10 правил от Милтона Глейзера (Часть 2)

Милтон Глейзер — графический дизайнер, известный прежде всего своими логотипами ♥ NY и Brooklyn Brewery. Также он является одним из основателей журнала New York Magazine.

Первые пять правил можно прочитать в посте «10 правил от Милтона Глейзера (Часть 1)»

Нельзя доверяться стилю

Думаю, это идея впервые пришла ко мне в голову, когда я рассматривал изумительную серию литографий «Бык» работы Пикассо. Они служили иллюстрациями к книге Бальзака «Неведомый шедевр». Бык изображен в 11 различных стилях, начиная от очень натуралистичного и заканчивая абстракцией, состоящей практически из одной линии. Что можно сказать, глядя на эту серию? Стиль не имеет значения. В этих литографиях не прослеживается единый стиль, они независимы друг от друга.

Постоянно возникает мода на другой стиль. Это зависит и от экономических факторов, и от того, что людям просто надоедает видеть одно и то же. Потому примерно раз в 10 лет или около того происходят стилистические сдвиги и вещи начинают выглядеть по-другому. Очертания и визуальные приёмы выходят из моды, а потом снова становятся популярными. И если вы уже долгое время занимаетесь дизайном, то встаёте в тупик: как же поступить? Т.е., я имею в виду, что вот вы разработали, наконец, свой стиль, свою форму. Это то, чем вы отличаетесь от коллег, и то, что помогло вам занять свою собственную нишу в профессиональной области. И теперь вам нужно, словно эквилибристу, научиться балансировать между тем, что сейчас в моде и вашим собственным стилем. И вопрос о том, стоит ли вам гнаться за модой или продолжать работать в своём стиле, становится по-настоящему сложным. Известны весьма печальные истории окончания такой борьбы. Так, например, Кассандр — величайший графический дизайнер 20го столетия, покончил жизнь самоубийством, так как не мог заработать себе на пропитание.

Всё дело в том, что любой, кто встал на путь дизайна и хочет посвятить этому жизнь, должен решить, как он будет реагировать на изменения в духе времени. Чего в данный момент хотят люди, что раньше им было не нужно? И как удовлетворить это желание, не изменив при этом себе.

Ваш мозг изменяется в зависимости от любой мелочи, которую вы переживаете

Мозг — самый чуткий орган нашего тела. Это орган, который куда более, чем остальные в организме, подвержен изменениям и регенерации. У меня есть друг Джеральд Эдельман, который был великим учёным в сфере исследования мозга, и он говорит, что по сравнению с человеческим мозгом, компьютер вызывает искреннюю жалость. Наш мозг больше похож на заросший сад, который постоянно разрастается и, сбросив семена, снова даёт ростки.

Так вот, Джеральд считает, что наш мозг очень восприимчив, и мы даже не можем в полной мере представить, насколько: практически каждый опыт, каждая встреча оставляют в нём свой отпечаток. Я был очарован историей в газете о поиске людей с абсолютным слухом. Группа учёных решила выяснить, почему некоторые люди имеют абсолютный слух, и могут точь-в-точь повторить только что услышанную ноту. Такие люди редко встречаются даже среди профессиональных музыкантов. И учёные обнаружили (не знаю, как), что у людей с абсолютным слухом другой мозг! Некоторые его доли претерпели изменения и деформацию. Этот факт интересен сам по себе, но есть и ещё более интересное исследование: группу детей обучали играть на скрипке, начиная с возраста 4–5 лет. Через пару лет, у некоторых из них развился абсолютный слух, и во всех этих случаях структура их мозга изменилась. К чему этот рассказ? Да к тому, что очевидно, что разум влияет на тело, а тело на разум, хотя мы не склонны считать, что абсолютно всё, что мы делаем, как-то отражается на мозге. Я убежден, что если кто-то крикнет мне что-то с другой стороны улицы, то и это событие затронет мой мозг и может изменить мою жизнь. Вот почему мама говорила: «Не болтай с хулиганами».

Я также считаю, что и рисунок работает таким же образом. Я большой сторонник того, что надо заниматься рисованием, и не для того, чтобы стать иллюстраторами, а потому что рисование меняет мозг, так же, как и занятия музыкой. Рисование делает нас внимательней, оно заставляет тщательнее присмотреться к тому, что вокруг, что не так уж легко.

