Надя Пигарева и Настя Бобкова больше пяти лет помогают псам и их хозяевам понимать друг друга в школе коррекции поведения и прикладной дрессировки Pi‑Bo. Специалисты рассказали Лайфхакеру, как решать психические проблемы собак, почему не стоит переносить на четвероногих свойства человеческого мышления и как читатели приняли их книгу «Гладь, люби, хвали».

«Работа с собаками — это наполовину, а то и больше работа с людьми»

— Когда вы поняли, что хотите работать с собаками?

Надя: Собак я любила с детства, у нас в семье была такса Тимка. Совершенно удивительный пёс. Однажды мы познакомили его с нашей бабушкой — заядлой кошатницей. Увидев Тимку, она недовольно сказала, что кот в большом доме был бы значительно полезнее пса: «Хоть мышей бы ловил, от них уже спасу нет». Пёс посмотрел на неё скептически и умчался на кухню. Оттуда вскоре послышался звон падающих кастрюль. Мы даже не успели понять, что произошло, а такса прибежала обратно и гордо положила к бабушкиным ногам пойманного грызуна. С тех пор я окончательно влюбилась в породу и в собак вообще.

Уже во взрослой жизни я купила щенка по объявлению (точно такую же, как мне тогда казалось, таксу). А что такое щенок с рук? Это непредсказуемая психика и часто букет поведенческих проблем. И мне «повезло»: пёс оказался тревожным и агрессивным. Он бросался на кобелей, мог и меня под горячую руку укусить, был очень возбудимым и неспокойным товарищем. Я совершенно не понимала, что с ним делать, потому что знаний о проблемных псах у меня не было никаких. Но я так просто не сдаюсь. Пошла на дрессировочную площадку, чтобы хоть что‑то понять о процессе воспитания и обучения собак. Несколько месяцев занималась тем, что исправляла проблемы своей таксы. Ну и втянулась.

Оказалось, что даже с моим псом можно прекрасно жить, если знать, на какие кнопочки нажимать. Сейчас это адекватная, предсказуемая, счастливая собака, с которой мне комфортно.

Когда знаешь, где проблема, можешь пресечь её на подлёте и не допустить рецидива. И мне всё это так понравилось, что я подумала: а почему бы не заняться воспитанием собак профессионально? Тогда я работала официанткой в Петербурге, и подобное развитие карьеры было, конечно, неожиданным поворотом, но в то же время заманчивой перспективой. Тогда профессия специалиста по коррекции поведения животных только зарождалась. Казалось, что можно стать в этом деле первой и лучшей. Ну и с псами работать крайне интересно.

Настя: Я всегда знала, что буду работать с собаками. Сначала вот пса домой с улицы притащила. Мы тогда жили с родителями и братом в двадцатиметровой комнате общежития. Я проводила с этой собакой кучу времени, она даже ходила со мной на занятия в музыкальную школу. На фотографиях с выпускного экзамена все дети как дети, а я не только со скрипочкой, но и с чёрной псиной рядом.

Во времена моей юности, в конце 90‑х, правда, ещё не было такого понятия, как специалист по коррекции поведения собак. Были кинологи‑служебники, дрессировщики на площадках, но мне хотелось работать именно со сложными псами, выяснять причины их проблем и по мере сил как‑то исправлять. Так что в детстве я, можно сказать, сама придумала профессию, а потом шла к ней, сколько себя помню.

Когда окончила школу, решила поступать куда‑то, где изучают животных. Уехала из Северодвинска в Москву, стала студенткой Тимирязевской академии. Горы литературы о собаках, все доступные лекции и семинары, собственный пёс (снова в комнатушке общаги, но уже студенческой) убеждали, что всё должно получиться.

— Какими знаниями нужно обладать в этой работе?

Надя: Пригодятся знания из области биологии и психологии животных. Придётся много читать, причём лучше на английском, знакомиться с исследованиями, постоянно отслеживать свежие научные открытия. Но одной теории мало, потому что большинство вещей можно понять только на практике, взаимодействуя с живыми собаками.

Но работа с псами — это наполовину, а то и больше работа с людьми.

Во‑первых, потому, что обучает собаку всё равно хозяин, а не специалист. Профессионал лишь даёт инструменты, его задача — объяснить владельцу, в чём проблема и что делать, чтобы она исчезла. Во‑вторых, потому, что пёсьи проблемы напрямую связаны с их опытом взаимодействия с людьми.

