10 стыдных вопросов о памяти: отвечает нейрофизиолог Ольга Сварник

В этой серии статей известные эксперты отвечают на вопросы, которые обычно неловко задавать: кажется, что все об этом и так знают, а спрашивающий будет выглядеть глупо. Мы собрали то, о чём вы так хотели узнать, но стеснялись спросить.

Ольга Сварник

Декан факультета наук о жизни Московского института психоанализа, кандидат психологических наук.

1. Есть ли специальный отдел мозга, отвечающий за память?

Нет такого отдела. Так думать о мозге — это прошлый век. За память отвечают отдельные группы нейронов. Формирование памяти о каком‑то событии — это образование нейронной группы, которая теперь с этим событием связана. И мы не можем сказать, что она находится в каком‑то определённом месте мозга. Это не так.

Сегодня учёные уже знают: когда мы не можем вспомнить какое‑то событие или факт, это значит, что у нас нет доступа к активности нейронной группы, которая отвечает за это конкретное воспоминание. Вы чего‑то не помните — значит, определённую нейронную группу «вытащить» не можете. Почему‑то она не выходит на связь, не работает.

Сами нейронные группы обширные, и их очень много. Например, вы помните, как вас зовут. За это отвечают специальные нейронные сети. Их немало — так же, как и нейронов в каждой. Если условная пара‑тройка нейронов по каким‑то причинам перестанет работать, вы всё равно не забудете своё имя. Ведь сеть обширна, и в ней есть параллельные структуры. Можно сказать, что в нейронных группах больше материала, чем необходимо для работы, эта система выстроена с запасом. Поэтому резервных копий не нужно.

2. Можно ли специально вспомнить то, что давно забыл, если будет очень нужно?

Да, можно попробовать найти доступ к той нейронной сети, которая за это содержание отвечает. Попытайтесь сделать это, отправившись в то место, где произошёл нужный эпизод. Или где вы запоминали важную информацию. Ещё можно попробовать разблокировать доступ к нейронной группе через запахи, через звуки или через какие‑то другие ощущения.

Мы воспринимаем всё происходящее в комплексе, эпизодами. Вот сейчас вы и я проживаем определённый эпизод. Вы отдаёте себе отчёт, где находитесь, какое сейчас время, какой жизненный этап вы проходите. Понимаете, что было вчера, что ждёт вас завтра. Всё это — уникальная комбинация активности нейронов в вашем мозге. Она со временем будет меняться, и вы можете забыть подробности происходящего. Но если захотите вернуться в этот эпизод, то через многочисленные детали вы можете попробовать это сделать.

3. Почему для того, чтобы что‑то запомнить, нужно несколько раз это повторить?

Потому что через повторение вы увеличиваете возможности доступа к нужной записи в вашем мозге. Да, мы все живём эпизодами. Но чаще всего, когда мы говорим о памяти, имеем в виду лишь информацию, которую нужно удержать и потом куда‑то передать. А о других деталях ситуации, в которой вы находились, когда что‑то запоминали, у вас никто не спросит. Но они важны для памяти.

Допустим, вы что‑то учите в одной обстановке, потом в другой. Затем вы третьему человеку об этом расскажете. Так вы проживёте больше эпизодов, связанных с этим содержанием. А значит, каждый раз, когда вы захотите реактивировать знания, вам будет легче достать информацию. Ведь нейронная группа с нужным содержанием окажется обширней, и число точек доступа к ней увеличится.

И чем больше будет непохожих эпизодов, которые различаются запахами, звуками, антуражем, тем проще вам будет что‑то вспомнить.

4. Может ли память быть перегруженной? Бывает ли, что больше информации добавить уже нельзя?

Память принято делить на кратковременную, долговременную и среднюю (промежуточную). И долговременную, судя по всему, перегрузить нельзя. А вот кратковременную — очень легко. Представьте, что у вас непрерывно происходит что‑то новое. Сейчас одно, через полчаса другое. Кроме того, вам необходимо запомнить какую‑то свежую информацию, а через четверть часа понадобится выучить ещё что‑то незнакомое.

Вся новая информация, которую мы воспринимаем, держится в кратковременной памяти за счёт импульсной активности нейронов. В этой памяти всё время создаются новые рисунки. Они же — нейронные группы.

Возможность вернуться к определённой группе сохраняется около часа. Нейронная сеть может стать стабильной за счёт наращивания взаимодействий и укрепления связей внутри неё. Но если таких групп слишком много, то нет возможности определить, какие из тех, что сейчас активны, нужно стабилизировать. И если кажется, что устал, голова не работает и больше ничего запомнить не можешь, это значит, что перегружена именно кратковременная память.

Ну а если говорить о долговременной, то, насколько я знаю, никому пока не удалось исчерпать все её возможности. Просто надо правильно туда всё складывать, не перегружая кратковременную.

5. От чего зависит, хорошая у человека память или не очень?

Как я понимаю, это понятие относится к долговременной памяти. Здесь получается следующая вещь. Когда мы говорим, что у человека совсем плохо с памятью, то речь идёт только о нейродегенеративных заболеваниях, при которых нейроны умирают. И соответственно, пропадает информация, которую они хранили.

Но во всех остальных случаях человек что‑то забывает, а что‑то всё равно помнит. Понимаете, вам может быть сложно справляться с информацией, с которой вы только что познакомились, потому что у вас нейронных групп в этой жизненной сфере нет совсем. Зато в другой области их полно.

