Большая статья-воспоминание от Дона Мелтона, известного, прежде всего, как «парень, который создал Safari и WebKit в Apple», была опубликована в The Loop Magazine в феврале текущего года. Редактор сильно урезал её, поэтому Мелтон решил на днях опубликовать статью в первозданном виде. Теперь вы можете узнать все интересные подробности из воспоминаний Мелтона.
Стиль
Стив не всегда носил синие джинсы и чёрную водолазку.
Иногда в течение моих первых лет в Apple я беседовал с опытным инженером в офисе на первом этаже. Он стоял спиной к окну, так что у меня открывался хороший вид на большое пространство перед Caffè Macs.
Однажды я отвлёкся на вид окна, пытаясь выяснить, кто шёл по этому пути с Джони Айвом. Жесты показались знакомыми, но… Подождите. Что за чёрт?
Я указал на того, кого я увидел в окно. Мой собеседник обернулся, посмотрел и сказал: «Да, так мы понимаем, что наступило лето — Стив надевает шорты». И ещё рубашку с короткими рукавами тропического стиля, на кнопках.
Серьезно, я не узнал его сначала. По кампусу ходили несколько странно одетых людей, в том числе один парень, который всё время носил клетчатый килт. И я даже не уверен, что парень был шотландцем.
По крайней мере, Стив смотрелся круто, даже если прикид не был особо крутым.
И, по моим воспоминаниям, у него был отличный загар, лучше, чем у большинство остальных из нас, гиков.
Болезнь
В последующие несколько лет в Apple я, наверное, видел Стива реже, чем во времена Safari. Определённые обстоятельства и частично мой выбор.
У меня было мало приложений для обсуждения с ним, а когда были, я старался, чтобы кто-нибудь из моих сотрудников делал демо вместо себя.
Однажды получился довольно долгий, дольше обычного, промежуток времени, когда я не встречался со Стивом. Вообще, в течение того периода я не помню, чтобы видел его в кафетерии или гуляющего по кампусу.
А потом меня вызвали для участия в обсуждении дизайна со Стивом.
Когда я вошел в конференц-зал, то был потрясен. Стив выглядел худым и изможденным, с нездоровым цветом кожи, как старикашка.
Тревожным выглядело и его поведение. Он казался усталым и без обычной концентрации внимания.
Мы все знали, Стив был болен. Он рассказал нам о раке. Но до того времени я не понимал, насколько болезнь высосала из него соки.
Я даже не помню тему того проекта. Когда всё закончилось, я быстро вышел и направился к моему офису.
Понимая, что то, что я увидел, сильно вывело меня из строя, я зашёл в офис Дарина Адлера, а не в свой. Мне нужно было поговорить с кем-то об этом. Как менеджер, вы никогда не должны делиться такими вещами с человеком, который отчитывается перед вами. Но я знал Дарина в течение многих лет и доверял ему.
И он меня не подвёл. Но нам обоим было понятно, что ничего нельзя сделать, кроме как надеяться на лучшее и готовиться к худшему. И вернуться к работе.
Именно поэтому, несколько месяцев спустя, я на самом деле с облегчением услышал, что у Стива будет операция по пересадке печени. Эта идея напугала многих, но в меня это вселило надежду.
Когда он вернулся после операции, он всё ещё не был похож на старого доброго Стива, но он выглядел намного лучше, чем в последний раз. Настолько лучше, что многие из нас надеялись, что он будет с нами долгое время.
В последний раз, когда я видел Стива, мы говорили о Safari.
Это было в начале лета 2011 года, прежде чем он ушел в отставку. Стив был на больничном с января того же года. Становясь всё худее и слабее раз от раза, он всё же пришел в офис, чтобы делать то, что он любил.
При обсуждении новых функций Safari встал вопрос о версии для Windows. Стив хотел знать, как мы можем сделать его лучше и конкурентоспособнее.
К тому времени я чувствовал себя довольно расслабленным рядом со Стивом. Так расслабленно, что решил — мне, чёрт возьми — можно побыть тупым.
Кроме того, всё больше людей в Apple привлекалось для поддержки развития компонентов Windows, от которых зависело приложение, и я сказал ему, что это было проблемой не технического рода — нам действительно необходима была реклама. И что Safari для Windows не может конкурировать с Chrome, потому что Google расположила на своей домашней странице кнопку для загрузки и хорошо потратилась на рекламу на телевидении, в печати и в Сети.
Скотт Форстолл поддержал меня в этом. Еще одна причина, почему Скотт — замечательный руководитель.
Дарин Адлер, в настоящее время работающий над Safari и WebKit для меня, собрался с духом и добавил, что в продвижении нуждается не только Windows Safari, но и Mac Safari.
Мы все ютились в маленькой комнате, где обсуждался проект. Я сидел прямо напротив совсем рядом со Стивом.
Казалось, он обдумывает проблему и предложение в течение некоторого времени. Он действительно думал об этом. И это было здорово. Всё-таки, он был известен тем, что быстро меняет свои решения.
Но, в конце концов, он сказал нет.
Я предполагаю, что причиной был фокус на других вещах. К тому времени мы были сосредоточены на iOS, iPhone и iPad. Чёрт, мы вообще не рекламировали Macs или OS на ТВ в то время.
Я не был в восторге, но я мог понять.
И когда вы сможете вдумчиво поразмыслить над вашей идей с позиции Стива — что ж, это будет хороший день.
Несколько месяцев спустя я был дома больной в постели с гриппом, немного не у дел — вообще не в курсе новостей.
Не то чтобы мы не ожидали, но меня удивило, когда Скотт позвонил, чтобы сказать мне, что Стив умер. Спасибо ему за это, потому что я понимаю, как трудно, должно быть, говорить такое.
И даже к лучшему то, что Стив скончался у себя дома, в окружении семьи. Потому что это был хороший человек.
После того как я позвонил своей команде и убедился, что они были в курсе, и они были в порядке, я сказал им, чтобы любой из членов их команды по желанию мог взять отгул на день. Большинство из них всё равно остались, потому что они не хотели быть в одиночестве.
Тогда я лёг обратно в постель, в одиночестве, и эгоистично понял, как мне повезло в том, что я знал этого человека, хоть и не так близко, как мог.
Станьте первым, кто оставит комментарий