Почему «Манк» Дэвида Финчера стоит посмотреть всем ценителям хорошего кино

На стриминговом сервисе Netflix вышел один из самых ожидаемых фильмов последних месяцев. Знаменитый Дэвид Финчер, не снимавший полнометражное кино с 2014 года, выпустил свой «проект мечты», который он хотел реализовать в течение 30 лет.

Картина «Манк» с Гари Олдманом в главной роли посвящена сценаристу Герману Манкевичу. Именно он вместе с Орсоном Уэллсом создал «Гражданина Кейна», который нередко называют величайшим фильмом всех времён. Именно о работе над этим шедевром и рассказывает лента Финчера.

Разумеется, у всех синефилов заранее были самые завышенные ожидания от картины: Дэвид Финчер — один из очень почитаемых, но при этом массовых режиссёров современности, славящийся дотошной проработкой деталей. А тут он ещё и взялся рассказывать о золотом веке кинематографа.

И теперь можно с уверенностью сказать, что «Манк» оправдывает все надежды. Он сохраняет фирменный почерк автора и окунает в прошлое, проводя множество параллелей с «Гражданином Кейном». И при этом, что очень важно, остаётся понятным даже неподготовленному зрителю.

Знаменитая история за кадром

Герман Манкевич по прозвищу Манк — человек, без которого классический Голливуд наверняка был бы чуть более бледным и скучным. Начав с журналистики, в середине 1920‑х Манкевич сменил свою деятельность на написание сценариев и быстро завоевал солидный статус. Он помогал создавать множество картин, ставших впоследствии легендарными, вплоть до эпохального «Волшебника страны Оз».

Вот только есть одна тонкость: простые зрители о нём не слишком знали, поскольку имя Манка не указывали в титрах. На это у студий было множество причин, одна из которых — заинтересованность в немецком кинорынке. Манкевич был радикальным противником фашизма, а потому картины, где он значился сценаристом, запрещали к прокату в Германии. Так что его имя приходилось скрывать, хотя статус автора в профессиональных кругах это не слишком понижало.

Гораздо больше неприятностей Манкевичу доставлял алкоголизм. В состоянии опьянения Манк нередко вёл себя несдержанно, навлекая немало бед. А если прибавить к этому игроманию и излишнюю прямоту на грани грубости, становится очевидно, что работать с этим автором было очень непросто.

В 1939 году Герман Манкевич после аварии лежал со сломанной ногой, и однажды его навестил начинающий режиссёр Орсон Уэллс, предложив поработать вместе над фильмом. Стараясь оградить соавтора от всех отвлекающих факторов и, главное, алкоголя, он отправил Манка в сопровождении медсестры и секретарши на ранчо, где тот и написал свой лучший сценарий. Так началась история великого «Гражданина Кейна».

Всё это не спойлеры к фильму. Его сюжет вообще невозможно заспойлерить: «Манк» не о внезапных поворотах судьбы и интригах, это живая человеческая драма и трагедии талантливых людей.

Ведь Манка снова не хотели указывать в титрах и подавали «Гражданина Кейна» как единоличное творение Уэллса. И он сам, кажется, поверил, что создал картину в одиночку. После чего и началась затяжная вражда сценариста и режиссёра, каждый из которых утверждал, что придумал значительную часть сюжета и диалогов.

История расставила всё на свои места: сценарий «Гражданина Кейна» по большей части принадлежит Манкевичу, что не умаляет заслуг Уэллса: невероятный визуальный подход и живость действия создал именно режиссёр.

Но в «Манке» Орсон Уэллс сугубо вторичный персонаж, чаще он и вовсе фигурирует за кадром, а противостояние героев выливается всего в одну, хотя и очень эмоциональную сцену. Вся остальная картина посвящена именно работе Манкевича над сценарием и его прошлому.

Но это не выливается в простую последовательную драму о муках творчества. Финчер превращает историю в неспешную, но очень напряжённую головоломку. Как «Гражданин Кейн» постепенно собирался из отдельных кусочков и сюжетных элементов, так и «Манк» в многочисленных флешбэках разбирает появление персонажей сценария, вписывая это в события, происходившие во всей киноиндустрии США.

В создании «Гражданина Кейна» есть и ещё одна не менее захватывающая история. А именно — общение сценариста с магнатом Уильямом Рэндольфом Хёрстом и близкая дружба с его любовницей, актрисой Мэрион Дэвис. Главный герой «Гражданина Кейна» явно списан именно с этого миллионера, чем он, разумеется, был крайне недоволен.

В итоге «Манк» выглядит одновременно и значимо, и очень неожиданно. Финчер не превращает сюжет в пересказ всем известных фактов противостояния Манкевича и Уэллса или даже давления Хёрста.

Картина как раз даёт обрамление и позволяет познакомиться со всем миром кино, концентрируясь на жизни одного, самого главного в этой истории человека.

