На смену олдскульным органайзерам пришли облачные сервисы планирования. Но стали ли вы при этом организованнее и продуктивнее? Если каждый новый день для вас, как родео, – то ли укротишь буйный поток дел, то ли он выбьет тебя из «седла», то эта статья для вас.

В ее основе книга Мейсона Карри (Mason Curry) «Режим гения: распорядок дня великих людей». Автор проанализировал рабочий график 161 признанного гения – известные художники, писатели, композиторы, ученые. И пришел к выводу, что повседневная рутина – часть творческого процесса.

Из этой статьи вы узнаете, как включить свой «режим гения» и что помогало известным личностям не поддаваться на уловку «нет вдохновения», а методично работать и добиваться успеха.

Распорядку, который превратился в рутину, человек следует на автопилоте, без сознательных усилий. И в то же время, рутина складывается в результате выбора или целого ряда выборов. В умелых руках режим дня – точно откалиброванный механизм, позволяющий наилучшим образом использовать наши ограниченные ресурсы: прежде всего, время, которого нам более всего не хватает, а также силу воли, самодисциплину, оптимизм. Упорядоченный режим – словно колея, по которой в хорошем темпе движутся умственные силы гения, она ограждает его от тирании переменчивых настроений. Мейсон Карри

Рабочая среда: максимум концентрации – минимум отвлечений

У гениев свои причуды и свои способы отгородиться от внешнего мира, чтобы максимально сконцентрироваться на работе.

К примеру, у двери в кабинет нобелевского лауреата Уильяма Фолкнера была только одна ручка. Писатель открывал дверь, вынимал ручку, заходил внутрь, вставлял ручку и закрывал дверь. Таким образом, никто не мог войти к нему и помешать.

Английская писательница Джейн Остин просила прислугу никогда не смазывать петли на скрипучих дверях. Благодаря этому она всегда знала, когда кто-то приближался к комнате, в которой она работала.

Грэм Грин, английский писатель, а по «совместительству» сотрудник британской разведки, чтобы работать и не отвлекаться, снял секретный офис. Адрес и номер телефона знала только супруга, но воспользоваться ими могла лишь в экстренных случаях. (К слову, отшельничество и сейчас востребованный способ повысить продуктивность.)

В семье Марка Твена для таких, экстренных, случаев использовали рог. Домочадцы должны были дунуть в него, если хотели отвлечь писателя от приключений «Тома Сойера».

А вот художник, проиллюстрировавший этого самого «Тома Сойера», Ньюэлл Конверс Уайет настолько ценил концентрацию, что, когда замечал, что его внимание рассеивается, обклеивал очки картоном, чтобы ограничить боковое зрение и смотреть только на холст.

Прогулки

Для многих гениев регулярные пешие прогулки – не только часть рутины, но и способ «проветрить» мозг для более плодотворного творчества.

Датский философ Сёрен Кьеркегор отмечал, что прогулки так вдохновляли его, что частенько он бежал к письменному столу, даже не сняв шляпу и не убрав трость.

Диккенс – гулял по три часа в день («нагуливал» материал). Чайковский – по два. И ни минутой меньше. Петр Ильич был убежден: если сжульничает – заболеет.

Бетховен всегда брал с собой на прогулку блокнот и карандаш – вдруг нахлынет вдохновение?

Экстравагантный французский композитор Эрик Сати тоже прихватывал пишущие средства на моцион по вечернему Парижу. Он бродил по рабочему кварталу, где жил, останавливался под фонарями и записывал всплывающие в голове ноты. Говорят, что в годы Второй мировой войны, когда из соображений безопасности уличное освещение не использовалось, «погасла» и производительность Сати.

Хронометраж

Время, а вернее умение управлять им, – еще один «кирпичик», из которого складывается продуктивность.

Успешный романист викторианской эпохи Энтони Троллоп работал всего 3 часа в день. Зато как! 250 слов за 15 минут. Если он заканчивал текст раньше, чем истекал 3-часовой период, то тут же принимался за новый.

