Во 2‑м сезоне «Эйфории» снова много секса и провокационных сцен. Но сериал цепляет ещё и эмоциями

10 января на американском канале HBO (в России — на Amediateka) стартовал второй сезон сериала «Эйфория» от шоураннера и режиссёра Сэма Левинсона. В основу сюжета лег одноимённый израильский проект. Но автор адаптации не просто взял более современные темы и перенёс действие в США. Левинсон превратил «Эйфорию» в невероятно эстетичное произведение, тонко и неоднозначно раскрывающее проблемы поколения Z.

В центре событий школьница Ру Беннет (Зендая). К 17 годам она уже успела стать наркозависимой и попасть в реабилитационный центр после передозировки. Вернувшись к учёбе, героиня встречает новенькую — трансгендерную девушку Джулс (Хантер Шефер). Между ними возникает симпатия. Но вскоре Ру снова подсаживается на наркотики. А Джулс увлекается поклонником по переписке, но в итоге попадает в очень опасную ситуацию.

Сериал моментально покорил критиков и зрителей: проект продлили на второй сезон ещё до финала первого. Потом вмешалась пандемия COVID‑19 и съёмки несколько раз переносили. На рубеже 2020–2021 годов выпустили два камерных спецэпизода. А полноценное продолжение появилось только сейчас.

Сюжетно второй сезон выглядит проще, ведь на большинство вопросов авторы уже ответили. Но продолжение подчёркивает, что «Эйфория» изначально держалась не на внезапных поворотах, а на эмоциях персонажей. И поэтому зрителей снова ожидает очень много переживаний: почти комичные сцены перемежаются с надрывными истериками потерянных людей. И пожалуй, это главное, за что стоит полюбить новые серии.

Простой, но не менее эмоциональный сюжет

В финале первого сезона Ру так и не решилась уехать вместе с Джулс, после чего у главной героини случился рецидив. Кэсси (Сидни Суини) рассталась со своим парнем. А вот Мэдди (Алекса Деми) и Нейт (Джейкоб Элорди) как будто снова начали отношения, хотя и сами не слишком уверены в этом. Причём последнему хочет отомстить друг Ру, наркоторговец Феско (Ангус Клауд), поскольку тот чуть не сдал его полиции.

Основной сюжет второго сезона стартует спустя совсем недолгое время после этих событий. И начинается всё с внезапного поворота: Кэсси увлекается Нейтом, и их чувства, кажется, взаимны. В то же время у Ру, всё больше погружающейся в пучину наркозависимости, появляется новый друг. Джулс сначала не доверяет парню, но потом они сближаются.

Пожалуй, эти ходы можно считать самыми показательными для «Эйфории». Ведь почти все интриги раскрылись в первом сезоне: зрители поняли, насколько ужасен Нейт, и даже разобрались в причинах его травм — жестоком отце, у которого тоже немало скелетов в шкафу.

Создаётся впечатление, что авторам просто больше нечем удивить. Ведь нередко продолжения сериалов, в которых потерялась главная детективная линия, получаются абсолютно пустыми. Например, так было со вторым сезоном «Большой маленькой лжи», испанской «Элитой» и многими другими. Но «Эйфория» — удачное исключение из печального правила. Это лишь по описанию может показаться, что создатели выдают обычную мелодраму с любовными треугольниками и бесконечными страданиями. На самом же деле Левинсон и его коллеги снова обманывают зрителя.

В первом сезоне они показывали самых стандартных персонажей, а потом объясняли, что герои банальны лишь потому, что окружающие хотят видеть их такими. Теперь же, кажется, каждый раскрыл свою истинную натуру. Но в итоге‑то ничего не изменилось. Все они точно так же несчастны и потеряны. Те же любовные треугольники выглядят почти истеричной попыткой изменить сумму перестановкой слагаемых.

Если изначально «Эйфория» была сериалом о попытках подростков заявить о себе, то теперь это история о невозможности выбраться из порочного круга привычек, привязанностей и зависимостей. Герои, похоже, уже чаще врут себе, а не окружающим. И с такой проблемой им разбираться ещё труднее, чем с внешними факторами. Именно борьбу со своими внутренними демонами и можно считать главной темой продолжения сериала. А это близко очень многим.

Важные мысли при отсутствии морализаторства

«Эйфория» с самого начала выглядела максимально провокационно. Причём здесь речь идёт как о невероятном количестве откровенных сцен (после первого сезона на некоторых сайтах даже принялись подсчитывать количество пенисов на экране), так и об очень неоднозначных высказываниях.

Даже сама Ру, хоть и признавала смертельную опасность наркотиков, утверждала, что именно благодаря им она смогла пережить многие трудные этапы. Кэти (Барби Феррейра) разводила на деньги незнакомцев в Сети, но это помогало ей справляться с комплексами. Авторы даже затронули очень тонкую тему — несправедливые обвинения в домогательствах.

