозга лежит в основе появления галлюцинаций. Примечательно, что официальные организации отказались давать исследователям деньги на проведение эксперимента: необходимую сумму (около 25 тысяч фунтов) собрали, запустив общественную краудфандинговую кампанию.

Можно сказать, что в последние годы интерес к исследованиям психических эффектов ЛСД возрастает. Впервые с середины прошлого столетия учёные изучают его влияние, например, на речь и эмоции, избавляя участников от страха. Тем не менее к изучению феномена человеческого сознания (а именно оно является главным «объектом» воздействия ЛСД) учёные ещё только подбираются. Скорее всего, эксперименты с ЛСД будут проводиться и дальше: разумеется, только легально и с согласия участников.