Полненькая лабораторная затворница Ольга Левицкая решила: раз уж мы живём в XXI веке, то такая мелочь, как один нерв, не должна ограничивать свободу самовыражения. Теперь она обладает модельной внешностью, играет в симфоническом оркестре и уже изучает сольное исполнительское мастерство.

Она основала компанию Cyber Myonics, разрабатывает и внедряет киберкостюмы. Киберкостюм — это экзонервная система, конструкция, которая помогает людям худеть, не отвлекаясь от повседневных дел, погружаться в виртуальную реальность, приобретать новые навыки или заново учиться двигаться, восстанавливаясь после травм.

Ольга — эмбриолог. Ольга играет на контрабасе в оркестре. Ольга делает потрясающий косплей. Ольга — водолаз 5-го разряда, фридайвер и дайвер, чувствующая себя как русалочка в воде. И мы всё ещё говорим об одном человеке.

«Один в поле не воин, в одиночку мне не справиться с большими задачами» — о необходимости набирать команду

— Ольга, в Facebook вы Соня. Так как правильно?

— По паспорту я Ольга, а Соня, точнее Сона, — это псевдоним, который был взят в честь персонажа компьютерной игры League of Legends, в переводе означает «звук». В своё время страницу в Facebook я создавала для коммуникации с зарубежными тиммейтами, вот и назвалась там Соной. Я подружилась с разработчиками, и они создали прототип киберкостюма в игре — DJ Sona, что очень меня вдохновило. Спустя годы исследований дизайн у него в итоге стал совсем другой, обусловленный техническими требованиями. Второе имя и персонаж остались. И косплей на него с применением своих разработок я тоже сделала.

— Обычно деятельность учёного представляется так: на голову человеку падает яблоко, он бежит паять машину времени, смена кадра — и он Бэтмен. Как всё происходит на самом деле? Сколько времени ушло на твою идею, от пореза до первой киберперчатки?

— К моменту, когда я получила травму руки, я уже имела успехи в науке, победы во многих олимпиадах, отличную успеваемость, публикации, насыщенную лабораторную работу, в том числе и в области электрофизиологии. Но ничто так не подстёгивало к исследованиям и инсайтам, как собственная боль и охвативший ужас. Однако всё-таки элемент случайности и спонтанности присутствовал.

Идея пришла ко мне из аниме, которое я смотрела в больнице. Я воскликнула «Эврика!», а потом в этой же больнице нашла грант на конкурс с таким же названием, решив, что именно так всё и должно быть.

Вывод: да, яблоки иногда падают на голову, но только тем, кто ухаживает за яблоней и проводит достаточное время в её тени в период плодоношения. Но яблока мало. И первое, что пришлось понять, — один в поле не воин, в одиночку мне не справиться. Время против. Нерв передержали без контакта больше 40 минут, и всё. Сам он не срастётся. А если передержать его больше полугода, ткани начнут отмирать и все функции будет уже невозможно восстановить.

Поэтому я поняла, что надо собирать команду. Я solo-skill-исследователь, опыта не было никакого. Cтала смотреть, как оформлять заявки на гранты, проходить акселераторы и школы, становиться руководителем, достойным такого масштабного проекта.

Чем отличаются гранты за победы в олимпиадах и конкурсах от грантов на разработки, я изучала две недели. В «Эврике», о которой я узнала в больнице, мы дошли до финала. Там же мне дали экспертизу о ведении проектов. В это время я вкладывала в разработку свои личные средства, которые заработала как учёный-биолог, потому что я начала работать достаточно рано (в детском журнале с 12 лет как популяризатор науки, но это немного не считается): читала лекции инженерам по биологии, работала в лабораториях экспериментальной эмбриологии, робототехники и интеллектуальных систем.

А по изначальной специальности я генетик-эмбриолог. Электрофизиологией и нейроинтерфейсами я занялась постольку-поскольку.

— Ты точно один человек?

— Да, я одна. И мне самой с собой не одиноко.

— Хорошо, тогда продолжим разговор о том, как ты сделала себе руку.

— Перчатку? Когда шла программа «Эврика», я начала разработки. Я ещё училась в институте, где на кафедре физиологии было необходимое для первых опытов оборудование. Поскольку училась я отлично и у меня было много научных достижений, у меня был положительный имидж, мне всё разрешили использовать да ещё и президентской стипендией подбадривали.

Днями и ночами я ставила первые эксперименты с имеющейся техникой, перемежала это занятиями в акселерационной программе «Эврики» и поиском исполнителей для проекта: инженеров, программистов, потому что уже на тот момент было понятно, что понадобится делать новую аппаратуру.