Pi-Bo
Надя с довольным учеником / Фото предоставлено школой Pi‑Bo

Речь не о том, что люди виноваты в этих проблемах, а о том, что по незнанию человек может неправильно контактировать со своим псом. Поэтому атмосферу в семье, которая попросила помощи с собакой, нужно чувствовать. Тут без тонкого понимания людей вряд ли обойдёшься. Подобное чутьё у меня было всегда, и много лет я его развивала, работая с хозяевами проблемных животных.

Настя: Сложных собак много, а специалистов нет. Люди так и живут с трудными псами, думая, что помочь ничем нельзя.

После «Тимирязевки» я на всякий случай выучилась ещё и на человеческого психолога. Психические процессы у псов и детей схожи. Малыши примерно до трёх лет живут эмоциями, как и собаки. У тех и других плохо развито абстрактное мышление, поэтому они не могут по‑взрослому отвечать за свои поступки или рефлексировать.

— Что подтолкнуло вас открыть школу коррекции поведения Pi‑Bo?

Надя: В начале карьеры мы работали в подмастерьях у одной петербургской тренерки. Брали клиентов, с которыми она не успевала или не хотела работать. Когда стало ясно, что решать собачьи проблемы и объяснять людям принципы дрессировки у нас получается хорошо, поняли, что нужно переходить из подмастерьев в статус самостоятельных специалистов. И мы с Настей договорились работать вместе. Разорвали отношения с тренеркой, начали собственную карьеру и придумали бренд Pi‑Bo.

«Мы рассказываем и показываем, как вести себя с собакой, чтобы проблема исчезла»

— Расскажите о вашей школе. Как вы помогаете?

Надя: Это школа коррекции поведения и прикладной дрессировки. У нас, как видно из определения, два основных направления работы. Мы выезжаем к клиентам домой с консультациями и проводим занятия в зале для тех, кто хочет обучить свою собаку «манерам». Ещё проводим семинары и мастер‑классы для тех, кто просто желает больше узнать о пёсьем внутреннем мире. По этим направлениям мы работаем вдвоём. Ещё у нас есть партнёры, которые под нашим брендом занимаются дрессировкой собак, разделяя нашу идеологию.

Настя: Владельцам животных мы рассказываем и, главное, показываем, как вести себя с питомцем, чтобы сложность, с которой они к нам обратились, исчезла. Если мы выезжаем на консультацию, то начинаем с того, чтобы выяснить, в чём проблема, по мнению хозяина.

Если собака писает дома, то это всего лишь симптом. Наша работа — разобраться, что здесь придётся «лечить».

Для начала мы исключим медицинские причины, отправив клиента к ветеринару. А затем будем разбирать поведенческие проблемы. Например, у пса могут быть нездоровые отношения с кем‑то из членов семьи или тревога разлуки. Потом мы разрабатываем план коррекции, объясняем его владельцам и поддерживаем их онлайн до тех пор, пока всё не наладится.

Pi-Bo
Настя на мастер‑классе / Фото: Татьяна Ермилова

Если речь о групповых курсах, то это занятия раз в неделю, на которых пёс не только учит команды, но и привыкает выполнять их при других животных. Хозяину мы объясняем, как общаться с питомцем, чтобы тот его понимал, и почему это важно.

Надя: Сами себя мы именуем специалистами по коррекции поведения собак. Нас тоже можно назвать дрессировщиками, но наша программа обучения сильно отличается от классического ОКД (общего курса дрессировки). Мы развиваем полезные навыки, которые сделают пса удобным и управляемым городским животным, а не стремимся к красоте исполнения не особо нужных в быту команд, таких как «апорт» или «барьер».

Нам важно, чтобы в результате занятий у собаки и хозяина складывались отношения, в которых они довольны друг другом, понятны друг другу и приятно проводят вместе время хоть на прогулке, хоть на диване, хоть в отпуске.

На ОКД же часто уделяют больше внимания красоте исполнения команд и нормативам. Например, на экзамене по ОКД пёс должен сделать комплекс «сидеть‑лежать‑стоять», не сдвигая передних лап с одной точки. У нас же команда «сидеть» может вообще выполняться в положении лёжа. Мы добиваемся лишь того, чтобы собака зафиксировалась на месте и не сходила с него, пока хозяин не разрешит. То же самое с командой «стоять». Мы учим вовсе не красиво вставать, а останавливаться перед дорогой или лужей.

Настя: Кинолога обычно представляют профессионалом, который работает со служебными собаками. У этой работы есть свои нюансы. Например, специалисты могут отказаться работать со взрослыми псами или с животными с неустойчивой психикой: из таких не получатся идеальные поводыри или пограничники.

