«Отношения, в которых перепутаны роли, очень сложные»: 2 истории о том, каково это — дружить с родителями
Люди, которые считают родителей своими друзьями, рассказали, почему такие отношения не всегда им по душе. А ещё поделились, как они хотели бы их исправить.
1. «Сказал, что я его совершенно не поддерживала»
— Какие роли играли в твоей жизни родители?
— Долгое время я считала папу своим другом, а маму — серьёзной женщиной, которая только и делает, что запрещает есть торт на ночь и отправляет в постель, когда спать совсем не хочется.
В детстве я любила проводить время с папой. Он придумывал бесконечное множество интересных игр. И когда мы начинали какую‑то из них, в нём загорался детский азарт. Он активно включался в игру, спорил, если что‑то, по его мнению, шло не по правилам. С мамой занятия были поспокойнее и поскучнее: чтение книг, уборка, рисование.
В 14 лет я сказала, что не хочу быть как она: «Папа легко идёт по жизни и не берёт на себя лишнюю ответственность». Мама расплакалась.
Но всё поменялось, когда я уехала учиться в институт. Тогда я поняла, что, вообще‑то, когда ты взрослый, приходится брать на себя «лишнюю ответственность» просто для того, чтобы нормально жить. И она вовсе не такая страшная, как кажется.
Я начала осознавать, что мамина жизненная стратегия хоть и труднее, но эффективнее: она добилась неплохих успехов на работе, вела быт и при этом хорошо выглядела. Папа же скакал с места на место, не мог закрепиться в компании больше чем на год, постоянно играл в компьютерные игры и имел алкогольную зависимость. Зато у него при этом было ноль забот!
Я стала больше общаться с мамой, сблизилась с ней и начала перенимать её взгляды на жизнь.
— Менялись ли вы ролями? Например, ты когда‑нибудь вела себя как родитель, а папа — как ребёнок?
— Лет в 10 я начала замечать: постоянная причина ссор моих родителей — то, что папа часто выпивает. Поэтому всякий раз, когда я видела, как он тянется к бутылке, начинала кричать на него и пытаться выхватить её из рук.
Мне казалось, что делать такое позволительно. Будто я действительно могу ему что‑то запрещать, ругать его и призывать к ответственности. Но, по‑моему, он не особо обижался. И не ругал меня за это.
Когда мне исполнилось 18, у нас с папой стало больше скандалов. Я уговаривала его пойти к психиатру‑наркологу. Боялась, что всё станет хуже, если я уеду в другой город: «Папа такой инфантильный, что уж точно сам не справится со своей зависимостью».
Мне казалось, что я гораздо более ответственная и «правильная». Это будто бы возвышало меня над ним.
— Чем хороша дружба с родителями?
— В детстве и подростковом возрасте нам с папой всегда было о чём поговорить. Он, как и я, писал музыку. Мы обменивались треками и давали друг другу обратную связь.
Даже сейчас папа — один из моих главных фанатов, хоть он и не всегда умеет правильно выражать свои мысли. Чаще он присылает своё творчество и просит меня дать оценку. Наверное, мы с ним лучше понимаем друг друга, так как больше похожи. Это классно, когда родитель тебе доверяет и вам друг с другом интересно!
— В чём минусы дружбы с родителями?
— Думаю, плоха не сама дружба, а отсутствие опоры. Если люди умеют совмещать две функции — родителя и друга, это круто! Но чаще всего, наверное, балансировать не получается. В итоге выходят либо отношения с жёсткой иерархией — «Я отец, я приказываю», либо горизонтальное приятельство, где никто никому ничего не должен.
— Как дружба с родителем повлияла на становление твоей личности?
— Я никогда не чувствовала, что могу положиться на папу. Однажды мама попала в аварию и какое‑то время находилась в коме. Вместо того чтобы успокоить меня, маленького ребёнка, он ушёл в себя и постоянно ходил молчаливый, не обращая внимания на меня. Потом он сказал, что я его совершенно не поддерживала.
Кроме того, было много ситуаций, когда он обещал что‑то сделать, но в итоге не делал. От этого было грустно. Я не понимала, почему он не может просто сдержать слово? Наверное, из‑за этого у меня есть проблемы с доверием и делегированием ответственности.
Когда мне исполнилось 18, я чётко решила, что найду мужа, абсолютно не похожего на папу.
К сожалению, это не очень хороший контекст для романтических отношений: я пыталась получить от партнёра любовь и заботу, которой не видела в семье. До сих пор ловлю себя на мысли, что ищу партнёра‑«папика».
Мне было сложно пройти сепарацию. И я не уверена, что она окончена. Иногда я боюсь, что я — единственный папин друг и он без меня сопьётся.
— Как ваши отношения складываются сейчас?
— Сейчас мой папа для меня скорее приятель или хороший знакомый, с которым можно тепло пообщаться. Роль отца ему вряд ли подходит, а как друг он дискредитировал себя. Иногда общение с ним — игра в одни ворота. Порой кажется, что ему нужны только мои уши, чтобы рассказывать о своих проблемах.
Зато с мамой у нас сейчас доверительные отношения. Она имеет родительский авторитет. Мама — моя опора и поддержка. Мне хотелось бы, чтобы мой ребёнок испытывал ко мне подобные чувства.
2. «Тусуемся вместе»
— Какие роли играли в твоей жизни родители?