Максимальная достоверность картинки

В плане подхода к съёмкам Дэвид Финчер — настоящий ботаник в самом лучшем смысле этого слова. Каждый его фильм насыщен множеством проработанных деталей. Именно поэтому он считался мастером триллеров: что «Семь», что «Зодиак» не просто рассказывали истории маньяков — они полностью погружали зрителя в мир расследования.

«Манк», возможно, вершина перфекционизма Финчера. По требованию режиссёра весь антураж создавали из настоящих старых вещей, которые находили в архивах: одежды, посуды, печатных машинок. Даже авторы саундтрека Трент Резнор и Аттикус Росс — любимцы режиссёра и по совместительству участники Nine Inch Nails — использовали для записи инструменты и микрофоны 1940‑х со всеми их шумами и хрипами.

Важно, что такой подход в «Манке» не просто упражнения Финчера в мастерстве и хвастовство перед публикой и коллегами. Максимализм служит двум основным целям. Во-первых, достаточно взглянуть на большинство кино- , а тем более телепроектов в ретроатмосфере, чтобы понять разницу. Чаще всего прошлое выглядит этаким пряничным домиком, изящным и совершенно неправдоподобным. «Манк» — редкий случай, когда можно подумать, что наблюдаешь, конечно, не за самой эпохой, но за её отображением в кино того времени.

При этом Финчер не поступает как Роберт Эггерс, который снимал свой «Маяк» на древние камеры. Всё же «Манк» не артхаус, а массовое кино. Но картинка состарена настолько искусно, что легко поверить, будто фильм вышел примерно в те же годы, что и сам «Гражданин Кейн», а потом его аккуратно отреставрировали, так и не сумев убрать часть помех: пометок для склейки, царапин и прочих повреждений старой плёнки.

А во-вторых, Дэвид Финчер снял историю создателя «Гражданина Кейна», используя бесчисленные цитаты из этого фильма. Все, кто видел картину Уэллса, узнают в выпадающей из рук бутылке намёк на одну из самых эмоциональных сцен.

Несмотря на то, что сюжетно это две совершенно разные истории разного масштаба, визуальные приёмы, которые использует в «Манке» оператор Эрик Мессершмидт, явно копируют классику: акцент сразу на нескольких точках разной удалённости, съёмка героев снизу, падающий из окна свет. Даже переходы между сценами словно пришли из классики, когда не было возможности менять кадры более изящно.

Это достигает своей высшей точки в сцене появления Уэллса: он показан ровно так же, как и его персонаж в будущем фильме. После чего параллель тут же переходит в иронию: Манк понимает, что этот момент нужно включить в сценарий.

Но одними только упоминаниями «Гражданина Кейна» дело не ограничивается. «Манк» обращается ко всему классическому Голливуду, вводя в эпизодах множество реальных личностей, которых узнают знатоки кино, и откровенно подшучивая над стандартами студийной работы. Знакомство Манкевича и Дэвис — явный оммаж съёмкам посредственных вестернов.

А уж выдумывание сюжета фильма ужасов прямо на ходу — верх иронии над бесчисленными картинами о монстрах, которые так любили в США в 1930‑е. И тут остаётся только гадать: Дэвид Финчер действительно хотел показать неприязнь Манкевича к подобной халтуре или же он прямо намекает на свою нелюбовь к слишком потребительскому кино.

Очень личная история

Для самого Дэвида Финчера «Манк» не просто очередной фильм (хотя он почти и не снимал совсем уж проходных картин). Всё дело в том, что вкус и любовь к кино будущему режиссёру привил его отец — Джек Финчер. Вместе с ним Дэвид в детстве посмотрел «Гражданина Кейна».

А потом отец, долгое время работавший журналистом, решил стать сценаристом и написал «Манка». Кстати, он изначально хотел посвятить сюжет как раз противостоянию Манкевича и Уэллса, но Дэвид его отговорил.

Снять картину по сценарию Джека Финчера режиссёр хотел ещё с 90‑х, планируя пригласить на главную роль Кевина Спейси. Но ему никак не удавалось добиться одобрения продюсеров: те не хотели выпускать чёрно-белую драму, заранее ожидая низкого зрительского интереса.

Воплотить проект в жизнь помог стриминговый сервис Netflix, для которого Дэвид Финчер сделал немало: он продюсировал «Карточный домик», «Любовь, смерть и роботы» и, конечно, «Охотника за разумом». Устав от своего последнего проекта, режиссёр хотел сделать перерыв, но руководство платформы предложило ему снять любой фильм, который он захочет, при полном творческом контроле. Тут и настала пора «Манка».