Нам же ничто не мешает сделать из любой собаки отличного компаньона. Наша цель — учить хозяев работать с пёсьими проблемами и показывать, как добиваться послушания в любых условиях. И ориентируемся мы не на спортивные и служебные нормативы, а на удобство владельца и безопасность собаки. Удобно, например, хозяйке, чтобы её шерстяной сынок ходил по команде «рядом» не справа, а слева, пусть идёт так.

Pi-Bo
Фото предоставлено школой Pi‑Bo

— С какими проблемами приходят хозяева и их собаки в ваш центр?

Настя: Одна из частых проблем — это так называемая сепарационная тревога. Собака не может оставаться дома одна, воет или жрёт в квартире всё, до чего дотянется. Некоторые считают, что если пёс так себя ведёт, то ему скучно и нужно придумать какие‑то развлечения. На самом деле в норме собака, являясь хищником, большую часть суток спит. А если буянит, значит, ей тревожно и надо эту тревогу как‑то снимать. Например, делать среду пребывания пса более понятной и предсказуемой.

Собаку нельзя предупредить словами, что, например, мама с папой сейчас уйдут на работу, но вечером обязательно вернутся и не бросят его одного в квартире умирать. Поэтому нужно стать предсказуемыми хозяевами: каждое утро уходить после череды ритуалов.

Скажем, встали, выпили кофе, вывели пса пописать, накормили, сказали кодовую фразу: «Ты дома» — и ушли. Вечернее возвращение тоже хорошо бы сделать шаблонным: открыли дверь, скомандовали собаке, чтобы ждала, пока хозяин сменит джинсы на домашний халат, а потом — приветствия и обнимашки. Чем больше ритуалов в жизни животного, тем меньше оно тревожится. А значит, ему уже не хочется выть и грызть диван дома в одиночестве.

Надя: Ещё одна беда, с которой мы работаем часто, — нечистоплотность. Не нужно, конечно, думать, что большинство собак мочится по углам. Просто это та проблема, с которой сложнее всего справиться без помощи специалиста. Хозяева по незнанию ещё и усугубляют ситуацию, ругая пса за лужи и кучи в неположенных местах. Делать этого нельзя, потому что нечистоплотность — это не вина собаки. У проблемы может быть множество причин — от проблем со здоровьем до повышенной тревожности.

Ну и агрессия страха (обусловленное страхом агрессивное поведение собаки. — Прим. ред.) тоже частый повод обратиться к нам. Хозяева порой не подозревают, что пёс боится, им кажется, что он просто злой. А жить со «злой» собакой гораздо неприятнее, чем с просто невоспитанной. Она либо владельцев может покалечить, либо нарваться на собачью драку. Поэтому повод обратиться к специалистам тут железный.

Pi-Bo
Фото предоставлено школой Pi‑Bo

«Типичная ошибка – проецировать на собак своё видение мира»

— Часто ли хозяева сами виноваты в проблемах питомцев?

Настя: Мы не любим искать виноватых, когда вызываемся решать пёсьи проблемы. Никто из вменяемых хозяев не создаёт трудности во взаимоотношениях с псом специально. Большинство людей заводят собаку для любви и стараются заботиться о ней.

Причиной проблем может быть недостаток информации у владельца или особенности характера животного, а чаще всё это в комплексе.

Например, многие не знают, что нельзя ругать собаку за хулиганства, с момента совершения которых прошло время, даже если это 30 секунд.

Когда хозяева практикуют наказания постфактум, пёс может стать более нервным и потерять контакт с владельцем. Если животное изначально склонно к повышенной тревожности, всё это часто приводит к страху разлуки или к нечистоплотности.

Надя: Хозяин пса может быть в плену мифов и стереотипов, которых, к сожалению, всё ещё много в интернете под соусом советов от профессионалов. Один известный дрессировщик диких животных, например, рекомендовал тыкать щенка носом в его лужи, чтобы было неповадно. А это самый вредный совет, который можно дать в такой ситуации. Другой не менее известный кинолог настаивает на том, что собак нужно отучать от доминантного поведения, желательно силовыми методами. Но псы над людьми не доминируют, а немотивированная агрессия со стороны хозяина способна сделать из них невротиков.

А некоторым достаются тревожные или гиперактивные собаки, животные с тёмным приютским прошлым. Со всем этим сложно жить, если нет специальных знаний.

Pi-Bo
Фото: Татьяна Ермилова

Стать причиной поведенческих сложностей могут и проблемы с физическим здоровьем, которые нелегко заметить невооружённым глазом. Собака же не скажет вам, что у неё болит голова. Зато может стать от этого более возбудимой, проявлять агрессию или просто вести себя странно.

— Какие мифы о собачьем поведении или мышлении вам приходится чаще всего развенчивать?