— Папа — это родитель‑родитель. Он всегда оберегал и защищал меня. По большей части именно он зарабатывал деньги в нашей семье, обеспечивал меня, а ещё, например, ругал за плохие оценки. Типично «родительские» штуки всегда исходили от него.
Мама — родитель‑друг. При этом речь не о горизонтальных отношениях. Детско‑родительская дружба остаётся иерархичной. Есть ощущение, будто дружишь с самой классной девчонкой в школе и негласно понимаешь: нельзя быть круче, чем она. Она лучше всех. В дружеских взаимоотношениях с мамой я всегда чувствовала какой‑то потолок, выше которого не получилось бы подняться.
— Менялись ли вы ролями? Например, ты когда‑нибудь вела себя как родитель, а мама — как ребёнок?
— Думаю, да. Отношения, в которых перепутаны роли, очень сложные. Самое тяжёлое — выслушивать, как один родитель жалуется на другого. Создаётся ощущение, что тебя втягивают в конфликт.
Мама жалуется на папу, как подружка на своего парня, но при этом ситуация совершенно другая! Ты понимаешь, что речь о твоей семье. Наверное, в таких ситуациях я больше всего чувствовала смещение ролей.
— Чем хороша дружба с родителями?
— Я понимаю, что моя семья лучше, чем большинство остальных. Отношения некоторых других родителей и дочерей мне кажутся странными. Для меня, например, дикость, когда я слышу, что с мамой может быть не о чем поговорить: «В смысле вы вместе не ходите в бар и не обсуждаете с ней твои отношения?» С одной стороны, круто иметь маму‑подругу. С другой — есть, конечно, и свои минусы.
— В чём минусы дружбы с родителями?
— До того, как я пошла на психотерапию, в голове всё было чёрно‑белым: мама хорошая, мама — друг; папа злой, папа ругается.
Каждый раз, когда психолог спрашивал у меня про семью, я испытывала мощнейшую агрессию. Сразу прерывала его и говорила: «У меня нет никаких проблем в семье. Даже не пытайтесь их искать». Срабатывал защитный механизм.
Наверное, я очень боялась, что психолог скажет что‑то плохое про родителей, особенно про маму.
Но надо отдать ему должное: он всё-таки докопался до сути. Раньше я не видела проблемы в том, что мама ведёт себя со мной как друг. Я была уверена, что так у всех, и считала, что это очень круто. Да, были какие‑то вещи, из‑за которых я порой чувствовала себя некомфортно, но тогда не понимала почему.
Нахлынувшее осознание сорвало мне крышу. Я поняла, что мне не хватает родительской заботы и опекунства. Иногда бывают мысли: «Блин, я не хочу тусоваться с мамой. Я хочу, чтобы она меня обняла и пожалела». В определённые моменты тебе не нужен родитель‑друг, тебе нужен родитель‑родитель. Мама не могла мне дать этого, потому что не привыкла к такой роли.
Другой негативный аспект, который я увидела: родитель‑друг чаще проецирует на тебя свои эмоции. Родитель‑родитель, у которого есть только функция матери или отца, скорее всего, лишний раз одёрнет себя, соблюдая субординацию.
Например, у моего папы может быть плохое настроение, но он не станет грузить меня своими проблемами. Он просто даст понять, что сейчас не настроен на коммуникацию. Поэтому, наверное, папа кажется мне более эмоционально стабильным человеком.
А с мамой постоянные качели. Я могу позвонить ей в один день и получить кучу поддержки, а потом — в другой, когда мне очень плохо, услышать: «Ты не одна такая, мне тоже плохо».
— Как дружба с родителем повлияла на становление твоей личности?
— Эти отношения очень сильно повлияли на мою личность. В детстве и подростковом возрасте для меня не существовало правил: я могла пойти куда угодно и сделать всё что хотела. Меня никто не остановил бы.
Наверное, из‑за отсутствия дисциплины сейчас в моей жизни нет многих вещей. Я могла записаться на какой угодно кружок и в тот же день оттуда уйти! С одной стороны, это круто, когда у тебя так много свободы, с другой — думаю, из‑за этого у меня не получилось выработать усидчивость.
Я бы не хотела, чтобы на меня давили, но было бы здорово, если бы хоть раз мама спросила: «Ты точно хочешь уйти? Ты уверена в этом?» Тогда, возможно, я бы обдумала всё более взвешенно и сказала: «Нет». Сейчас мне порой не хватает дисциплины и твёрдости.
С возрастом я всё больше становлюсь похожей на свою маму — особенно в сфере интересов.
Недавно я нашла коробку с мамиными письмами — она писала их в моём возрасте, когда жила в Италии. Было ощущение, что это я написала их сейчас. Мама разговаривает моим языком, обращает внимание на те же самые вещи и даже пишет как я!
Забавно: буквально недавно она сказала мне, что, когда я родилась, она очень старалась не совершать ошибок моей бабушки. Но потом поняла: она их не совершает, зато делает свои.
Я очень хочу детей и много думаю о том, какие отношения у меня с ними будут. Мне бы хотелось постараться удержать середину между материнством и дружбой. Пока я не понимаю, как это сделать. Наверное, пойду на отдельный курс терапии, чтобы хоть немножко в этом разобраться и обезопасить будущего человека!
— Как ваши отношения складываются сейчас?
— Сейчас мои отношения с мамой не очень стабильные, но всё ещё дружеские. Мы много общаемся, гуляем. То, как я воспринимаю нашу связь, можно описать фразой «тусуемся вместе».
Станьте первым, кто оставит комментарий