Эрнест Хемингуэй, помимо того, что работал стоя, аккуратно вел учет своего рабочего времени. Он писал каждый день с 5 утра до часу дня, при этом методично подсчитывал, сколько слов написано. Средний показатель – 700-800 слов в сутки. Однажды Хемингуэй не выработал «норму»: в графике значилось всего 208 слов, но рядом стояла пометка – «Писал срочные деловые письма».

Вел график и американский бихевиорист Беррес Фредерик Скиннер. При этом, он писал «сессиями», продолжительность которых отмерял при помощи таймера.

Четкая грань между важным и не очень

Лайфхакер регулярно пишет о том, как важно проверять электронную почту и отвечать на письма не каждый раз, когда слышишь оповещение почтового клиента, а лишь в строго определенное время, 1-2 раза в сутки.

Во времена Хемингуэя и Твена не было e-mail’ов, но гении всегда умели (и умеют) отделять важную работу от посредственной.

Одни отводили первую половину на писательство, живопись, музыку, то есть дела важные, а после обеда писали письма, общались в светских салонах.

Другие принимались за несрочные и неважные дела в моменты, когда Муза покидала их, и нужно было сменить форму деятельности.

Отдых, а не работа до упаду

Великие деятели науки и искусства умели хорошо трудиться, но и в отдыхе знали толк. Они понимали, творчество подобно спорту, – тяжелая работа требует периода восстановления.

Исключением является, пожалуй, только Моцарт. Он был настоящим трудоголиком. Композитор просыпался в 6 утра и весь день, до часу ночи, занимался музыкой. На прогулки, обед, письма и другие дела он отводил не более 2-3 часов в сутки.

Известный шведский психиатр Карл Юнг считал такой подход неправильным. Несмотря на то, что он был очень востребованным специалистом, Юнг никогда не забывал про выходные. «Я понял, что человек, который нуждается в отдыхе и продолжает работать вопреки усталости, попросту глуп» – заявлял он.

Поддержка близких

Пока гений творит, кто-то должен обустраивать его быт. Как правило, это ложится на плечи супруги или супруга.

Так, жена «отца психоанализа» Зигмунда Фрейда Марта не только полностью вела домашнее хозяйство, но и всячески обеспечивала комфорт мужу. Она подбирала ему одежду, вплоть до носовых платков, и даже выдавливала пасту на зубную щетку.

Но поддержка приходит не только из семьи, но и от друзей. Гертруда Стайн, американская писательница, теоретик литературы, любила работать на свежем воздухе, вернее ей нравилось оторваться от рукописи и разглядывать холмы и… коров. Поэтому она со своей многолетней подругой Алисой Бабетт Токлас (тоже писательницей) отправлялась в пригород. Мисс Стайн усаживалась на складной стул с доской для письма и карандашом, а мисс Токлас бесстрашно подгоняла какую-нибудь корову в поле зрения своей подруги. В эти минуты на Стайн снисходило вдохновение и она начинала быстро писать.

Энди Уорхолу помогал вести дела его друг и соратник Пэт Хэкетт. Каждое утро Уорхол рассказывал Хэкетту в деталях свой предыдущий день, а тот покорно конспектировал. Так было каждый будний день с 1976 года вплоть до смерти Уорхола в 1987 году.

Ограничение социальных связей

Многим этот прием продуктивности покажется странным. Речь не идет о том, чтобы запереться в четырех стенах. Тем не менее, многие выдающиеся мыслители имели весьма узкий круг общения и не стремились его расширить.

«Никаких вечеринок, никаких приемов… Только насущное, простая, незагроможденная жизнь, продуманная так, чтобы ничего не мешало работать» – такова была позиция Симоны де Бовуар, французской писательницы, идеолога феминистского движения.

В отличие от нее, живописец Пабло Пикассо любил принимать гостей. Даже купил пианино, чтобы развлекать публику, и нанял горничную, которая ухаживала за гостями в накрахмаленном белом переднике. Однако для светских мероприятий Пабло выделял строго один день в неделю – воскресенье.

Все боятся каждодневности, как будто она несет в себе фатальную неизбежность, чреватую скукой, привычкой; я в эту неизбежность не верю. Марк Леви

Это не все уроки, которые можно извлечь из повседневности гениев. Хотите больше? Изучите инфографику – «Распорядок дня великих людей».