9 ужасных вещей, которые ждали бы вас в Средневековье

Статью можно послушать. Если вам так удобнее, включайте подкаст.

1. Отравленный хлеб

Может показаться, что буханка хлебушка — это самая простая и безобидная штука на свете. Но в суровой средневековой Европе даже простой батон мог принести незадачливому едоку мучительную смерть. Или ввергнуть его в пучины безумия.

Грибок под названием спорынья, или Claviceps purpurea, паразитирующий на ржи, в те времена ещё не считали чем‑то опасным. Поэтому заражённое им зерно совершенно спокойно употребляли в пищу. Зерновые культуры, кстати, обеспечивали 70% суточной нормы калорий даже знатным персонам, а уж простолюдины и вовсе мяса месяцами не видали. Приходилось есть ржаной хлеб и кашу, а с ними и спорынью.

Claviceps purpurea содержит ядовитые алкалоиды, наиболее опасный из которых — эрготинин. Он вызывает судороги, спазмы, нарушение кровоснабжения, психозы, галлюцинации и прочие неприятности. Вдобавок регулярное употребление эрготинина приводит к появлению нарывов и гангрене конечностей.

Жжение в руках и ногах становится настолько нестерпимым, что люди дёргаются от боли, словно танцуя.

Часто у бедняков в Средневековье не было тарелок, поэтому готовую пищу раскладывали на больших кусках хлеба, которые потом тоже съедались. Это означает, что заражённой спорыньёй выпечкой заедали вообще любую пищу.

Естественно, связать отравления с испорченной рожью никто не додумывался веками, ведь хлеб — это тело Христово, а болезни — наказание за грехи. Поэтому нужно было совершить паломничество в аббатство Сент‑Антуан‑ан‑Вьеннуа, приложиться к мощам, чтобы всё прошло (нет).

Учёные подсчитали, что в период с 591 по 1789 год в Европе произошло 132 эпидемии эрготизма. В 1128 году в одном только Париже от огня святого Антония погибли 14 000 человек.

Кстати, вот вам интересный факт: именно обычаю использовать хлеб вместо тарелки мы обязаны появлением пиццы.

2. Отсутствие спален

На заметку девушкам, которые мечтают стать средневековой принцессой: в большинстве замков того времени не было спален. Совсем. Нет, конечно, особо благородным господам полагалась всё-таки личная комната, но и там уединения было не дождаться: рядом постоянно находились жена, дети, слуги, челядь и вообще толпа народу.

Представьте ситуацию: вы, лорд, решили со своей леди обеспечить себя наследником. А под кроватью громко храпит ваш лакей‑постельничий.

В Средневековье отсутствовало выделенное пространство для сна: люди ели, спали, играли, работали и отдыхали преимущественно в одном помещении. Отдельные спальни всем жителям замка строить никому и в голову не приходило.

Именно поэтому были так распространены балдахины — чтобы хоть как‑то организовать личное пространство. Ещё один способ решить проблему — устроиться в вот такой кровати‑коробке, которая была особенно популярна во Франции.

И да, если вы посмотрите на средневековое ложе, то заметите, что оно куда меньше размером, чем современное. Думаете, люди тогда были ниже? Нет, средний рост в те времена составлял примерно 170 сантиметров.

Причина в другом: все спали полусидя. Существовало суеверие, что делать это лёжа опасно, поскольку такая поза присуща только мертвецам.

3. Позорные шествия

Людям во все времена нравилась мысль, что лично они лучше остальных. И подчеркнуть это можно было, унизив кого‑нибудь. В средневековой Европе не было соцсетей, поэтому травля происходила во время публичных позорных шествий.

Если вы помните, примерно таким образом в «‎Игре престолов»‎ унижали Серсею Ланнистер — водили без одежды по улице и кричали «‎Позор! Позор!»‎. В реальности, правда, так в основном наказывали не королев, а птиц поменьше. Кроме того, каждое позорное шествие организовывалось с толикой креатива.

Например, пивовара, который изготовлял плохую выпивку, насильно накачивали ею перед тем, как водить по улицам. А воришкам, повязанным на краже свиной колбасы, делали корону из свиных копыт. Так кающийся, вдобавок к оскорблениям и побоям, мог насладиться не самым приятным ароматом.

