Личный опыт: как я стала прекарием и сколько на этом заработала

Антонина Штраус

Журналист, копирайтер, писатель.

Если вы фрилансер, трудитесь на временных работах и предпочитаете проектную занятость, можете считать себя представителем нового класса — прекариата. Кстати, вы не одиноки: в России таких людей примерно 40% от числа всех трудящихся.

И примерно столько же хотят к ним присоединиться. Согласно опросу НПФ Сбербанка и сервиса «Работа.ру», 72% взрослых активных граждан мечтают отказаться от работы в штате и заняться фрилансом. И это при том, что британский экономист Гай Стендинг в своей книге «Прекариат» ставил прекариев всего на одну ступень выше нищих и противопоставлял их успешным белым воротничкам, получающим все трудовые гарантии.

Фриланс, неофициальное или частичное трудоустройство, временные халтуры — всё это формы нерегулярной занятости, другими словами, прекарная работа. Термин «прекариат» возник по аналогии с «пролетариатом», только в основу легло английское слово precarious («нестабильный», «негарантированный»). Этот класс составляют люди, постоянно работающие в формате временной или частичной занятости.

Чего нет у прекария:

• стабильности, уверенности в завтрашнем дне;
• никаких трудовых гарантий;
• пенсий, пособий по безработице, больничных;
• чёткого круга обязанностей;
• установленной зарплаты два раза в месяц.

В общем, положение крайне шаткое. Почему же оно оказывается таким желанным для многих? Я поняла это на личном опыте, но далеко не сразу.

Когда после очередного декрета я попыталась выйти на работу, выяснилось, что с распростёртыми объятиями меня никто не ждёт, да я и сама не очень хотела вспоминать о трудовом дне строго с 8:00, бесконечных планёрках и просьбах быстренько доделать задание «за того парня». Но троих детей надо было чем‑то кормить, и я зарылась в объявления об удалённой работе.

Как я зарабатывала 10 000 рублей в месяц

Первые полгода мои доходы не превышали 10 000 рублей. Иногда мне перепадали дорогие статьи по 5 000 за каждую, но чаще удавалось получить заказы на посты в соцсетях по 700–800 рублей.

Деньги «на булавки» меня, конечно, радовали, но не покрывали даже трети необходимых расходов. Причём и эти заказы вовсе не шли густой толпой: на одной только бирже Weblancer.net зарегистрировано около миллиона пользователей и, если хотя бы одна десятая из них — копирайтеры, можно представить себе масштабы конкуренции. Кстати, многие мои коллеги там отметились.

Надо сказать, мне повезло, что я не попала на биржу фриланса, но и без неё «интересностей» хватало. Один заказчик обещал заплатить в пятницу, а потом выяснилось, что он имел в виду последнюю пятницу следующего месяца. Другой долго придирался к стилю и жаловался на отсутствие у меня дизайнерских навыков, третьему нравилось всё, но стоило мне заговорить об оплате, как он просто пропал.

Как я начала стыдиться своей работы

Работать «когда есть возможность» оказалось по‑своему удобно, но такой вид занятости требовал развития навыков, которых у меня не было: торговаться, искать заказчиков, чётко планировать свой день. И хотя Стендинг, на мой взгляд, слегка сгущает краски, скоро стало очевидно: нерегулярная занятость имеет ряд неожиданных минусов.

Когда среднюю дочь на собеседовании в школе спросили: «Кем работает твоя мама?», она ответила: «Пишет что‑то… кажется». Я залилась краской. Добавить что‑либо толковое было трудно. Фрилансеру гораздо труднее ответить на такой вопрос, чем наёмному сотруднику, чьё название должности зафиксировано в трудовой книжке. «Программирую понемножку», «картинки людям на сайт рисую», «пишу за деньги» — в определённый момент говорить нечто подобное становится всё более неловко, особенно если тебя окружают не коллеги‑удалёнщики (а они не окружают, на то они и фрилансеры), а обычные люди.

