Что такое делегированный синдром Мюнхгаузена и чем он опасен

Что такое делегированный синдром Мюнхгаузена

Есть люди, которые постоянно врут о своём здоровье и симулируют симптомы заболеваний, чтобы получить сочувствие, внимание и заботу окружающих. Медики склонны считать такое поведение психическим расстройством — его называют синдром Мюнхгаузена.

Но некоторые идут дальше. Они не «болеют» сами. А придумывают болезни для близких — ребёнка, престарелых родителей, других людей, которые по каким‑либо обстоятельствам находятся на их попечении. И со всей искренностью и жаром бросаются помогать. Так проявляет себя делегированный, то есть переложенный на кого‑то, синдром Мюнхгаузена.

Заботясь о ребёнке, который «страшно болен», преувеличивая выдуманные симптомы, жалуясь на сложности, такой человек убивает сразу нескольких зайцев. Во‑первых, чувствует себя востребованным, нужным — ведь без него «не выживут». Во‑вторых, получает внимание и сострадание от окружающих — друзей, соседей, медиков. В‑третьих, реализует тягу к признанию, славе — ведь о самоотверженной матери будут говорить, ей будут восхищаться.

Впрочем, чаще всего человек с ДСР не осознаёт, что действует ради достижения какой‑либо личной выгоды. Такие люди, как правило, искренне любят своего подопечного, переживают и заботятся о нём. Они действительно верят, что ребёнок (или другой близкий) болен, а врачи просто не замечают его недугов. Поэтому и придумывают, а то и сознательно вызывают у подопечного симптомы, например, тайком впрыскивая ему в горло раздражающее вещество, чтобы медики не обошли «сложный случай» стороной.

Как распознать делегированный синдром Мюнхгаузена

Как и обычный синдром Мюнхгаузена, распознать его делегированную версию не так‑то просто. Слишком много в нём тумана и искренней лжи — как бы парадоксально это ни звучало.

Тем не менее, некоторые общие признаки, которые позволяют предположить у матери (или иного опекуна) делегированный синдром Мюнхгаузена, всё же существуют. Вот они:

• Мать выглядит заботливой и крайне обеспокоенной состоянием своего ребёнка.
• Она очень дружелюбна и с ходу идёт на контакт с врачами, подробно рассказывая им о симптомах заболевания.
• Мама подкована в вопросах медицины, отлично ориентируется в названиях препаратов и диагнозах.
• Ребёнок часто, до нескольких раз в год, оказывается в стационаре. Причём госпитализации предшествует странный набор симптомов, который нельзя отнести к какому‑то конкретному заболеванию.
• Заявленное матерью состояние и симптомы ребёнка не соответствуют результатам анализов.
• Как только ребёнок попадает в больницу, его самочувствие стремительно улучшается, странный недуг отступает.
• Симптомы вновь начинают проявляться лишь когда пациент уезжает домой.
• Есть подозрения, что анализы подменяются. Например, принесённая на анализ моча имеет характеристики мочи взрослого человека, а не ребёнка.
• В крови, стуле или моче ребёнка есть признаки химических веществ.
• Нормальные результаты анализов не успокаивают мать. Она требует перепроверки. И, наоборот, выглядит удовлетворённой («Я же говорила!»), когда состояние ребёнка ухудшается.
• Лечением занимается только один родитель. Второй, а также другие члены семьи не принимают в этом никакого участия.
• Есть подозрения (например, видеозапись или слова соседей по больничной палате), что мать совершает действия, способные ухудшить симптомы или нанести вред ребёнку.
• У другого ребёнка в семье тоже была необъяснимая болезнь, а то и летальный исход.

3–4 подобных симптомов достаточно, чтобы присмотреться к семье внимательнее. Если их больше, то диагноз становится крайне вероятным.

Что делать при подозрении на делегированный синдром Мюнхгаузена

Это психическое расстройство — из тех, что представляют угрозу для жизни. Жизни подопечного, естественно.

Пытаясь доказать, что ребёнок действительно болен, мать может требовать проведения болезненных анализов или медицинских манипуляций. Зафиксированы случаи, когда детям вкалывали кровь, мочу, химические вещества, чтобы вызвать подходящие симптомы.

Расстройство является одной из форм жестокого обращения с детьми, за которыми в большинстве стран мира следует уголовное наказание.

Поэтому первое, что делают врачи при подозрении на делегированный синдром Мюнхгаузена, — обеспечивают безопасность жертвы. Это реализуется разными способами. Например, медики могут ограничить пребывание матери в палате с ребёнком. Ищут второго родителя, обращаются за помощью к другим членам семьи, настаивая, чтобы те подменяли мать в уходе за подопечным. Также больница может привлечь правоохранительные органы, социальных работников, настоять на временной передаче ребёнка под государственную опеку.

Что касается матери или опекуна, у которых заподозрили психическое расстройство, им также требуется лечение. Но помочь им порой ещё более сложная задача, чем выявить делегированный синдром Мюнхгаузена. Такие люди, как правило, отказываются признавать проблему. И, соответственно, не желают участвовать в её решении.

Если всё-таки человек соглашается принять помощь, она будет заключаться в когнитивно‑поведенческой терапии — виде психотерапии, который направлен на изменение мышления и поведения. Это нескорый процесс, который порой занимает до нескольких лет.