«Территория» — российский ужастик про ведьм и леших, который не стыдно смотреть

12 октября на канале ТНТ и стриминговом сервисе Premier стартует новый сериал от режиссёра третьей части «Мажора» Игоря Твердохлебова и продюсеров нашумевшего ностальгического проекта «Мир! Дружба! Жвачка!».

Жанр «Территории» заявляют как сочетание фольклорного хоррора, основанного на поверьях жителей Пермского края, роуд‑муви и семейной драмы. И если с последними двумя жанрами в России уже научились справляться, то заявка на ужасы сразу вызывает беспокойство. Почти все отечественные фильмы и сериалы, которые пытаются напугать зрителя байками про Бабу‑Ягу, леших или ведьм, выглядят в лучшем случае смешно, а чаще — просто стыдно.

Но, если судить по первым двум эпизодам, у «Территории» есть шанс хотя бы частично исправить сложившийся стереотип. Хотя желание рассказать слишком многое может всё испортить.

Спешащий сюжет

Родители 19‑летнего Егора Чудинова (Глеб Калюжный) пропали во время этнографической экспедиции по Пермскому краю. Юноша вместе со своим дядей Николаем (Андрей Мерзликин) отправляется на поиски. Около города Кудымкар они встречают студенток Таню (Ксения Отинова) и Надю (Анастасия Чистякова), которые изучают местный фольклор. Объединившись, герои продолжают исследовать жуткие места, всё больше погружаясь в мир мистических поверий и потусторонних существ.

Основной и пока что единственный недостаток сериала — авторы слишком быстро закидывают персонажей в гущу событий, толком не давая зрителям с ними познакомиться. Как ни странно, поначалу лучше всех прописан не сам Егор, а Николай. Он работает патологоанатомом, отсюда цинизм и резкость, но при этом герой заботлив и очень много знает.

Хотя Егора, скорее всего, осознанно делают загадочным. С его прошлым, странным шрамом и пропажей родителей наверняка будут связаны основные повороты сюжета. Вот только семейная драма, о которой явно хотят рассказать создатели «Территории», может сильно помешать мрачной атмосфере. Мало кому удаётся выдержать необходимый баланс двух жанров.

А вот Таня и Надя поначалу выглядят просто дополнительными персонажами, у которых две основные задачи. Во‑первых, они объясняют мистические события. Не зря героинь сделали филологами, изучающими фольклор, — самый простой способ наделить их знаниями. А во‑вторых, они будут попадать в неприятности, чтобы Николай с Егором их спасали. «Девушка в беде» — очень популярное клише в кино.

Но если с основными действующими лицами можно знакомиться по ходу развития сюжета, то различные мистические существа и необычные места сменяют друг друга очень уж быстро. Как мы уже сказали, авторы заявляют жанр «Территории» и как роуд‑муви. После первой серии персонажи перебираются в новое место. Хотя про предыдущую локацию почти ничего не рассказали.

Если герои продолжат так же переезжать в каждом следующем эпизоде, есть опасность, что потеряется вся атмосфера. Чтобы зритель поверил в мистические миры ужастика, лучше подробно раскрывать их, а не удивлять количеством локаций. Из‑за подобной ошибки многим не понравились финальные эпизоды другого хита ТНТ и Premier — «Игры на выживание». Из‑за частой смены настроения и местности к концу казалось, что у создателей просто закончились идеи.

Но есть вероятность, что дальнейший сюжет «Территории» пойдёт по другому пути, и сериал окажется очень неплохим.

Несмешные поверья

Зачастую, снимая фольклорные фильмы ужасов, российские режиссёры берут какого‑то знакомого персонажа, чтобы сразу привлечь внимание. Но беда в том, что ни Баба‑Яга, ни злобные русалки всерьёз уже не пугают зрителя. Тем более что весь кошмар в таких фильмах пытаются подать через плохие спецэффекты.

Создатели «Территории» поступили интереснее. Они взяли реальные мифы коренных жителей Коми‑Пермяцкого округа. Те, кто интересуется фольклором, слышали о народе чудь белоглазая, якобы обладавшем колдовскими знаниями и ушедшем под землю, кто‑то читал о мелких бесах икотках. Но широкой публике эти байки не слишком известны, а потому не надоели.

Закинув своих героев в глушь, создатели «Территории» знакомят и их, и зрителей со страшными поверьями. Иногда хоррор в сериале выглядит слишком уж гротескным: например, если появляется колдунья, то это либо отшельница в лохмотьях, либо страшная бабка. Но подобным грешит весь современный жанр, за исключением таких мастеров, как Ари Астер и Роджер Эггерс.

В остальном же баланс леших и прочих мистических существ и реалистичных жутких сцен выдержан неплохо. В паре сцен сериал действительно пугает, а это уже успех для подобного проекта.

Ретроатмосфера деревни

В рекламе делают отдельный акцент на участии продюсеров главного ностальгического хита «Мир! Дружба! Жвачка!». И несмотря на то, что в «Территории» действие разворачивается в наши дни, сериалу тоже удаётся окунуть зрителя в атмосферу прошлого. Всё дело в том, что герои попадают в глухие деревни, где время словно остановилось.

Контраст очень яркий: у Егора современный смартфон и Bluetooth‑наушники, а водитель автобуса ставит музыку на старом кассетном магнитофоне. Даже участковый выходит на связь через древний стационарный телефон, а в домах стоят пузатые ламповые телевизоры.

И сериал совершенно невозможно обвинить в преувеличенности. В российской глубинке и правда остались подобные поселения, где пожилые люди круглый год носят старые тулупы, все друг другу родня, а единственный автобус ходит не чаще раза в день.

В подобный антураж легко вписать страшные сцены, которые точно напугают типичных городских жителей — основную целевую аудиторию сериала.

«Территория» — очередное подтверждение, что российские производители сериалов наконец‑то нашли верное направление развития индустрии. Он не копирует западную стилистику и ссылается на отечественный фольклор. Неплохие съёмки и антураж глубинки только дополняют ощущения. Важно лишь, чтобы авторы не спешили, не смешивали жанры и позволили зрителю погрузиться в атмосферу ужаса.