Никаких оправданий: «Я подумаю об этом завтра» — интервью с призёркой лондонской Паралимпиады Светланой Мошкович

Светлана Мошкович — «сенсация» Летних Паралимпийских игр 2012 года в Лондоне. Никто не ожидал от простой сибирской девушки, которая села в хендбайк за три года до Игр, что она возьмёт бронзу. Даже сама Света не сразу осознала случившееся.

Сегодня Светлана Мошкович — один из лидеров российской паравелосборной. Она с достоинством представляет нашу страну на престижных международных соревнованиях, мечтает примерить на себя майку чемпиона и завести семью. Об этой хрупкой девушке с сильным характером — в нашем интервью.

Ромашка

— Здравствуй, Света! Рада приветствовать тебя на Лайфхакере.

— Здравствуй, Настя! Спасибо за приглашение.

— Расскажи о своём детстве. Откуда ты родом?

— Я сибирячка, родилась в Красноярске. Росла в хорошей семье: мама, папа, старшая сестра. Мама работала инженером, потом освоила также профессию бухгалтера; отец всю жизнь был пилотом гражданской авиации. Сестра старше меня на семь лет, сейчас у неё двое замечательных ребятишек. Вся моя семья до сих пор живёт в Красноярске.

— Света, а что такое сибирский характер?

— Мне кажется, где бы ты ни жил, всё равно можно быть сильным и жизнерадостным. Но у сибиряков это как-то более выражено. Они открытые, не боятся трудностей. Когда я говорю, что из Сибири, люди априори воспринимают меня как человека с закалённым характером.

— А это так? У тебя сильный характер?

Прилежная девочка под крылом мамы, папы, а потом ещё молодого человека, который был старше меня. Окружающие опасались, что я не справлюсь с той тяжёлой ситуацией, в которой оказалась. Но она, напротив, закалила меня. Теперь выработанные тогда бойцовские качества очень пригождаются в спорте. 

«Я подумаю об этом завтра»

— Как случилась автокатастрофа?

— Это было почти 10 лет назад. Я тогда училась на пятом курсе Красноярского педагогического университета, куда поступила после школы на иняз.

— Хотела стать учителем?

— В детстве у меня было много задумок по поводу будущей профессии: хотела стать и адвокатом, и стюардессой… Кстати, стюардессой, будучи студенткой, я подрабатывала во время летних каникул.

Я искала себя, но больше хотела стать переводчиком, чем педагогом, потому что меня всегда привлекали путешествия.

— Даже несмотря на то, что одно из них закончилось трагично?

—

Да… В ноябре 2004 года мы с друзьями впятером возвращались из Хакасии в Красноярск. На гололёде машина потеряла управление… Как мне потом сказали, мы кувыркались 60 метров, улетев со склона. Двое погибли, в том числе мой друг. У меня

—

серьёзные травмы, остальным досталось в меньшей степени. Авария стала настоящей проверкой моего характера. Травма и смерть друга

—

многие боялись, что я не выкарабкаюсь из этой ситуации. Но я решала проблемы по мере их поступления. В голове всё время крутилась фраза из «Унесённых ветром»: “Я подумаю об этом завтра”. Я поняла, что главное для меня

—

бороться за жизнь, восстанавливаться после травмы. На траурные мысли нет времени. 

— Что помогло не сломаться?

— Скорее кто. Родители, мамочка моя, всегда были рядом. Друзья помогали.

Кроме того, я не оставалась наедине с собой, была постоянно в движении. Я заканчивала учёбу, нужно было защищать диплом, сдавать экзамены. Плюс первые четыре года после травмы — это было время активной реабилитации.

— В чём она заключалась?

— Я практически не была дома. Сначала поехала в Новокузнецк в реабилитационный центр, потом, узнав там о других возможностях, в Красноярск, в Самару… За это время я пережила четыре операции.

Последнюю мне посчастливилось сделать в Германии, поездка куда перевернула мой мир.

— Почему?