Виновной надевали на голову девайс под названием «‎сварливая уздечка», или «‎маска позора»,‎ и водили по улицам на верёвке, чтобы пристыдить и унизить. При этом жертва не могла остановиться, так как маска при этом впивалась в язык.

Провинившихся мужчин тоже особо не жаловали: к примеру, пьяницу могли запихнуть в бочку и оставить в таком положении, пока у него не сведёт все суставы от боли.

Шествие иногда заменяли стоянием у позорного столба. Конечно, зеваки не оставались в стороне и освистывали осуждённых. Известны даже случаи, когда последние гибли от действий толпы: в них швыряли камнями или битым стеклом.

4. Странное правосудие

Некоторые полагают, что в Средневековье отрубали головы по любому поводу. Это не так: основную часть наказаний составляли штрафы, принуждения к покаянию, нанесение клейма, но не убийство.

Однако основной проблемой Средневековья было не наказать виновного — с этим уж что‑нибудь придумают — а найти его. Камер на улицах тогда не было, ДНК‑экспертизу ещё не придумали, поэтому приходилось прибегать к другим методам дознания. Например, к суду поединком.

А если произошло убийство, то иногда прибегали даже к круентации. Это когда убитый мог «выступать в суде» против обвиняемого. Применялась эта процедура в Германии, Польше, Богемии и Шотландии. Кроме того, покойник мог быть не только потерпевшим, но и обвиняемым.

А если злодейство свершилось, но криминального элемента никак не могли найти — вешали замаскированную под преступника куклу. Это называлось казнью In effigie, «в изображении». После этого, кстати, настоящего преступника, если его всё-таки обнаруживали, могли и не трогать. Его и так казнили, зачем второй раз утруждаться?

5. Запрет на поцелуи

Между 1346 и 1353 годами пандемия бубонной чумы, она же «чёрная смерть», уничтожила больше 60% населения Европы — изначально там жило где‑то 50 миллионов человек. С напастью пытались бороться по‑разному: например, с помощью крестных ходов и общих молитв, натирания больных чесноком либо мочой и других интересных вещей.

Получалось, как вы понимаете, не очень. Болезнь возвращалась в Европу год за годом.

Но не всегда борьба с чумой была смехотворной и бесполезной. Например, английский король Генрих VI, которому пришлось придумывать способ справиться с очередной эпидемией, догадался объявить карантин. 16 июля 1439 года он издал закон о соблюдении социальной дистанции, в числе прочего запретив целоваться под страхом серьёзного штрафа.

Для Англии в те времена это было дико: поцелуи были главным способом приветствия в Средневековье. Мужчины касались губами женщин, подчинённые — кольца на пальце лорда или руки леди. Генриха VI назвали ханжой, члены парламента отказывались исполнять королевскую прокламацию, с пеной у рта доказывая своё право целовать кого угодно, сколько бы чумных блох он или она ни переносили.

Но в итоге запрет, видимо, всё-таки стали соблюдать, потому что эпидемия пошла на спад. Так что своим указом молодой король спас немало жизней, пусть, возможно, и не до конца понимая важности социальной дистанции.

6. Оживлённые кладбища

Вряд ли современный человек захочет жить рядом с кладбищем. Нет, покойники, конечно, народ тихий, но всё равно рядом с ними неуютно. В Средневековье же отношение к смерти было немного другим.

Кладбища тогда были оживлёнными местами. Там люди веселились, проводили дебаты и выборы глав общин, играли в азартные игры (в частности, в кости), слушали проповеди и даже смотрели театральные постановки. Суды также нередко проводились на кладбищах или рядом с ними.

Как сообщают историки Филипп Ариес и Даниель Александр‑Бидон, кладбища были также площадками для торговли. Причина в том, что они принадлежали церкви и освобождались от налогов. А следовательно, все собрания на местах захоронений можно было проводить без уплаты каких‑либо пошлин.

Близость к мертвецам не особенно пугала средневековых европейцев неспроста. Церковь учила, что вот‑вот наступит Страшный суд и мёртвые воскреснут и воссоединятся со своими близкими в Царстве Божьем.