Так, людям, которые занимаются любимым делом, обычно несложно хранить и накапливать знания о своём хобби. А когда им говорят: нужно запомнить бестолковую информацию и потом её воспроизводить — у большинства начинаются проблемы. Потому что трудно что‑то запомнить, если нет ни опыта, ни знаний в новой области. Вот поэтому люди и жалуются на память.

6. Если человек хочет улучшить память, как ему этого добиться? Что делать?

Чаще всего речь идёт о том, что человек хочет лучше запоминать тексты, цифры и прочее. Есть даже соревнования в этой сфере. Например, в Соединённых Штатах — люди приезжают и запоминают на конкурсе огромное количество новых для них текстов, информации и всего прочего. Для тренировки они, как правило, связывают сведения с определённым пространством. То есть мысленно расставляют информацию, которую нужно запомнить, по какими‑то знакомым местам.

Наш мозг в эволюции развивался так, чтобы отлично взаимодействовать именно с пространством. То есть с окружающим нас миром. Человеку всегда важно было понять, где найти еду, куда ходить не нужно, где опасно и так далее. Существуют даже специальные нейроны места, которые помогают запоминать окружающую обстановку. Поэтому привлекать для запоминания пространство — это, наверное, один из самых оптимальных советов.

Люди, которые таким образом тренировали свою память, великолепно справлялись с задачами на запоминание. Очень вероятно, что именно нейроны места у них работают в гораздо большей степени, чем у остальных.

7. Могут ли улучшить память лекарства, витамины или какая‑то специальная еда?

Всё дело в том, чтобы нейроны работали правильно. Они должны возбуждаться или генерировать импульсы в определённом порядке. Каждый нейрон должен вступать в нужное время — как музыканты на концерте начинают играть в строго определённый момент.

Для того чтобы быть активными, возбуждаться или генерировать импульсы, нейронам необходимо довольно много разнообразных веществ. Это кислород, глюкоза, разнообразные микроэлементы, без которых клетки, и в том числе нейроны, не живут. Эти вещества им предоставляет организм.

Организм должен существовать в определённом балансе микроэлементов. Но часто он нарушается, и это не даёт нейронам нормально работать. Они вступают не тогда, когда нужно, не вовремя, и их мелодия искажается. Поэтому, конечно, стоит питаться более‑менее правильно. Нам нужны разнообразие и баланс.

И вот ещё что важно. Огромная проблема для нейронов — плохой кровоток, нарушение здорового кровообращения. Значит, если поддерживать сердечно‑сосудистую систему в порядке, то и мозгу будет значительно комфортнее и память будет лучше. Если, конечно, не забывать при этом также о балансе микроэлементов и витаминов в пище.

8. Почему с возрастом память становится хуже?

С возрастом ухудшается работа клеток. Можно было бы обвинить во всём кровоток, потому что с годами сердечно‑сосудистая система может работать хуже. Но это лишь одна из причин. Чтобы найти другие, нужны дополнительные исследования.

Посмотрим на экспериментальные данные. Мы берём студентов, которые запоминают во время исследований кучу картинок и слов. А потом приглашаем пожилых людей. И оказывается, что у них результаты ниже. Но считается, что это не обязательно к худшему. Появилась тенденция интерпретировать эти результаты не как плохую память, а, наоборот, как мудрость. Ведь на самом деле человеку незачем запоминать бессмысленные вещи.

Кроме того, сегодня появились данные, что здоровое старение не показывает таких серьёзных изменений в когнитивной сфере, как это представлялось раньше. Поэтому, наверное, нельзя сказать, что память с возрастом портится всегда.

9. Правда ли наш мозг может менять и приукрашивать воспоминания?

Да, мозг на самом деле может модифицировать воспоминания. Это происходит постоянно. И вот почему. Когда вы наблюдали какое‑то событие, работала определённая нейронная группа. С тех пор она несёт информацию о том эпизоде. Но проблема в том, что каждый раз, когда вы вспоминаете его, одновременно происходят иные события. И та группа активизируется на фоне каких‑то других нейронов. Теперь состав сети чуть меняется — к ней добавляются нейроны, связанные с нынешней ситуацией.

А если, наоборот, что‑то не очень хорошее произошло и вы хотите этот эпизод переживать не так остро, имеет смысл делиться этим воспоминанием, проговаривать его. Тем самым вы модифицируете нейронную группу, которая связана с этим эпизодом, и она понемногу становится другой.

Можно сказать, что в памяти каждый раз всплывает не сама изначальная ситуация, а наше предыдущее воспоминание о ней. И вот вам уже не так больно. Прежняя острота переживаний сгладилась, потому что нейронная группа теперь чуть‑чуть иная.

10. Почему мы не помним себя совсем маленькими?

Здесь есть несколько любопытных гипотез. Первая связана с тем, что в воспоминаниях крошечных детей нет языка. И они просто не могут описывать сознательно, что тогда произошло.

Вторая гипотеза говорит, что дело может быть в молодых нейронах, которые рождаются в том числе и у взрослого организма. У нас есть по крайней мере две зоны, где из стволовых клеток непрерывно образуются новые нейроны. И вот на грызунах было показано, что количество и повышенная активность этих новых нейронов связаны с тем, что ранние воспоминания меняются. Ведь молодые нейроны нужны не только для запоминания новой информации. У них двоякая роль — они меняют и уже имеющиеся группы.

Возможно, именно молодые нейроны виноваты в том, что мы не помним себя совсем маленькими. Ведь эксперименты показали, что у грызунов тоже есть детская амнезия. Но у них вряд ли есть язык, подобный нашему.