До этого я работала в одной из лабораторий МАИ (Московского авиационного института), и у меня был опыт участия в одном из проектов, где разрабатывали новую аппаратуру. Мы делали прибор для профилактики онкологических заболеваний.

Я имела представление, как это происходит, но быть участником команды и самой создавать проект — это «две большие разницы».

Прототип «на скорую руку» (в прямом и переносном смысле) был собран в общей сложности за полгода. С нейропротезом — киберперчаткой — я смогла играть на контрабасе спустя три недели тренировок. Они начались 2 февраля. А 1 марта я уже исполняла партию на сцене в составе оркестра и ощущала триумф технологий и бесконечное счастье, не догадываясь, что ждало меня впереди…

«За печеньки специалисты не работают» — о мотивации команды

— Расскажи о команде, которая помогала тебе собирать прототип.

— Сначала со мной работали четыре человека, потом остались трое необходимых, мы с ними вместе сделали перчатку и дальше работали. В настоящий момент над проектом трудятся 34 человека, восемь из них — основной состав. Из изначальной команды остался только один. Виолончелист. Надо сказать, что тенденция к музыкальности сотрудников продолжает сохраняться. Музыка делает людей умнее. Не разумнее, но умнее. Не путать, это важно.

— Это люди с горящими глазами, которые готовы за будущие гранты и печеньки делать что-то хорошее?

— На голом энтузиазме работала только я. Даже сейчас не всегда удаётся (почти всегда не удаётся) платить себе зарплату. Потому что всё вкладываю в улучшение технических характеристик разработок.

Если говорить о печеньках, хорошие разработчики в каком-то смысле работают не вполне по рыночным ценам, понимая перспективы происходящего. Конечно, элемент энтузиазма присутствует, но чего-то абсолютно бесплатного в профессиональном мире не бывает. Начиная с того, что нет специалистов — моих ровесников, которые могли бы в этом разбираться хорошо. Все спецы — кандидаты наук с опытом и мастерством. И всё же за печеньки, если только они не из золота, hard ware сделать не получится: нужны материалы и оборудование.

— Как ты управляешь компанией?

У всех календари Google, бесплатно и сердито. Есть Trello, где записывается основное. Есть папки с документацией и протоколами исследований. Стандартное планирование — в Excel. Главное — у нас иерархическая система управления, каждый лидер подразделения управляет своими близкими по образу мысли людьми. Мне искусство управления далось особенно тяжело, стоило очень многих нервов, многих килограммов лишнего веса (не лучшее, как ни крути, занятие для девушки, этот менеджмент) и практически жизни. Сейчас я ко многому отношусь проще.

«Я смогла исполнить мечту» — о долгой дороге к счастью

— Какое достижение во всём этом ты считаешь главным?

— Самым главным и бесспорным считаю, что я смогла исполнить свою мечту.

С самого раннего детства я хотела научиться играть на контрабасе. Сейчас я наконец-то смогла поступить в музыкальный, играю уже в профессиональном симфоническом оркестре.

Это делает меня счастливой. У меня не было данных — короткие руки, не абсолютный слух. Но становясь хорошим биологом и технологом, я всё это постепенно преодолеваю, посвящая каждый миг своего настоящего созданию будущего, в котором мне хочется жить.

— Ты похудела с костюмом на 30 кг. Я тоже хочу сбросить хотя бы 10. Куда платить и сколько?

— Мы находимся в стадии привлечения грантов. В прошлом году у нас была арендованная лаборатория и услуга индивидуального подбора костюма. Это было рентабельно — печатать костюм за несколько десятков тысяч рублей. Сейчас это нам не выгодно и ещё полгода точно не будет выгодно.

В том числе поэтому летом мы проводим выездные экспедиции для людей, где изготавливаем людям индивидуальные киберкостюмы.

Они едут с нами на первые дни куда-нибудь «в лето» для смены климата и чтобы мне было удобно калибровать под них киберкостюм, производить точную подстройку, составлять протоколы программ «впрок», а параллельно вести свои исследования динамики нейрональных процессов. И всё это мероприятие с киберкостюмом, который остаётся потом у заказчика, стоит 300 тысяч рублей. Плюс билеты и прочие нюансы путешествий, расходы на которые мы как организаторы максимально сокращаем. Ближайшая выездная экспедиция состоится с 18 по 25 августа на Красном море.

— Как туда попасть?

— Скоро объявлю о записи. Возможно, будет ещё один выезд раньше, но это пока не точно. В прошлом году мы работали на Мальдивах. В этом — на яхте в Египте.