Правда, на ночь на погосте оставаться всё-таки не рекомендовалось. Считалось, что в это время мертвецы выходят из своих могил, чтобы потанцевать. К примеру, сохранилось свидетельство одного башенного стражника из деревни Мальс в Южном Тироле, который клялся и божился, что был свидетелем этого.

Как видите, не только в наши дни популярна идея зомби‑апокалипсиса.

7. Общие склепы

Средневековые кладбища были местом хорошим и весёлым. Но, к сожалению, они страдали от перенаселения — как живыми, так и мёртвыми. Поскольку места на них не хватало, особенно после всяких там эпидемий «чёрной смерти», периодически останки выкапывали и помещали в общие склепы. Последние назывались костницами, или оссуариями.

Считалось, что для полного воскрешения в день Страшного суда достаточно, чтобы у покойника сохранилось хотя бы несколько частей тела. Поэтому для экономии места в костницу складывали далеко не всё.

Туда приходили верующие, чтобы помолиться и подготовить себя к смерти морально. Останки усопших выставлялись в оссуариях с мотивирующими цитатами в духе memento mori. А на входе в парижские катакомбы красуется гравировка Arrête, c’est ici l’empire de la mort, или «Стой. Это царство мёртвых».

Вообще, в Средневековье размышлять о смерти было нормально. Тело бренно, дух вечен, все дела. Опять же, обстановочка располагала: то моровое поветрие, то война. Поэтому писались даже целые руководства, как правильно подготовиться к переходу в мир иной. Одно из самых популярных — Ars Moriendi, или «Искусство умирания», публиковалось в двух частях примерно с 1415‑го по 1450‑й.

8. Чудесные исцеления

Если вам кажется, что правителям в Средневековье жилось весело, а все ужасы обходили их стороной, то вы ошибаетесь.

Помимо многочисленных преимуществ, которые давал статус помазанника Божьего, у монарха имелись и некоторые неприятные обязанности. И отделаться от них не всегда удавалось.

Так, например, считалось, что короли настолько близки к Господу Богу, что вообще практически святы. А значит, могут исцелять различные болячки простым прикосновением.

Традиция сия началась в середине XI века с английского короля Эдуарда Исповедника — за это преемники наверняка не раз помянули его добрым словом. Он прославился тем, что как‑то раз потрогал нищего, больного золотухой, а тот возьми и исцелись.

Напомним, что золотуха — это туберкулёз кожи и слизистых. Но из‑за несовершенства средневековой медицины ею именовали и любые другие болезни.

С тех пор по всей Европе люди стали считать, что монаршьи руки обладают лечебной силой. И королям действительно приходилось трогать больных, пришедших к ним за помощью, чтобы укрепить свою популярность в народе.

Например, Людовик XIV, знаменитый «король‑солнце» Франции, как‑то раз перещупал 1 600 человек с различными кожными заболеваниями за один день. Кстати, позже одна из любовниц Людовика умерла от золотухи. И, как отметил Вольтер, это доказывает, что королевское наложение рук не так уж и эффективно.

9. Странные напитки

Есть миф, что в Средневековье люди в основном пили алкоголь, так как вода была настолько грязная, что могла убить. Это не так: если она была не из Темзы или Сены, куда жители скидывали все отходы, а из нормальных колодцев, то всё было неплохо.

Тем не менее, выпить жители Европы того времени любили. Вот только средневековое пиво отличалось от современного: оно было густым, как похлёбка. Поначалу в него не добавляли хмель, который, хоть и был открыт в IX веке, повсеместно использоваться по всей Европе стал только к XV веку.

До этого в пиво кидали грюйт — порошковую смесь трав из восковницы, полыни, тысячелистника, вереска и багульника. Но такую рецептуру соблюдали только в монастырях.

Пивовары‑одиночки же добавляли в варево самые разнообразные вещи, не всегда пригодные к употреблению. Например, кору ели. Вкус был специфическим, и употребляли такой напиток с тмином и сырыми яйцами.

Питьё пива было сопряжено с опасностями — но в основном для богачей. Обеспеченные джентльмены и состоятельные леди пили его из кружек, покрытых глазурью с высоким содержанием ртути и свинца. А потому они нередко имели серьёзные проблемы со здоровьем и даже погибали от этого.

Простолюдины же обладали только простой глиняной посудой, так что избегали этой участи. Хоть небольшое, но утешение.