Почти наверняка вам знакома ситуация, когда на работе у вас, кроме множества рабочих программ и документов, открыта почта, две-три социальные сети и корпоративный чат. И, конечно, вы умудряетесь при этом общаться с коллегами, попивая чай. Мультизадачность так глубоко проникла в нашу жизнь, что уже не кажется чем-то удивительным. Мы все давно уже немного Цезари, и не только на работе: наверняка многие из вас одновременно смотрят телевизор и общаются в чате с телефона.

Преобладает мнение, что всегда лучше закончить одну задачу, прежде чем приступать к следующей, но в действительности так делают немногие. Работая над двумя-тремя задачами одновременно, мы чувствуем себя занятыми и тешим себя надеждой, что таким образом существенно экономим время. Однако червячок сомнений насчёт того, что мы могли бы делать работу более продуктивно, не исчезает.

В исследовании, проводимом в течение нескольких десятилетий Алленом Блюдорном (Allen Bluedorn), обнаружилось, что эффективность монохронизма (выполнения задач по одной, последовательно) или многозадачности — вопрос личных предпочтений. Некоторые люди действительно чувствуют себя лучше, выполняя задачи строго по одной, другие вполне счастливы на работе, которая требует многозадачности. Впрочем, это не означает, что они делают всю работу быстрее.

Исследования принудительной многозадачности на первый взгляд подтверждают расхожее мнение о преимуществе последовательного завершения задач. В условиях, когда испытуемым нужно переключаться между разными заданиями или выполнять две задачи одновременно, многие испытывают проблемы с остаточным вниманием.

Эксперименты показали, что при переключении с одной задачи на другую некоторая часть ресурсов вашего мозга продолжает работать над предыдущей задачей.

Каждый раз, переключаясь между заданиями, вы должны напомнить себе, чем занимались до этого, и одновременно отключиться от предыдущей задачи. Использование внимания, кратковременной памяти и исполнительных функций для решения более чем одной задачи одновременно создаёт повышенную когнитивную нагрузку, и при решении сложных задач вы можете превысить свой лимит. При этом неизбежно страдает производительность.

Многие исследователи приходят к заключению, что мы медлительны и менее точны, когда вынуждены переключаться между двумя и более задачами. Однако в исследованиях Софи Лерой (Sophie Leroy), посвящённых остаточному вниманию, обнаружилось, что наш мозг способен быстро избавиться от «послевкусия» предыдущей задачи, если вынужден работать в условиях ограниченного времени. Когда испытуемым ставили жёсткие сроки, они принимали когнитивно менее сложные решения. Это, в свою очередь, позволяет быстро избавиться от сосредоточенности на предыдущей задаче и приступить к следующей во всеоружии. Приближающийся дедлайн делает нас более сконцентрированными.

Многозадачность даётся труднее, если задачи схожи. Например, сложно разговаривать по телефону и отвечать на письма, потому что оба действия используют схожие мыслительные процессы. Если задачи сильно отличаются, многозадачность может даже улучшить показатели.

Исследование, проведённое в 2015 году в Университете Флориды, заключалось в том, что испытуемых попросили сесть на велотренажёры и крутить педали с комфортной скоростью в течение двух минут. После они проделали то же самое, но уже перед экраном, на котором были представлены когнитивные тесты разной сложности. В итоге испытуемые крутили педали на 25% быстрее при получении когнитивной задачи, причём без ущерба для её решения.

Авторы исследования предположили, что в случае механической деятельности вроде занятия на велотренажёре некоторое отвлечение может быть даже полезно.

Чуть более 2% людей блестяще справляются с многозадачностью не жертвуя производительностью. Эта небольшая группа была обнаружена случайно психологами из Университета штата Юта. Дэвид Стрейер (David Strayer) и Джейсон Уотсон (Jason Watson) выясняли, почему разговор по мобильному телефону во время вождения намного опаснее, чем общение с пассажиром, который едет с вами в машине (потому что пассажир, естественно, прекращает разговор в опасной дорожной ситуации).

Они обнаружили нечто, что поначалу показалось им ошибкой в данных: человека, который одинаково хорошо водит независимо от отвлекающих факторов. Во время проверки данных оказалось, что такой человек был не один.

В среднем два человека из ста являются супермногозадачными — способными концентрироваться на нескольких задачах без ущерба для производительности.

Интересно, что те же психологи обнаружили, что чем больше была уверенность людей в собственной многозадачности, тем хуже они проходили испытания, где от них требовалось запомнить список слов одновременно с решением математической задачи.

Но, даже если вы не многозадачны, привычка к веб-сёрфингу одновременно с прохождением компьютерной игры, прослушиванием музыки и проверкой почты может дать вам небольшой бонус. Кельвин Лю (Kelvin Lui) и Алан Вонг (Alan Wong) из Университета Гонконга обнаружили, что люди, регулярно использующие два или три источника информации, лучше объединяют информацию, получаемую через органы зрения и слуха.

Удивительным фактом, связанным с многозадачностью, является то, что, несмотря на увеличение когнитивной нагрузки, многие из нас не могут отказаться от работы в таком формате. Почему же нам это нравится? Не являясь объективно самым эффективным способом работы, он кажется менее трудным, так как мы постоянно понемногу отвлекаемся, пытаясь «съесть слона».

Наряду с очевидными недостатками, многозадачность имеет и некоторые преимущества. Есть обстоятельства, при которых такая форма работы предпочтительна: когда мы никуда не спешим и выполняем творческие задания, побуждающие нас мыслить шире, или когда нам нужно немного отвлечься, выполняя монотонную механическую работу. Главное — научиться использовать её в подходящих ситуациях!