Сомнение лучше определённости

Помню, однажды преподаватель в классе йоге сказал, что если ты считаешь, что достиг просветления, это значит, что ты просто достиг своей границы. Думаю, это применимо не только к занятиям йогой. Глубокие убеждения мешают нам открыться для нового опыта. Именно поэтому я считаю непоколебимые идеологические убеждения весьма сомнительными. Меня даже нервирует, когда кто-то верит во что-то слишком сильно. Я думаю, надо быть скептичным в отношении глубоких убеждений. Но, безусловно, нужно различать скептицизм и цинизм, поскольку цинизм так же ограничивает нас в открытиях, как и бесконечная уверенность.

А ведь найти решение проблемы — куда важнее, чем сохранить свою уверенность в чём-то. Но среди дизайнеров и вообще людей искусства очень распространена уверенность в собственной праведности. Возможно, зачатки этого появляются в художественной школе, где обучения начинается с донесения идеи Айн Рэнд о том, что одна личность должна сопротивляться идеям окружающей культуры. Художественные школы поощряют идеи бескомпромиссности и защиты правильности своих работ любой ценой. Окей, но в работе вам обычно приходится идти на компромисс. Слепая погоня за своей целью, которая исключает саму возможность правоты других людей, не учитывает того факта, что в дизайне мы обычно имеем дело с триадой: клиент, аудитория и, собственно, дизайнер. Хорошо бы, все приходили к победе только ценой компромисса. Но часто самодовольство становится врагом в этом. Самодовольство и самолюбование — это что-то вроде детской травмы, которую нежелательно получить. Несколько лет назад я прочитал замечательную фразу Айрис Мёрдок о любви, но она применительна к любым человеческим взаимоотношениям:

Любовь ― это крайне сложное осознание того, что кто-то кроме нас реален.

Ну разве же это не фантастика?! Лучше определение любви. 

О старении

На прошлый день рождения мне подарили очаровательную книжку Роджера Розенблатта «Стареем элегантно». Я как-то не оценил тогда названия книги, но в ней на самом деле есть отличные правила, которые помогут элегантно перейти в почтенный возраст. Первое правило — самое лучшее. Оно гласит — ничего не имеет значения. 

Не имеет значения, что вы думаете. Следуйте этому правилу, и это добавит десяток лет к вашей жизни. Не имеет значения, опоздали вы или пришли раньше, здесь вы или там, сказали вы что-то или нет, умный вы или глупый. Плохая у вас сегодня причёска или вообще нет причёски, посмотрел ли на вас косо босс, посмотрел ли косо друг или подруга или вы сам косоглазый. Получите ли вы приз, поощрение, дом… Всё это не имеет значения.

Вот такая мудрость.

Об этике

Начну с анекдота. Как-то утром мясник как обычно открыл свою лавку, и тут к нему забегает кролик. Мясник был и так немало удивлён, но удивился ещё больше, когда кролик спросил: «Есть капуста?» Мясник отвечает: «Это мясная лавка, здесь не бывает капусты.» На следующий день, первое, что увидел мясник, когда открыл лавку — круглая голова кролика. «А есть капуста?» — спросил он. Мясник обозлился: «Слушай, ты, мелкий грызун, нет тут никакой капусты! Придёшь ещё раз, оторву тебе уши!» Кролик не приходил в течение недели, но однажды его мордочка снова появилась в проёме двери: «Эй, мясник, есть гвозди?» — «Нет.» — «А капуста?»

Шутка про кролика пришлась здесь кстати, потому что искать капусту в мясной лавке — это всё равно, что искать этику в дизайне. Не самое очевидное место. Интересно заметить, что существует множество полезной информации о том, как дизайнер должен вести себя по отношению к клиенту, но очень мало информации о том, как вести себя по отношению к обществу. Мы ожидаем, что мясник продаст нам съедобное мясо, что он не будет искажать свой товар. Мы можем, конечно, принять определённые недоговорки, как, например, отсутствие полной ясности о количестве жира в гамбургере, но когда мясник пытается продать нам тухлое мясо, мы идём в другую лавку. Каждый заинтересован в авторских правах в нашей области, потому что это было придумано, чтобы защитить общество, а не дизайнеров или клиентов. «Не навреди» — этот принцип врачи используют по отношению к больным, а не по отношению к своим соученикам или фармацевтическим компаниям. Если у дизайнера есть авторские права, это обязывает его испытывать ответственность перед обществом за свою работу.