Что делать, если вы выросли, но так и не смогли по-настоящему отделиться от матери

У Елены Новосёловой, психолога с 30-летним стажем, вышла книга «Материнская власть». В ней собрано 35 случаев из практики Елены про отношения матерей со своими детьми. Манипуляции, удушающая любовь, безразличие, нарушение личных границ — автор советует, как себя вести, если пришлось столкнуться с этими или иными распространёнными паттернами поведения.

С разрешения издательства «Альпина Паблишер» мы публикуем отрывок о том, как недостаточная сепарация от матери может навредить её взрослому ребёнку.

«Мне нужен только ты»

Лена выросла в интеллигентной семье, в квартире, полной книг и семейных традиций. Умная, творческая, красивая и нежная, она не встретила того самого мужчину мечты и родила «для себя», когда ей было чуть за 30. Сын Коля стал её миром, её лучшим собеседником с самого рождения. Они вместе играли, гуляли, ходили в театр и к подругам. «Теперь я не одна», — радовалась Лена.

Коля рос «волшебным мальчиком» с богатой фантазией. Рано научился читать, прекрасно рисовал, в школе выигрывал олимпиады. Поражал взрослых не только своими способностями, но и характером, покладистым, чутким. Он был добр. Он помогал другим детям. «Тьфу, тьфу, тьфу, не сглазить бы», — крестились педагоги и друзья семьи.

Лена тряслась над Колей. В детстве — при самой лёгкой болезни, потом — когда Коля задерживался из школы, не отвечал на звонки, куда-нибудь уезжал — она представляла себе всякие ужасы. «Если с тобой что-нибудь случится, я не выдержу», — говорила Лена Коле совершенно искренне. Коля был настолько прекрасен, что Лена боялась: её мальчику не место на этом свете, такие долго не живут.

Шли годы, Коля стал подростком, они с мамой продолжали всё делать вместе и понимали друг друга с полуслова. Вместе готовили, ходили в театры, катались на лыжах. У них были их собственные секреты и шуточки на двоих. Они разглядывали альбомы фотографий из маминого отпуска, который всегда проводили вместе, — и им было так хорошо, что лучше, кажется, просто не бывает.

Когда Коле исполнилось 15, он стал говорить маме, что чувствует какое-то томление, что хотел бы поехать куда-нибудь один.

— Конечно, сын! — соглашалась Лена. — Сходи с ребятами в поход!

Коля попробовал пару раз, но ему не очень понравилось.

— С тобой интереснее, — признался он. — Ребята не совсем… Даже не знаю. В общем, я по тебе скучал. С тобой и разговаривать круче, и шутки остроумнее. А с ними… ну, как-то… они меня не знают, и я их не понимаю. Ну их!

Коля рос. В 19 и в 25 это был всё тот же 13-летний Коля, блестящий молодой человек. Но его таланты как будто были не очень нужны миру. Вундеркинд вырос в обычного «неплохого специалиста», а может, Коля сам не очень-то понимал, куда податься, чтобы развиваться дальше, в каких проектах поучаствовать, как продать свои таланты, как знакомиться с интересными людьми и вместе с ними делать что-то важное. Он всё время как будто побаивался чего-то — и не решался делать важных шагов. Коля рос без размаха, без простора, никогда не выражая гнев, не имея собственного, отдельного пространства для мыслей и чувств.

А у Коли уже и так была мама, с которой было интересно и которая его ценила. И оставаться с ней ему было проще и безопаснее, чем рисковать и терпеть неудачи во внешнем мире.

Не задавалась у Коли и личная жизнь. Ведь чтобы строить с кем-то отношения, надо в них нуждаться. Может быть, ему и хотелось бы познакомиться с девушкой, заняться сексом. Но хотелось не настолько сильно, чтобы ради этого пускаться в неизведанные авантюры. По природе Коля не обладал бурным сексуальным темпераментом и довольствовался мастурбацией. Что же касается отношений, то они у Коли уже были — очень удобные и эмоционально комфортные. С мамой не нужно знакомиться, к ней не нужно притираться, мама не бросит, мама любит тебя любым: никаких эмоциональных рисков. Лена стала беспокоиться, что Коля не пытается строить свою жизнь более активно.

— Пошёл бы, познакомился с кем-нибудь, — предлагала она. — Ведь тебе нужны друзья, девушка. Мир такой огромный и прекрасный! Будь посмелее!

Но Коля не умел быть смелее. С мамой было слишком хорошо. С ней просто никто не мог конкурировать. И Лена успокоилась. Они жили вместе и незаметно старели. Всё так же играли в «Эрудита» на кухне, только Коле было уже не 10, а 40, а ей — 70. Всё так же захватывающе обсуждали книги, новости и разные проблемы человечества.

Что произошло?

Лена получила себе собеседника, компаньона на всю жизнь, верного друга, который её очень любил. Они всё делали вместе, они были счастливы. Её мальчик не умер, как она боялась, но он и почти не жил.

Коля восхищался матерью, но с горечью чувствовал, что не реализует себя, что не понимает, как ему жить, что всё однообразно и душновато, что он не стал тем, кем мог бы стать, не реализовал своих способностей, ничего не создал. Ему казалось, что жизнь обманула его или что он сам упустил свои шансы. Впрочем, Коля старался гнать от себя эти мысли — они были слишком безнадёжными, и как исправить дело, всё равно непонятно.