Надя: Стереотип, что пса нельзя баловать, а то начнёт доминировать, пожалуй, остаётся самым любимым. Концепция пёсьей доминантности породила множество сложностей в отношениях между собакой и человеком. Если в эту теорию верить, можно совершить кучу ошибок в воспитании, за которыми будут тянуться новые и новые проблемы.

Например, поклонники концепции доминантности любят ставить собаку на место ещё до того, как она начала хулиганить. Прогоняют её с кровати пинками и криками, лупят за попытки рычать на хозяина или постоянно отнимают еду с целью проверить, воспринимает ли пёс отца семьи как вожака стаи. Всё это жутко нелогичные, с точки зрения собаки, проявления агрессии. В результате она перестанет доверять хозяину, начнёт его бояться. И, как следствие, — кусаться сильнее и чаще, за что её ещё сильнее будут наказывать. А дальше судьба животного под вопросом: либо приют, усыпление или улица, либо (это в лучшем случае) жизнь на пороховой бочке.

Настя: На самом деле собаки — инфантильные животные, над человеком они не доминируют. Хозяин для пса — это авторитетный родитель.

Даже если питомец не слушается или проявляет агрессию, это не потому, что он вдруг решил стать альфой в стае вместо хозяйки. Просто его не научили, как слушаться и что делать, чтобы не приходилось кусаться.

Надя: Ещё один распространённый миф касается собачьей обидчивости, мстительности и чувства вины. Предполагая наличие у пса этих качеств, хозяева могут ругать его за нечистоплотность, хулиганства, которые тот совершил, пока никого не было дома, или за то, что «позорит мать на прогулке».

Настя: Но собаки не мстят и не обижаются. Для этого у них слишком слабо развито абстрактное мышление. За обиду люди часто принимают пёсьи сигналы примирения. Вот владелец грубо выгоняет питомца из кухни за попрошайничество. Собака видит хозяйскую агрессию и пытается слиться с местностью, чтобы не огрести дополнительно. Отворачивается, грустно ложится на месте и не отсвечивает. Очень похоже на обиду, но это не она, это пережидание бури. Мстительно мочиться на хозяйскую подушку пёс тоже не будет. А если и сделает так, то либо у него со здоровьем нелады, либо развились психологические проблемы, в которых собака не виновата.

Pi-Bo
Фото: Татьяна Ермилова

— Какие ошибки чаще всего допускают хозяева, воспитывая собаку?

Настя: Даже мы допустили кучу ошибок со своими первыми псами. Я, например, ругала своего Петра за лужи в неположенных местах, что вообще‑то жёсткое табу. И Надя, наверное, может похвастаться многими косяками в воспитании таксы Покера, который на первых порах жрал ей руки и бросался на кобелей.

Надя: Да, я допустила одну из распространённых ошибок всех начинающих собаковладельцев — ругала Покера за агрессию страха по отношению к хозяину, то есть ко мне. А за это журить нельзя никогда, потому что такой способ решения проблемы только всё усугубляет: пёс боится, поэтому рычит или кусается, владелец ругает его за это, животное боится ещё больше и кусается ещё «злее». И так до бесконечности.

Настя: Собака не человек. Казалось бы, это всем известно, но основные ошибки воспитания возникают из‑за того, что на псов возлагают больше ответственности, чем они способны вынести. Например, родители могут упрекнуть своего сына‑подростка за то, что он вчера поздно домой с улицы вернулся. По тому же принципу они общаются с собаками: ругают, например, за горшок, который собака разбила, пока хозяев не было дома. Но это не работает.

«С помощью книги мы хотели донести мысль, что с любой собакой можно договориться»

— Что вас натолкнуло написать книгу «Гладь, люби, хвали»?

Надя: Мы просто устали встречать бредовые утверждения в интернете и уже имеющихся книгах о том, что за лужи в неположенных местах надо наказывать, а спать с питомцем в одной кровати — преступление. Почему‑то именно пёсья тема до сих пор остаётся терра инкогнита, где кишат мифы, антинаучные теории и элементарный недостаток информации о том, как жить со своей собакой комфортно и безопасно.

Настя: Псов совсем недавно начали воспринимать как компаньонов. А в России так вообще всегда процветало лишь служебное собаководство. Потому и специалисты привыкли взаимодействовать только со служебными животными, с которыми любая проблема решается элементарной выбраковкой: пса с неподходящей психикой на работу не берут. Так, гипервозбудимую собаку никогда не станут обучать как поводыря. Трусливую от природы не возьмут в охотники, потому что охотничьему псу нужно спокойно реагировать, например, на выстрелы.