— После операции я смогла оценить, насколько эта страна приспособлена для людей на колясках. Впервые за четыре года я проехала на автобусе! Сейчас уже и в Москве, и в Красноярске, и в других городах появляются низкопольные автобусы, а тогда, в 2008 году, этого не было. Я зашла в автобус, проехалась по городу.

Конечно же, захотелось остаться в Германии. Поэтому год спустя я вновь вернулась и поступила в Дюссельдорфский университет имени Генриха Гейне. Сначала вновь на лингвистику, но теперь хочу изменить направление обучения. Хочется знать спорт не только как практик, но и с теоретической точки зрения.

Свобода в ваших руках!

— Насколько я знаю, именно на реабилитации в Германии ты впервые села в хендбайк?

—

Да. Первая проба состоялась в 2008 году, во время восстановления после операции. В реабилитационном центре, где я находилась, я познакомилась с местными ребятами-колясочниками, которые как раз занимались хендбайком. Когда я впервые их увидела, я была поражена. Они настолько отличались от окружающих: сильные, подтянутые, открытые, улыбающиеся. У них глаза горели! Было видно, что они следят за собой и радуются жизни. Мы познакомились, и они предложили мне прокатиться в хендбайке. Помню свою первую поездку. Я проехала около 20 километров, причём довольно быстро выдохлась

—

назад ребята меня толкали, сил крутить педали не осталось. Но я была счастлива. Я поняла, что это тот вид спорта, который может помочь мне в реабилитации, он тренирует выносливость и оздоравливает организм. Кроме того, он даёт свободу! 20 километров на коляске

—

это было немыслимо для меня. А в хендбайке можно легко их преодолеть, наслаждаясь природой. 

— С тех пор начались тренировки?

— Тренировки начались спустя год, когда я приехала в Германию учиться. Ребята, с которыми мы подружились в прошлый мой приезд, собрали для меня мой первый хендбайк.

— Собрали?

— Да. :) Они понимали, что денег у меня нет, а техника эта дорогостоящая (новый байк стоит от €5 000, подержанный — от €1 500), поскольку фактически хендбайк делается индивидуально для каждого спортсмена, под его параметры. Но ребята помогали, как могли: собрали мне байк из старых деталей. Я начала тренироваться.

А спустя две недели я зарегистрировалась на марафон в Гейдельберге. Я не претендовала на призы, просто решила поучаствовать. На своём самодельном хендбайке, одолжив шлем у ребёнка друзей.

Общее время у меня было 2 часа 20 минут. Но для меня было достижением уже то, что я вообще пересекла финишную черту. Это стало стимулом тренироваться дальше. Через два года на этом же марафоне я улучшила своё время почти на час.

Бронза с золотым отливом

— А ещё через год привезла бронзу из Лондона?

—

Да, но я сама не ожидала. Я начала тренироваться за три года до Паралимпиады, с нуля. Если бы ещё в 2011‑м мне кто-то сказал, что я завоюю медаль, я бы не поверила. Хотя я очень усердно тренировалась, попала в сборную России, начала ездить на сборы, международные соревнования, была на них третьей, четвёртой. Глядя на соперников, я понимала, что шансы на успех в Лондоне есть, но всё равно не могла представить, что стану бронзовой призёркой.

— Что чувствуешь, когда на тебя вешают медаль?

—

Это не передать! Мурашки по коже, улыбка на лице, слёзы на глазах. Ты понимаешь, что сделала всё, что было в твоих силах, и подарила радость не только себе, но и тренерам, близким, целой стране. 

— Ты патриотка?

— Я горжусь, что я россиянка, и хочу видеть флаг своей страны в центре пьедестала. Вдвойне приятно, что наша команда по паравелоспорту смогла добиться уважения к себе на мировом уровне. В Москве паравелоспорт зарождался с нуля на базе ФСО «Юность Москвы», а также при помощи ОАО «Научно-производственная корпорация „Уралвагонзавод“». Они сильно помогли в развитии паравелоспорта, именно благодаря им появилась команда «Армада». Сначала мы ничего не знали, у нас была не самая лучшая техника.

После моей победы, побед Алексея Обыдённова и других ребят с российской паравелосборной начали считаться.