— Вы планируете выходить на массовое производство?

— Да, мы планируем серийное производство. Сейчас серии малые — по 10–12 штук. А мы хотим, чтобы в серии были сотни и тысячи. Но мало произвести киберкостюм, его ещё надо настроить.

«Если вы рассчитываете на грант, не очень на него рассчитывайте» — о поиске средств на исследования

— Вы до сих пор сидите на грантах или инвестор уже есть?

— Инвесторы нас сами находили. Но инвестиции — это как кредит, дающийся конкретно на бизнес, а не на исследования. Так что, если и инвестирование, то с приставкой «со-». Соинвестирование к грантам.

— У вас огромный опыт в получении грантов. Дайте советы молодым учёным, что делать, чтобы получать средства.

— Правило первое. Внимательно и скрупулезно изучать документацию, которая прилагается к каждому грантовому конкурсу. Формулировать свои идеи и задачи, сравнивать с теми требованиями, которые ставят грантовые конкурсы. Каждый раз адаптировать идеи под конкретные грантовые задачи.

Правило второе. Поэтапность. Если вы до этого никогда не распоряжались деньгами и решили подавать заявку на 2–3 миллиона, то у вас, во-первых, может не получиться и вы расстроитесь, подумаете, что недостаточно одарённые. А если и выиграете, не сумеете хорошо ими распорядиться и деньги будут потрачены впустую. Чтобы так не случилось, надо идти по этапам, и нынешняя грантовая система это предполагает. Получите сначала полмиллиона, потом два, потом десять.

Правило третье. Внимательно смотреть, кто предоставляет этот грант и какие у него будут к вам требования. Есть такие, которые оставляют все результаты за вами. А есть такие, которые оставляют всё за собой.

Правило четвёртое. Если планируете проект, смотрите, чтобы у вас была своя прибыль, потому что гранты на самом деле штука очень ненадёжная. Грант могут недодать. Могут прописать большие money back, могут быть требования такие, что вы не сможете сдать отчётность. А ещё гранты плавают в сроках. У вас может быть научно-исследовательский план на полгода, а деньги придут через девять месяцев. И вот что хотите, то и делайте. Мне приходилось продавать коврики для мышек с подушками-сисечками и свои милые фотографии. Благо киборгизированная фигура позволяет.

Так что, если вы рассчитываете на грант, не очень на него рассчитывайте. Старайтесь создавать проект так, чтобы в нём появлялись ещё какие-то деньги. Иногда, например, от более простых продуктов.

— Расскажи про самую большую ошибку в работе над проектом.

Когда работаете с людьми, старайтесь им поменьше доверять. Проверяйте, кого берёте в команду, прислушивайтесь к мнению других людей.

Заставляйте людей работать по документам и по договорам, даже несмотря на то, что это влечёт за собой юридическую и налоговую нагрузку.

Это убережёт вас от грустных ситуаций, когда вы что-то разрабатывали-разрабатывали, а потом остались ни с чем, и нигде не написано, что это может вам как-то принадлежать. Вы же человеку верили, а получили вот такое разбитое корыто.

Поэтому используйте юридическую защиту и старайтесь всю деятельность записывать, протоколировать. Процесс разработки лучше лишний раз просто так никому не доверять.

«Всё по наитию» — о хобби и тайм-менеджменте

— Как выглядит твоё рабочее место?

— Бывает так, что я приезжаю на рабочее место к мастерам, там у них своя адаптированная площадка. Есть площадка для совещаний, но она не постоянная, потому что невыгодно её арендовать, легче иногда договариваться с разными людьми. Ну и мой рабочий стол… Оркестр — лучшее место для проектирования новых исследований. И океан — лучшее место для пилотных экспериментов.

— И как ты распределяешь время?

— Ой, сложно. Иногда бывает так, что я сплю в течение трёх суток по часу-два, а потом отсыпаюсь в течение суток, когда выполнен очередной промежуточный этап по проекту.

Даже если всё спланировать чётко, что-то выйдет за рамки. То, на что планировалось три часа, займёт шесть. Мой способ успевать — опаздывать.

— А как же системы тайм-менеджмента? Ты ими пользуешься?

— Надо бы. Но пока всё по наитию.

— Расскажи о своих хобби.

— Одно хобби вышло на профессиональный уровень — это контрабас.

Есть ещё хобби, за которое я тоже получаю деньги, так что это вроде профессии. Но я думаю про это как про хобби. Это косплей и модельная деятельность. У меня большой социальный и технологический капитал, поэтому мне легче, чем большинству, сделать красивый технологичный косплей.

