Что такое парадокс толерантности

Допустим, в лесу завелась белая ворона. Большинство серых ворон пожали плечами и живут дальше. Но нашлась одна недовольная. Говорит, что белым воронам не место в этом лесу, поэтому стоило бы новенькой пообломать крылья и запретить размножаться. Другие отвечают: «Помилуйте, матушка, она отличается только цветом оперения, а в остальном такая же, как мы». Но недовольная парирует: «Если вы такие толерантные, то почему запрещаете мне высказываться? Вы должны быть терпимы и к моему мнению».

И ведь действительно, с одной стороны, толерантность Tolerance, Toleration, and the Liberal Tradition — это терпимость к другому мировоззрению, образу жизни и поведению. К вещам, которые мы не разделяем и с которыми не согласны. Если исходить из этого, любое мнение имеет право на жизнь. С другой стороны, «людоедское» мировоззрение приводит к дискриминации и насилию, а их терпеть как‑то не хочется. Получается, нет никакой толерантности?

Этот парадокс описал австрийский и британский философ и социолог Карл Поппер в книге «Открытое общество и его враги».

Менее известен парадокс толерантности: неограниченная терпимость должна привести к исчезновению терпимости. Если мы безгранично толерантны даже к нетерпимым, если мы не готовы защищать терпимое общество от атак нетерпимых, терпимые будут разгромлены.

Карл Поппер

Получается, что полная толерантность не имеет смысла. Защитить её можно, только если нетерпимо относиться к тем, кто пропагандирует нетолерантность.

Что следует из парадокса толерантности

Как всегда, всё упирается в трактовку. Одни воспринимают этот парадокс как вызов: «Те, кто ратует за толерантность, самые нетерпимые. Мы хотя бы изначально не лицемерим и открыто говорим, что относимся к некоторым категориям людей с ненавистью». Другие видят в нём оправдание насилия как первоочередного способа отстоять толерантность: «Вот соберутся все хорошие люди, изведут всех плохих — и тогда заживём». И то и то звучит не очень мирно.

Сам Поппер хоть и считал, что толерантность надо защищать, но призывал это делать «доводами разума и <…> посредством общественного мнения». Потому нетерпимым действительно следует предоставлять слово, ведь это создаёт поле для дискуссий. А силовые методы применять лишь в виде самообороны и лишь для того, чтобы вернуть жизнь в привычное русло. Философ не отрицает, что они могут пригодиться:

Ведь вполне может оказаться, что они [представители нетерпимых философских направлений] не готовы общаться с нами на уровне доводов разума и начнут с того, что отвергнут всякие доводы. Возможно, они <…> будут утверждать, что эти доводы обманчивы и для ответа на них надо использовать кулаки и пистолеты. Таким образом, во имя терпимости следует провозгласить право не быть терпимыми к нетерпимым.

Карл Поппер

Например, если серая ворона пойдёт на белую с вилами, будет не до дискуссий. Понадобится остановить агрессора силой. Но пока этого не случилось, стоит просвещать, убеждать, объяснять. Толерантно относиться к «людоедскому» мнению при этом необязательно.

Поппер в своём труде выводит важнейшие, по его мнению, принципы гуманистической этики. Нас интересует первый:

Терпимость ко всем, кто сам терпим и не пропагандирует нетерпимость. С уважением следует относиться к чужому моральному выбору только в случае, если он не противоречит принципу толерантности.

Карл Поппер

Как быть толерантным в мире, полном парадоксов

Не считать своё мнение единственно верным

В одном исследовании Prejudiced and unaware of it: Evidence for the Dunning‑Kruger model in the domains of racism and sexism участников попросили оценить, насколько терпимо они относятся к людям другого гендера или иной расы. А потом задали вопросы, которые помогают выявить скрытые предрассудки. Оказалось, что наиболее толерантными себя считали сексисты и расисты. А самооценка по‑настоящему непредвзятых людей была довольно скромной. И это показательный пример, как можно своё мнение интерпретировать неправильно, не говоря уже о чужом.