— Государство вам помогает?

—

Да, иначе бы нам не удалось достичь успехов. Благодаря поддержке спонсоров и государства мы можем покупать технику, ездить на сборы, тренироваться.

— Тогда почему в России многие до сих пор не знают слово «хендбайк»?

—

Дело в том, что в Европе хендбайк

—

массовый вид спорта. Проводится очень много гонок, если участвовать в каждой, то за сезон можно порядка 60 стартов сделать. На некоторые гонки заявляются более 200 участников, то есть многие занимаются хендбайком не из спортивных амбиций, а для себя. Там есть дороги, есть возможность у людей купить байк. Кто в России на пенсию инвалида может позволить себе купить такую дорогую технику? У нас другая система: сначала ты начинаешь показывать результаты, потом, попав в сборную, уже можешь рассчитывать на поддержку государства. Но ведь нужно с чего-то начать…

— Света, но ты можешь что-то посоветовать тем, кто прочтёт твоё интервью и загорится идеей попробовать себя в хендбайке?

—

Самое главное

—

иметь желание. Обращайтесь в различные общественные и коммерческие организации, возможно, кто-то поможет купить велосипед. Кроме того, у нас в стране столько «Кулибиных». Для начала можно и своими силами, как я когда-то, попытаться собрать хендбайк. Наконец, на базе ФСО «Юность Москвы» на велотреке в Крылатском открыто отделение по паралимпийскому велоспорту, где работает мой тренер Чуносов Алексей Евгеньевич, там можно опробовать свои силы на хендбайке. Сейчас движение хендбайкеров в России только зарождается (вот в парке Горького начали собираться ребята, этой весной даже устраивали велопробег), но уже можно найти единомышленников, которые будут помогать развиваться. 

Всё ради цели

— Света, ты всё время на сборах и соревнованиях. Время на личную жизнь остаётся?

— У спортсменов немного цыганская жизнь. Когда готовились к лондонской Паралимпиаде, я дома за полгода была всего четыре недели. Но мне даже нравится быть постоянно в движении. День расписан буквально по минутам: две-три тренировки в день, режим. Постоянные сборы.

Так что касаемо личной жизни — времени на неё практически нет. Иногда выбираюсь куда-нибудь с друзьями.

— Всё ради Рио?

— Всё по порядку: сейчас я готовлюсь к Кубку мира (он будет в конце июля), потом, в августе, — Чемпионат мира. Хорошие выступления на этих соревнованиях, а также на соревнованиях в следующем году, позволят нам получить лицензию на Паралимпийские игры в Рио-де-Жанейро 2016 года.

— Майку чемпиона?

—

Майка чемпиона

—

это престижный приз, который получает спортсмен, ставший чемпионом мира. Её выдаёт Международный союз велосипедистов, на ней пять цветных полос по числу континентов, как на Олимпиаде пять колец. Каждый велоспортсмен мечтает о такой.

—

А я думала, главная мечта — паралимпийское золото…

—

Ты права. Майку хочется, но главная цель моей жизни, моя мотивация

—

это титул паралимпийской чемпионки. Именно ради того, чтобы сделать новый шаг на пути к этой своей мечте, я встаю каждое утро, иду на тренировку, терплю усталость.

— Света, а как же семья?

—

Конечно, я мечтаю о семье и детях. Но я считаю, что женщина должна быть хранительницей очага, а с моими постоянными разъездами у меня бы вряд ли получилось создавать семейный уют. Поэтому пока что в приоритете спорт. Хочу выложиться на 200%, чтобы будущие детки ни в чём не нуждались и гордились мамой. 

— Наш проект называется «Никаких оправданий». Что такое не искать никаких оправданий для Светланы Мошкович?

— Ныть и искать себе поблажки не конструктивно. Рациональнее потратить время на поиски своего пути. А если тебе выпадает какой-либо шанс, надо исчерпать его «до дна», исходя из имеющихся возможностей.

— Света, пожелай напоследок что-нибудь читателям Лайфхакера?

— Прекрасные слова! Светлана, спасибо за интервью!

— Спасибо тебе, Настя!