К нам часто приходят клиенты, которым другие специалисты сказали, что поведение их собаки исправить нельзя. С помощью нашей книги мы стремились донести мысль, что можно договориться с любым псом и сделать его жизнь и жизнь хозяев приятной и радостной.

Надя: А ещё мы хотим, чтобы у нас и других специалистов по собакам стало больше клиентов. Это вопрос не наживы, а распространения мысли о том, что даже в самой сложной ситуации есть люди, которые способны помочь. Так же, как государство ратует за распространение официальной медицины в противовес самолечению. Людей «загоняют» в поликлиники, чтобы как можно раньше выявить и побороть возможные болезни. Мы тоже за это: владельцам собак хочется показать, что способы решения их проблем есть. В книге мы рассказываем об этих способах так, чтобы нам поверили, попробовали сами, увидели эффект и пришли к нам, если вдруг самостоятельно не до конца получается.

Pi-Bo
Фото: Татьяна Ермилова

Настя: Собачьих проблем много, а грамотных специалистов всё ещё мало. В книге же достаточно рецептов, как справиться с недочётами воспитания без привлечения профессионалов. Те, кто её прочтут, возможно, откажутся от помощи экспертов, потому что поймут, как разрулить всё самостоятельно. И у них это, скорее всего, отлично получится. Так что нам останутся только те собаки и их люди, которым действительно нужен серьёзный план коррекции и поддержка.

— Как книгу приняли читатели?

Настя: Так, будто давно ждали чего‑то подобного. По итогам 2019 года она заняла Топ 2019: самые читаемые книги 41‑е место в сотне самых читаемых книг издательства «Эксмо». Сейчас напечатано более 12 тысяч копий «Гладь, люби, хвали», и, кажется, это ещё не конец. Рефреном в отзывах звучит мысль: «Почему такой книги не было, когда я только завела себе пса?»

Надя: На самом деле мы на это и рассчитывали, когда её создавали. Какой смысл переписывать уже имеющиеся справочники по дрессировке или путеводители по породам? Читателям нужна была книга про то, как построить комфортное взаимодействие собаки и человека в типичных условиях.

— За что критикуют и хвалят «Гладь, люби, хвали»?

Настя: Мы пока не встретили сколько‑нибудь конструктивной критики на книгу. Обычным читателям она полюбилась, они на практике пробуют советы, которые мы даём, и видят результат. Те, кто знакомятся с «Гладь, люби, хвали», не имея в доме собаки, говорят, что книга понравилась им благодаря юмору или интересным примерам из пёсьей жизни. Читатели с кинологическим бэкграундом отмалчиваются, возможно, считая нас конкурентами и не желая делать нам дополнительную рекламу.

Правда, встречаются отзывы, где люди ругаются на феминитивы, которые мы использовали, или на «не академичную» подачу материала. Скажем, не понравилось им слово «псина», которое мы, кстати, очень любим. Но всё это вкусовщина. Нельзя сделать продукт, который полюбят все без исключения.

— Какие общие рекомендации вы дадите тем, кто недавно завёл собаку и хочет жить с ней душа в душу?

Настя: Собаку надо любить. К счастью, пёс — это такой удобный для жизни с человеком организм, который прощает многие ошибки, если его любят. Но лучше, конечно, заранее задуматься о воспитании. На это придётся тратить время и энергию, какая бы умная собака вам ни досталась.

Надя: Я советую иметь под рукой проверенные источники информации. Не случайно нагугленные статьи, а советы специалистов, работа которых прозрачна по отзывам, количеству решённых собачьих проблем, личному опыту знакомых, пользующихся вашим доверием. Если называть конкретные источники, то я бы упомянула сайт основательницы Школы Прикладной этологии Софьи Баскиной. Это известный израильский этолог с диссертацией по взаимодействию человека с домашними животными. Ещё один важный учёный в области кинологии — норвежская дрессировщица Тюрид Ругос. В своей книге она впервые описала собачьи сигналы примирения, что коренным образом изменило наши представления о взаимодействии псов и людей.

— Есть такая народная мудрость: хочешь развить в себе ответственность, заведи собаку. Кому или при каких обстоятельствах точно нельзя заводить собаку?

Надя: Я бы поспорила с этой мудростью. Заводить собаку как тренажёр для развития ответственности — это так себе затея. На живых существах лучше не тренироваться. Поэтому сначала ответственность, потом пёс.

Настя: Собаку можно всем, способным полюбить живое существо и взять на себя заботу о нём. Если же хочется завести животное, чтобы реализовать жажду власти, удовлетворить амбиции или ещё что‑то подобное, то лучше не надо.

Что читать и смотреть, чтобы лучше понимать свою собаку

Книги

Видео