Второй сезон полностью сохраняет этот стиль. Откровенных сцен здесь столько же, если не больше. Причём они выглядят не просто попыткой эпатировать зрителя, а помогают лучше понять переживания героев. Для примера можно взять историю Кэсси. Это эффектная девушка, которая ещё и провокационно одевается. Но сама она так и не может в полной мере ощутить свою красоту и в какой‑то момент даже начинает копировать стиль подруги. И когда она появляется перед друзьями в откровенном купальнике, это выглядит последней обречённой попыткой привлечь к себе внимание возлюбленного.

И отдельно хочется похвалить создателей «Эйфории» за то, что они старательно избегают клишированных драматических ходов. Так, проблемы транссексуальной героини вызваны не её физическими особенностями. Дело в дружбе и влечении. А тревоги девушки с лишним весом связаны с несоответствием её желаний тому, что она делает в жизни, а не с этим самым весом.

Раньше говорить о проблемах разных людей на таком уровне получалось только у «Полового воспитания». Конечно, подобные ходы не всегда реалистичны, но они показывают то самое правильное diversity («разнообразие»), к которому стремится современный кинематограф. Героев не разделяют по полу, гендеру или расе, ведь у всех могут быть одни и те же проблемы.

Мало того, «Эйфория» снова выворачивает наизнанку и традиционную мораль, и типичное развитие характеров. Редко кто раскрывает тему принятия своей внешности с негативной или хотя бы ироничной стороны. А вот одну из героинь «Эйфории» совершенно не радуют внутренние голоса, которые буквально кричат: «Ты должна полюбить себя».

И злодеи здесь не исправляются. Даже после того, как им в кровь разобьют лицо. И условно положительные герои здесь не ступят на правильный путь. Или же он окажется совсем не таким, как принято. Просто потому, что в жизни мораль вовсе не однозначная, в отличие от кино. Если она вообще есть.

Деконструкция содержания и формы

Проект нередко выходит за рамки традиционной постановки. Так, здесь есть одна второстепенная героиня (во избежание спойлеров не будем называть имя), которая долгое время кажется функцией. Но в определённый момент она просто покинет съёмочную площадку и будет ставить свою «Эйфорию» — сценический аналог сериала.

В плане неожиданной и необычной формы подачи второй сезон даже выигрывает у первого. Продолжение стартует так, что хочется проверить, не включил ли вместо сериала очередной фильм Тарантино или Родригеса: стрип‑клуб, стрельба по ногам, жизнь торговцев наркотиками. И только потом выплывет, к чему было такое странное вступление. И в целом всё та же первая серия будто пародирует традицию американских сериалов выпускать рождественские и новогодние эпизоды. Чаще всего в них ничего не происходит. Так пусть и в «Эйфории» все персонажи на час соберутся в доме. А одна из героинь и вовсе почти всё время пролежит в ванне.

И дальше будет просто невероятное количество удивительных приёмов, каждый из которых приводит в восторг. Клипы с танцами, огромное число популярных песен — от кавера на классическую Call Me Irresponsible до группы INXS, быстрая нарезка бесконечного цикла дней, в который попадает персонаж. А как насчёт фантазий о грубом сексе с отсылкой к «Игре престолов»? Мало того, вернутся и к знаменитой сцене с презентацией из первого сезона. Только вместо дикпиков возьмут более серьёзную тему.

Но, пожалуй, самое удивительное — как создатели обращаются с традиционными драматическими ходами. Если сцена сюжетно может показаться слишком простой, банальной, то в неё добавляют какой‑то безумный элемент. Зачастую даже провокационный и неприятный. Например, сколько раз зрители видели в кино, как отец семейства раскрывает своим близким шокирующую правду? Но можно добавить в этот момент всего одну деталь, которая не позволит что‑то забыть и создаст контраст между комичным и очень мрачным.

Вот на этом балансе и держится весь второй сезон: красота соседствует с провокацией, истерично весёлое идёт бок о бок с надрывным, а злость — с любовью.

Продолжение «Эйфории» получилось, возможно, слишком медленным. Здесь непозволительно долго растягивают сцены, а диалоги просто бесконечны. Но проект невозможно обвинить даже в провисании сюжета. Здесь почти нет интриг и развития, зато есть невероятная эстетика, очень нестандартный подход к съёмкам, живые и настоящие эмоции героев и весьма неоднозначный взгляд на мораль.

За счёт этого сериал позволяет погрузиться в свои мысли и воспоминания и понять, что «Эйфория» при необычной форме даже слишком реалистична и правдива. Возможно, не сюжетом, но переживаниями.