Увы, Джек Финчер скончался в 2003 году, так и не увидев ни одной картины по своему сценарию. Но в этой истории есть некая цикличность и связь с судьбой экранных героев: Манкевича, как, вероятно, и отца Финчера, знают по одному фильму, который снял дерзкий самобытный режиссёр без влияния продюсеров.

Возможно, поэтому «Манк» не просто историческая драма. В нём регулярно проскакивает очень много личного от самого режиссёра. Не потому ли Уэллс здесь так напоминает собственно Финчера? В личности же самого Манкевича — интеллигентного, ироничного и бесконечно умного человека с непростой судьбой — вероятно, проглядывают черты его отца.

«Манк» — резкая отповедь Голливуду с его жёсткими рамками творчества и нежеланием обидеть тех, кто платит деньги. В картине раз за разом показывают несчастных творцов: кто-то продаётся системе, кто-то — вылетает из-за нежелания с ней сотрудничать. А боссы желают лишь сохранить и преувеличить своё состояние.

Достаётся и политике: продюсеры и магнаты предстают настоящими хищниками, которых интересы на местных выборах заботят больше прихода фашистов. Они готовы даже на подлог и сами действуют чуть ли не методами Геббельса ради достижения собственной, благой, по их словам, цели.

Причём сюжет из прошлого заранее оправдывает режиссёра: он вроде бы не говорит о современной повестке, не пытается сыграть на актуальных темах. Но ведь и «Гражданин Кейн» будто о вымышленных героях. Однако любой внимательный зритель заметит неустаревающие, увы, темы.

Фильм, понятный всем

По огромному количеству описаний и исторических справок в этой статье может показаться, что «Манк» — картина исключительно для киноманов. Понять её смогут только те, кто знаком с творчеством и жизнью Манкевича и Уэллса, в курсе биографии Финчера и в довесок смотрели «Гражданина Кейна» минимум два раза.

Но из всего этого справедливо лишь последнее. Да и то потому, что это очень интересный фильм, от которого любой обладающий вкусом зритель получит огромное удовольствие.

В первую очередь это история преодоления: Манкевич сражается с обстоятельствами, а ещё чаще — с самим собой. Причём Дэвид Финчер не склоняется к типичному морализаторству. Даже алкоголизм сценариста он не выставляет абсолютным злом.

Тут, конечно, выходит на первый план талант Гари Олдмана. Приглашая актёра на главную роль, Финчер даже пожертвовал исторической правдой: Манкевичу было слегка за 40, Олдману уже 62. Хотя достаточно поискать архивные фото, чтобы понять: нездоровый образ жизни рано состарил сценариста. Но для режиссёра важнее оказалось не портретное сходство, а способность Олдмана играть одновременно неказистого и обаятельного персонажа.

Понятно, что Манк сам виноват в значительной части своих бед, да и его отношение ко всем окружающим вызывает много вопросов. Но при этом не любоваться этим персонажем просто невозможно. Олдман снова полностью погружается в роль, и за его игрой уже не видно самого актёра, словно он всю жизнь выглядел и вёл себя именно так.

Все остальные, конечно, лишь обрамление истории Манка. Но нельзя не восхищаться тем, как Финчер показывает женских персонажей, будто противопоставляя реальную историю многим фильмам 30‑х и 40‑х, где их делали исключительно функциями.

Красавица Мэрион Дэвис, которую играет Аманда Сейфрид, значительно умнее, чем хочет казаться. Машинистка Рита в исполнении Лили Коллинз превращается буквально в совесть самого Манка и отвечает чуть ли не за самые эмоциональные моменты в фильме. А уж о супруге сценариста Саре (Таппенс Мидлтон) с её бесконечной мудростью и любовью и говорить не приходится.

И ко всем драматическим, политическим и экономическим поворотам добавляется ещё одна типично финчеровская составляющая — потрясающее умение снимать диалоги. Герои здесь говорят просто бесконечно, но это не утомляет: в тексте очень много отличных шуток, что прекрасно разбавляет серьёзный сюжет.

При этом персонажи не статичны. Они почти по-тарантиновски всё время куда-то двигаются, делая картинку очень динамичной и позволяя не только слушать, но и любоваться обстановкой. Высшего пика мастерство достигает в монологе Манка про Дон Кихота, где смешивается шекспировский трагизм и подача в духе триллера в почти комичном антураже. Вот на таких сочетаниях и держится весь фильм.

Конечно, «Манк» всё же не совсем массовое кино: оно слишком медленное, историческое и разговорное. Но Дэвид Финчер на два часа отправляет зрителя в путешествие по старому Голливуду и, главное, сознанию творческого человека.

В истории создания «Гражданина Кейна» он позволяет увидеть, как складывается любая история: из кусочков воспоминаний, острых событий, фантазий, шуток, обид и боли. Уже ради этого стоит посмотреть и полюбить «Манка». Заодно получив удовольствие от красивых съёмок и потрясающей актёрской игры.