В основном это косплей одного персонажа, угадайте какого. Соны из «Лиги Легенд», конечно же. И Мику Хатсуне, она прототип Соны, только японский и в основном поёт, тогда как Сона предпочитает инструментальное творчество. Мне близко и то, и то, но контрабас с подкреплением визуальными стимулами в приоритете.

— А спорт? Или при таком количестве дел спорт отпадает?

— Я занимаюсь киберспортом и занимаю им людей. А что касательно просто спорта, то зачёт по физкультуре я сдаю с лёгкостью, спуская контрабас с четвёртого этажа одного корпуса и поднимая на четвёртый этаж другого, а ещё прокачивая усидчивость методом лучшего прижатия электродов. У меня же киберкостюм, зачем мне всё это?

«Так приходит будущее» — о работе киберкостюма

— Так как же ты с ним похудела на 30 кг?

— Это был ещё один технологический триумф. Не такой, как контрабас, но всё же. Меня не узнавали люди, с которыми я не виделась месяц. И вот я рассказываю о новом проекте, о том, как похудела с помощью нейрокостюма на 30 кг. А мне говорят: «Это ещё что, я знаю девушку, которая при помощи чего-то подобного руку восстановила и на контрабасе играть учится». Забавно.

Но вообще это трудоёмкая и дорогостоящая с точки зрения техники задача.

Секрет похудения прост, никакой он не секрет: мало ешь и много двигайся.

Почему люди не могут есть меньше, когда им хочется похудеть? Люди не виноваты, это дофамин, гормон радости, которого человеку каждый день не хватает. Естественная защита от стресса — это миелинизация нервных волокон и выработка успокаивающих гормонов. И то, и то имеет липидную природу, поэтому люди и едят. Особенно сладкое, потому что от него и вырабатывается дофамин.

Малая подвижность — сидячий образ жизни, ничего не поделаешь, у меня тоже сидячий.

Костюм производит воздействие на нервы человека, которые активируют мышцы и внутренние органы, создаётся дополнительное движение, которое ощущается как приятный массаж. Мышцы сокращаются и напрягаются, но ты и дальше можешь сидеть и делать свои дела.

И в этом же самом процессе воздействия киберкостюма вырабатывается дофамин — приходит мышечная радость, ускоряется обмен веществ, нервно-мышечная и вегетативная системы работают слаженно. Подкожная клетчатка уменьшается. Появляется рельеф и жизнерадостность.

Так приходит будущее — изящно, почти незаметно. И периодически прихожу я, чтобы проверить результаты и внести коррективы. В белом халате поверх облегающего киберкостюма, с контрабасом и большим чемоданом оборудования для техобслуживания.

Лайфхакерство от Ольги Левицкой

Лучше всего вдохновляет на работу ручной труд: хоть рисовать, хоть играть на инструментах, хоть выжигать — что угодно. Главное — осознанно двигаться. В моём случае это именно изготовление вещей, поделок, косплея и производство музыки. Нельзя забывать, что развитие моторной коры и логического мышления связано с конкретными моторными навыками, которыми мы владеем. То есть можно взять и почитать книжку, но иногда складывайте из её листочков оригами. Особенно если это детективчик.

Теперь по поводу содержания книги. Я очень люблю читать учебники для вузов и сузов. Это очень полезно, люди трудились, чтобы изложить информацию системно.

Хотите изучить и глубоко продумать, осознать — читайте учебники. Они не скучные, если их понимать.

Я смотрю онгоинги аниме, раз в неделю они выходят, и я выделяю полчасика. Это полезно, потому что аниме — поставщик идей на перспективу. Даже сама идея киберкостюма пришла из аниме.

Мы каждый день общаемся с людьми, и каждый видит что-то своё. Кто-то — искусственный интеллект, дроны и роботов, он такое и творит. А есть те, кто видит обшарпанные стеночки и об этом пишет всякие антиутопии. Логично же. И у того, кто видит будущее в искусстве, предиктивная картина мира. Это будущее, которое рядом, ты смотришь на будущее, ты его уже придумываешь.

Япония — технологическая держава, скупившая множество патентов, в том числе российских. Немудрено, что в аниме они рисуют будущее так, что хочется идти и делать его.

Аниме — это Герберт Уэллс и Жюль Верн XXI века.

И последнее, но не по значению. Заботьтесь. Дарите, не запрещайте себе любить и восхищаться. Для юного пытливого ума это необходимая деятельность, чтобы не стать излишне взрослым, зашоренным, не остановиться в одной точке. И помните, мы все находимся в «лабиринте отражений» и видим только то, что есть в нас самих. Поэтому растите над собой и любите друг друга.