Когда Лена умерла, Коле было 56, ей — почти 90. Сослуживцы знали его как лысоватого, вечно слегка растерянного дядечку, который чуть что кидался помогать другим — он всё хотел быть нужным, — услужливого, суетливого и бесконечно банального. Коля давно перестал мечтать, а понимать себя и других так и не научился — ведь для этого нужно проживать жизнь и приобретать разнообразный опыт. А он как будто состарился, не созрев.

Становилось неловко, но Коля этого не чувствовал.

Хорошие отношения Коли с матерью мешали его развитию, потому что в их основе была вовсе не только любовь, а главным образом страх матери потерять ребёнка. Этот страх передался и выросшему Коле, который разделил его с мамой и решил вовсе не сепарироваться от неё, отказавшись от собственной жизни.

Грустная история, правда?

Что делать?

Я видела много подобных симбиозов на разных стадиях. Как правило, в случае если оба его участника люди умные и критически мыслящие, у них есть шанс «отклеиться» друг от друга и, сохраняя тёплые отношения, начать больше жить своими собственными, отдельными жизнями. Если вы — мама, которой хорошо и тепло жить со взрослым ребёнком, или если вы уже выросли и не мыслите себя вне материнского гнезда, предлагаю вам сделать следующее.

1. Поверить в то, что сепарация всегда является необходимым условием более полной жизни и для родителя, и для выросшего ребёнка.

Вам может быть очень хорошо вместе, но некоторые важные вещи становятся лучше видны и достижимы только после того, как вы начнёте определять себя как человека отдельного, независимого. Возможно, сама мысль об этом вызывает в вас страх одиночества и «холода». Но ведь вы не собираетесь совсем отдалиться, бросить любимого человека. Вам нужна лишь гибкая дистанция, допускающая варианты: иногда — быть вместе и сидеть в обнимку за столом, иногда — становиться свободнее.

Сейчас у вас есть только тепло, а свободы и холода нет совсем — и это не полезно ни для ребёнка, ни для родителя. Особенно эта ситуация вредит ребёнку, делая его в долгосрочной перспективе не счастливым и согретым, а зависимым и не прошедшим важнейший этап развития. Сепарация так же необходима выросшему ребёнку, как тесная привязанность — малышу!

2. Осознать сепарацию как общую цель.

Это парадоксально, но иначе ничего не получится. Если сын будет пытаться отдаляться, мать непременно захочет его вернуть — и ей это удастся. Неудачная и болезненная попытка надолго уменьшит желание сына уйти от своей единственной любви (без мамы холодно и одиноко). Если мать будет сама отталкивать сына, он будет липнуть к ней сильнее, а сама она — чувствовать, что предаёт своего одинокого малыша. Поэтому браться за это дело нужно только вместе.

3. Аккуратно тяните каждый в свою сторону.

Если можете, постарайтесь жить отдельно. Если по внешним или внутренним причинам это невозможно, сознательно сокращайте количество времени, которое проводите вместе. Так как вы поставили общую цель, старайтесь вместе контролировать её выполнение. Находите способы проводить досуг по отдельности, новые места и новых людей, занятия, в которые не будете посвящать друг друга. Определите для себя меру переносимого одиночества и восполняйте его уже не друг другом, а кем-то или чем-то ещё. Возможно, у кого-то из вас так и не будет своей семьи, но вы сможете увлечься чем-то или кем-то и вкладываться в эти вещи, становясь более независимым.

4. Формируйте у себя потребность в свободе и дистанции: что интересного и привлекательного вы можете делать без ребёнка (без мамы)?

Сами или с помощью незаинтересованного наблюдателя (друга, психолога…) попробуйте определить, какие привычки вашей семьи больше всего мешают сепарации. Что именно стоит делать по-другому, иначе? Как дать друг другу тепло, но при этом сформировать дистанцию и установить новые границы?

5. Среди моих знакомых есть примеры людей, которым просто очень нравится быть родителями, это одно из их жизненных призваний.

Возможно (здесь я обращаюсь к матери), это ваш случай, и именно любовь к родительству как к процессу не даёт вам отказаться от этой желанной роли, в которой вы чувствуете себя компетентной. Понимаю, насколько рискованным может быть подобное предложение, но это не совет, а именно возможность: если, воспитывая первого ребёнка, вы понимаете, что вам хотелось бы, чтобы опыт родительства не прекращался (и если у вас есть для этого средства и возможности), — рассмотрите для себя опцию выращивания нескольких детей.

В наше время это не зависит напрямую от наличия мужа или партнёра. Вполне возможно как родить ребёнка для себя (например, путем искусственного оплодотворения), так и усыновить или удочерить маленького. Если у вас будет двое, трое или больше детей, ситуация и ролевой расклад в семье станут совсем другими и риск симбиотического слияния со старшим ребёнком практически исчезнет. Правда, у вас появится много других забот — но, возможно, именно они вам и нужны.

Книга «Материнская власть» пригодится тем, кто хочет разобраться в своих отношениях с матерью и понять, как превратить их из токсичных в более здоровые. Она будет полезна и матерям, желающим исправить свои ошибки и вывести общение со взрослыми детьми на более дружелюбный уровень.