Начинать с себя

Нетерпимость часто возникает в отношении взглядов и образа жизни, которые вообще нас не затрагивают напрямую. Скажем, если кто‑то хочет носить шлёпанцы на носки, то нам от этого какая печаль? Возможно, для нас такой человек выглядит нелепо или немодно. Но это не его проблема, а наша. И именно нам нужно разбираться, что пугает и цепляет нас настолько, что вызывает враждебность.

Самокопание — это больно. Переложить ответственность за дискомфорт на кого‑то другого всегда легче. В то же время жизнь станет гораздо проще, если разобраться с внутренними проблемами. Потому что люди, которые нас бесят, никуда не исчезнут. Гораздо проще прекратить беситься.

Быть открытым

В медицине толерантность означает снижение реакции на повторное введение вещества, привыкание к нему. В этом определении уже содержится инструкция. Мы можем раздражаться, сталкиваясь с какими‑то людьми, потому что воспринимаем их как нечто инородное. Но терпимость — это привычка. Чем чаще мы взаимодействуем с раздражителем и однообразно на него реагируем, тем проще сформировать стереотип толерантного поведения.

Не критиковать, а интересоваться

Нас раздражают непривычные вещи и люди. Но, возможно, нам проще было бы смириться, если бы мы знали, почему дела обстоят именно так. Например, носки под шлёпанцами защищают от мозолей. А семья человека другой национальности — жители этой местности в пятом поколении, и «понаехавший» здесь вовсе не он. Такие внезапные открытия заставляют смотреть на всё в новом свете.

Высказывать своё мнение

Если предыдущие пункты были больше про толерантность, то тут мы прямо подошли к её парадоксу. Как мы помним, главное оружие терпимости — просвещение. И общественные дискуссии в этих целях отлично работают.

Например, возьмём скандал с «засильем» темнокожих персонажей в кино. Маятник раскачивается, и сильнее всего видны две крайние позиции. На одной находятся те, кто переживает, что в сериале «Чернобыль» нет темнокожих. На другой — зрители, которые выражают своё негодование по поводу любого темнокожего персонажа. Но сейчас проблема дискриминации в киноиндустрии выведена в плоскость общественного обсуждения, и это уже немало. А маятник рано или поздно успокоится и займёт позицию по центру.

Не бояться дискуссий

Поппер предлагает не лишать голоса носителей враждебных философий (а это может быть любой из нас). Истина рождается в спорах, но только если собеседники хотя бы чуть‑чуть готовы прислушиваться друг к другу. Если мы просто отстаиваем свою позицию, не слыша оппонента, это пустая трата времени. Но если подойти к процессу осознанно, можно получить весьма неплохой результат.

  • Узнать новые данные и скорректировать свои взгляды. Менять мнение в свете дополнительной информации вполне нормально.
  • Укрепиться в своей позиции. Доводы оппонента иногда лишь добавляют в неё кирпичиков.
  • Получить аргументы для новых споров. Соперники часто задают вопросы, которые ставят нас в тупик. Но они же дают пищу для размышлений. Появляется возможность подумать и подготовиться на случай, если в будущем кто‑то спросит об этом же.

А ещё важно, что дискуссия направлена не только на оппонентов, но и на зрителей. Возможно, соперника мы не убедим, но окружающих заставим задуматься. Именно поэтому важно вести спор экологично и помнить о том, что это беседа, а не война.

Не терпеть «людоедство»

Конечно, пройти мимо враждебного высказывания можно и никто нас за это не должен осуждать. Чтобы противостоять «людоедству», нужен внутренний ресурс. Иначе, спасая мир, рискуем не спасти себя. Но если этот ресурс у нас есть, выражать несогласие с враждебной позицией можно и нужно.

Например, вы всегда молчали, когда при вас кого‑то оскорбляли, а потом раз — и перестали. Какое‑то время вы будете выглядеть в глазах окружающих странным. А потом кто‑то ещё встанет на вашу сторону. И ещё. Ничего революционного, просто слова. Но иногда и их достаточно, чтобы всё изменить.