Почему нам кажется, что в глубине души мы хорошие, и так ли это на самом деле

В первом сезоне «Секретных материалов» Дана Скалли вместе со своим бывшим инструктором из Академии ФБР Джеком Уиллисом выезжает на сигнал об ограблении банка. Во время задержания один из преступников тяжело ранит Уиллиса. Скалли стреляет в грабителя в ответ, и тот погибает.

Спустя некоторое время Уиллис приходит в себя в больнице. Но он изменился, стал злым. В его тело вселилась душа грабителя, который теперь стремится воссоединиться с возлюбленной и отомстить тем, кто сдал его ФБР.

Будучи аспиранткой, Нина Штромингер — доктор психологических наук и доцент в Уортонской школе бизнеса при Университете Пенсильвании — смотрела «Секретные материалы». Среди всех эпизодов с монстрами и инопланетянами её привлекла именно история о переселении душ (кстати, такое повторилось в сериале ещё раз, когда телами обменялись Фокс Малдер и оперативник «Зоны 51»).

Штромингер заинтересовалась этой идеей. Ведь если грабитель смог покинуть собственное тело и оказаться в Уиллисе, значит, он не был единым целым со своей физической оболочкой. Имелась какая‑то отдельная сущность, способная перемещаться из одного человека в другого.

Штромингер заметила ещё один любопытный момент. При переселении душ герои переносят в новое тело не все, а лишь некоторые свои черты. И ей захотелось узнать, есть ли в этой избирательности какая‑то закономерность.

Это подтолкнуло Нину к небольшому эксперименту. Вместе с коллегой по Уортонской школе Шоном Николсом исследовательница задала людям простой вопрос: «Если бы вам пришлось переселиться в другое тело, какие из ключевых особенностей вашей личности вы забрали бы с собой?»

В ответах нашлось кое‑что общее. Люди всегда говорили, что помимо личных воспоминаний и предпочтений они перенесли бы черты, связанные с нравственностью, совестью. Некую хорошую, высокоморальную часть своей личности. Именно она ассоциировалась у всех опрошенных с собственным «я».

Но исследование Штромингер — лишь одно из многих подобных. Все эти работы однозначно доказывают: у людей есть устойчивое представление о некоем глубинном «истинном я». Причём это «истинное я» обязательно хорошее.

Существует ли «истинное я» на самом деле

А вот это интересный вопрос. С точки зрения науки внутреннего совестливого «я» почти наверняка не существует. Всё, что известно из нейробиологии и психологии, не подтверждает теорию о некоей отдельной доброй сущности, спрятанной где‑то в глубине души.

Скорее всего, «истинное я» всего лишь иллюзия. Просто широко распространённая привычка видеть в себе добрую, высокоморальную душу.

Но это абсолютно не важно. «Функционально в некотором смысле это не имеет значения, поскольку представление об «истинном я» влияет на наше поведение и взгляд на мир так же сильно, как если бы это «истинное я» действительно существовало», — полагает Ребекка Шлегель, социальный психолог из Техасского университета А & М.

Как «истинное я» влияет на представления о мире

Со всех сторон звучат рекомендации: «Будь собой!» Именно этот совет воспринимается как определяющий в жизни, любви, карьере. Если ты будешь собой, то есть будешь действовать в соответствии с тем, кто ты есть в глубине души, то добьёшься успеха и счастья.

Но что мы вкладываем в понятие «быть собой»? Учёные получили на это вполне однозначный ответ.

В разных экспериментах они просили добровольцев оценить изменения личности, которые переживали люди после черепно‑мозговых травм, приёма психоактивных препаратов, воображаемого обмена телами. Оценки получились схожими. Если человек изменился, но при этом сохранил моральные качества — доброту, сочувствие, честность, участники говорили, что он «остался собой». Если же эти качества пострадали, звучало: «Он стал другим человеком».

Показателен эксперимент, в котором добровольцам предлагали почитать о двух пациентах с деменцией. Первого, с серьёзной потерей памяти в результате болезни Альцгеймера, участники сочли сохранившим собственную личность. В противовес второму, у которого с памятью и воспоминаниями всё было в порядке, но вот «нравственные способности» из‑за лобно‑височной деменции существенно снизились. Он, по мнению опрошенных, перестал быть самим собой.

Кроме того, в исследовании 2008 года учёные обнаружили, что люди неохотно соглашаются принимать лекарства, которые могут повлиять на моральные качества: доброту, способность испытывать сочувствие. И куда меньше беспокоятся по поводу препаратов, которые иногда снижают внимательность или ухудшают память.