Как я затянула пояс потуже и увеличила доход

Я поняла, что просыпаться от сообщений заказчика, а не от звонка будильника, обдумывать техзадание во время приготовления завтрака и наговаривать текст во время чистки зубов мне категорически не нравится. Новая задача может возникнуть в любой момент, и выполнить её надо будет, скорее всего, срочно. Границы работы и свободного времени оказываются совершенно размыты.

Но эти минусы всё же не перевешивают плюсы. Прекарный труд развивает гибкость мышления, а именно это в конечном итоге является залогом выживания для любого разумного существа. Кроме того, такая работа даёт возможность попробовать себя в разных сферах деятельности и развить «мягкие навыки». Главное — найти правильный баланс между стабильностью и свободой.

Дойдя до точки X, я нашла в себе силы отказаться от разовых заказов. Сидела почти без денег, но упорно искала постоянного заказчика. Нашла со второй попытки в тематической группе в Facebook*. После месячного испытательного срока, когда стало ясно, что мы сработаемся, прошла дополнительное обучение копирайтингу, хотя за плечами было 10 лет работы журналистом и пара высших образований. Постепенно мне стали доверять всё больший объём работы, и через полгода доход увеличился в пять раз.

Теперь моя зарплата сравнялась с доходом выпускающего редактора местного издательского дома, только вот на рабочем месте я провожу в разы меньше времени. Не говоря уже о том, что не приходится тратить несколько часов на дорогу, а в реалиях современных мегаполисов это существенно. Вместо того чтобы трястись в метро или электричке, я как прекарий могу в это время погулять с сыном в парке или сварить супчик.

Как я позавидовала коллегам‑фрилансерам

Многие фрилансеры — программисты, переводчики, дизайнеры, копирайтеры и другие специалисты — работают в таком режиме уже больше 10 лет и вовсе не собираются возвращаться обратно на постоянку, ведь их свободная занятость дарит им возможность профессионального роста, финансовые перспективы и дополнительное свободное время.

Очень часто фрилансер зарабатывает куда больше, чем официально нанятый работник, который трудится от звонка до звонка, и дело тут даже не в профессиональных качествах, а в географии. Работодатель из Вятки просто не в силах платить столько же, сколько владелец компании в Москве. В итоге последнему выгодно нанять фрилансера из Вятки, потому что он может платить ему вдвое меньше, чем жителю столицы. Удалённый сотрудник тоже будет доволен, зарабатывая втрое больше, чем его коллеги в родном городе.

А уж если фрилансер из Вятки напряжётся, в совершенстве овладеет английским и будет выполнять заказы для зарубежных заказчиков, то в скором времени он станет получать на порядок больше, чем раньше.

Скажу честно, мне до таких высот пока далековато. Но то, что работать со столичными заказчиками куда выгоднее, я усвоила твёрдо.

Что в итоге

Плюсы прекарной работы:

• Ты получаешь больше, а трудишься меньше.
• Свободный график и возможность подстроить его под личные нужды.
• Ты вынужден развиваться.
• Если заказчик тебе не нравится, можно отказаться с ним работать.
• Ты не связан географией и можешь работать хоть с канадскими клиентами, хоть с Голливудом, сидя в деревне у бабушки.

Минусы прекарной работы:

• Нет трудовых гарантий.
• Нет стабильности.
• Надо иметь не только основные профессиональные навыки, но и много дополнительных.
• Нет общества коллег.
• Близкие считают, что раз ты сидишь дома, то должен параллельно выполнить кучу дел по хозяйству.

На самом деле прекариат — это про развитие. Новый виток эволюции всегда происходит не от хорошей жизни, он означает, что наступило время перелома. И только от нас зависит, выживем мы или станем пережитком прошлого, как динозавры. Но также кризис — это ещё и дополнительные возможности. И именно прекарии — те люди, которые оказались на острие прогресса. Страшновато, зато есть все шансы выиграть социальный джекпот.

*Деятельность Meta Platforms Inc. и принадлежащих ей социальных сетей Facebook и Instagram запрещена на территории РФ.