Резюме: «быть собой» в массовом сознании означает вести себя в соответствии с моральными принципами. Отступление от них воспринимается как потеря себя.

Любопытно, что эта концепция морально хорошего «истинного я» универсальна. Исследования с участием добровольцев из Колумбии, Сингапура, России дали аналогичные результаты, хотя в культурах этих стран очень разные представления о природе человека. «Индусы‑индуисты и буддисты из Тибета считают, что моральные аспекты личности играют ключевую роль в их самоидентификации, хотя последние вообще отрицают существование такой вещи, как личность», — сообщает психолог Кристиан Джаррет в исследовательском дайджесте Британского психологического общества.

Почему нам кажется, будто в глубине души все хорошие

Обычно мы думаем о себе лучше, чем о других, — это одно из распространённых когнитивных искажений. Но когда речь заходит об «истинном я», мы полагаем, что у остальных людей оно также высокоморально. Такую предвзятость демонстрируют даже мизантропы, то есть те, кто изначально плохо относится к людям.

Возможно, это проявление нашей социальности как вида. Думать, что вокруг не злодеи, — полезно для ощущения благополучия, помогает нам сотрудничать и доверять друг другу.

Иное объяснение может быть в том, что люди вообще склонны акцентировать внимание на положительных чертах. Это называется «психологический эссенциализм».

Например, в ответ на просьбу описать стол мы говорим, что у него четыре ножки для устойчивости и поверхность, на которой можно есть или работать. То есть перечисляем черты «хорошего» стола. Описывать сломанную, «плохую» модель никому не придёт в голову.

Наше представление об «истинном я», стремление подогнать его под положительные характеристики может быть следствием всё того же эссенциалистического мышления.

Почему тогда многие враждебно относятся к другим людям

Действительно, тут возникает вопрос. Если мы так хорошо думаем о себе и окружающих, почему в том же интернете так много отвратительных споров, ругани и оскорблений? Разве это не противоречит массовой вере в хорошее «истинное я»?

У философа‑экспериментатора из Йельского университета Джоша Кнобе есть возможное объяснение: хотя все мы верим в морально хорошую внутреннюю сущность каждого, наше определение морали варьируется в зависимости от убеждений и внутренних ценностей.

В одном эксперименте Кнобе и его коллеги попросили людей описать своё отношение к вымышленному человеку по имени Марк. Тот якобы был христианином и при этом испытывал влечение к мужчинам. Мнения разделились. Консервативные участники эксперимента уверенно заявили, что «истинное я» Марка заключается в вере, а поддаться чувствам для него было бы отступлением от самого себя. Либералы, напротив, сообщили, что особенности сексуальности Марка и являются его «истинным я». С точки зрения последних, отказаться от самого себя и своих порывов ради некоей абстрактной веры — вот что было бы предательством настоящей сущности Марка.

Далее всё просто. По какому бы пути ни пошёл условный Марк, всегда найдутся люди, которые посчитают этот выбор надругательством над истинной сущностью героя. А это надругательство вызывает раздражение и агрессию.

Почему уверенность, что в глубине души вы хороший человек, вредна

Ответ простой: это расхолаживает. Если моральность внутреннего «я» воспринимается как нечто само собой разумеющееся, а не заслуженное, есть искушение начать оправдывать себя за плохие поступки.

С другой стороны, аморальные действия угрожают нашему чувству идентичности. А это большой стресс. Поэтому некоторые люди попросту отрицают своё безнравственное поведение, перекладывая ответственность за него на сторонние факторы: «Я был вынужден», «Меня спровоцировали», «Не я такой — жизнь такая». Другие стремятся искупить вину быстрыми добрыми поступками, например пожертвованиями. И снова становятся хорошими в собственных глазах.

Такие решения действительно быстро возвращают человека в соответствие с его представлениями о своём «истинном я». Но не побуждают к этичному образу жизни в целом.

Как извлечь из иллюзорного «истинного я» пользу

Да, «истинного я» не существует, и глубоко внутри люди вовсе не обязательно хорошие. Но у этой иллюзии есть важная функция.

Представление о собственном «истинном я» может служить ориентиром. Глубинным внутренним стандартом, мотивирующим жить по совести.

Даже если обстоятельства не идеальны и заставляют оступаться, вы знаете, что внутри вас есть нечто доброе — и ищете возможности это выразить. Такой подход придаёт поступкам осмысленность и помогает выстроить жизнь, которой вы удовлетворены и гордитесь.