Как одиночество меняет наш мозг

Полярная станция «Ноймайер III» находится недалеко от края шельфового ледника Экстрём в Антарктиде. Зимой, когда температура падает ниже –50 °C, а скорость ветра достигает 100 км/ч и более, никто не может ни прийти на станцию, ни уйти с неё. Изоляция необходима для метеорологических и геофизических научных экспериментов, которые проводит небольшая группа учёных, работающих на станции в зимние месяцы.

Но несколько лет назад сама станция стала объектом исследования — исследования, посвящённого одиночеству. Специалисты из Германии захотели выяснить, влияет ли социальная изоляция и однообразие окружающей среды на мозг. Восемь человек, которые работали на «Ноймайер III» в течение 14 месяцев, согласились на сканирование мозга до и после экспедиции, а также на контроль за химическими процессами в мозге и его когнитивными функциями во время пребывания на станции.

В 2019 году исследователи опубликовали результаты. По сравнению с участниками из контрольной группы члены социально изолированной команды потеряли объём в префронтальной коре — области мозга, которая отвечает за принятие решений и умение справляться с проблемами. У них также выявили более низкий уровень мозгового нейротрофического фактора — протеина, который способствует развитию и выживанию нервных клеток в мозге. Снижение наблюдалось как минимум полтора месяца после возвращения экспедиции из Антарктики.

Неясно, насколько изменения были связаны именно с изоляцией. Но полученные результаты согласуются с данными более свежих исследований, которые показывают, что хроническое одиночество значительно меняет мозг таким образом, что проблема только усугубляется.

Нейробиология предполагает, что одиночество необязательно возникает из‑за невозможности с кем‑то познакомиться или из‑за страха перед социальным взаимодействием. Наоборот, наш мозг и изменения в нашем поведении могут заманить нас в ловушку: несмотря на то, что мы хотим общаться с другими людьми, мы воспринимаем их как ненадёжных, осуждающих и недружелюбных. Поэтому мы держим дистанцию, сознательно или подсознательно отвергая потенциальные возможности для установления контакта.

Одиночество трудно поддаётся изучению эмпирическим путём, потому что полностью субъективно. Связанная с ним социальная изоляция — другое дело. Это объективный показатель того, как мало в чьей‑то жизни связей с другими людьми. Назвать свой опыт одиночеством человек должен сам, хотя есть полезные инструменты, которые помогают осознать глубину своих чувств, например шкала одиночества, разработанная в Калифорнийском университете в Лос‑Анджелесе.

В ходе одного международного опроса 22% американцев и 23% британцев отметили, что постоянно или часто чувствуют себя одинокими. И это до начала пандемии коронавируса. В октябре 2020 года уже 36% американцев говорили о серьёзном чувстве одиночества. Согласно опросам в России, в 2021 году 23% жителей страны назвали себя одинокими, при этом 19% испытывали это чувство время от времени, а 4% — постоянно.

Одиночество оборачивается не просто плохим настроением, а серьёзно сказывается на здоровье: может стать причиной высокого артериального давления, ишемической болезни сердца и инсульта. Кроме того, оно способно удвоить риск развития диабета второго типа и на 40% увеличить риск развития деменции. В итоге вероятность умереть от разных болезней у хронически одиноких людей на 83% выше, чем у тех, кто чувствует себя менее изолированными.

Отдельные организации и целые правительства часто пытаются помочь людям справиться с одиночеством, поощряя их чаще проводить время вне дома, объединяться в клубы и создавать группы по интересам. Однако, как показывает нейробиология, избавиться от одиночества далеко не всегда так просто.

Смещение в сторону отказа

Когда нейробиологи из Германии и Израиля приступили к изучению одиночества, они ожидали обнаружить, что его нейронные основы будут такими же, что и у социальной тревожности, и будут так же связаны с миндалевидным телом. Его часто называют центром страха в нашем мозге. Оно активируется, когда мы сталкиваемся с тем, чего боимся, будь то змеи или другие люди. Учёные полагали, что у одиноких людей активность миндалевидного тела будет такой же повышенной, как и у людей с социальной тревожностью.

Однако согласно результатам исследования, опубликованным в 2022 году, хотя угрожающие социальные ситуации и вызывают большую активность миндалевидного тела у тех, кто страдает от социальной тревожности, они не оказывают такого же эффекта на одиноких. Точно так же у людей с социальной тревожностью снижается активность системы вознаграждения в мозге, но у одиноких людей этого не наблюдается.

Поскольку отличительные черты социальной тревожности не проявились при одиночестве, лечить его с помощью советов чаще выходить на улицу и больше общаться едва ли получится, потому что это не устраняет его причину. Недавний метаанализ подтвердил, что простое наличие возможности легко завести друзей никак не влияет на субъективное одиночество.

Проблема с одиночеством, похоже, в том, что оно искажает наше мышление. В ходе поведенческих исследований выяснилось, что одинокие люди улавливали негативные социальные сигналы, например выражения отказа, за 120 миллисекунд. Это вполовину меньше, чем время, за которое мы моргаем, и вдвое быстрее, чем время, за которое такие сигналы распознают люди, состоящие в удовлетворительных отношениях. Одинокие люди также предпочитали стоять подальше от незнакомцев, меньше доверяли другим и не любили физические прикосновения.

Возможно, именно поэтому эмоциональное состояние одиноких людей часто движется по нисходящей спирали. Они, как правило, воспринимают любую информацию в более негативном ключе (выражение лица, текстовое сообщение — что угодно), и это ещё глубже загоняет их в яму одиночества.

Сбой в «сети по умолчанию»

Пытаясь найти характерные признаки одиночества в мозге человека, группа учёных из шести стран провела крупнейшее в данный момент исследование, в котором участвовали примерно в 100 раз больше людей, чем в любых предыдущих. Авторы также использовали сведения UK Biobank — биомедицинской базы данных, которая содержит снимки мозга примерно 40 тысяч жителей Великобритании, а также информацию об их социальной изоляции и одиночестве.

Результаты исследования, опубликованные в 2020 году, показали, что «точка доступа» одиночества находится внутри так называемой сети по умолчанию — части мозга, которая активируется, когда ментально мы находимся в режиме ожидания и не выполняем задач, связанных с внешним миром. Ещё 20 лет назад учёные даже не знали, что такая «сеть» существует. Теперь исследования показали, что активность в «сети по умолчанию» отвечает за наибольшую часть энергопотребления мозга.

Учёные установили, что некоторые области «сети по умолчанию» у хронически одиноких людей не только крупнее, но и сильнее связаны с другими областями мозга. Более того, «сеть по умолчанию», по‑видимому, участвует в развитии многих отличительных способностей человека, таких как язык, предвидение будущего или умение строить причинно‑следственные связи. «Сеть по умолчанию» также активируется, когда мы думаем о других людях, в том числе когда интерпретируем их намерения.

Полученные данные о «сети по умолчанию» стали нейровизуальными доказательствами, подтверждающими предыдущие открытия психологов о том, что одинокие люди склонны мечтать о социальных отношениях, ностальгировать по прошлым социальным событиям и даже очеловечивать питомцев, например разговаривать с кошкой или собакой, как с человеком. Для этого тоже требуется активация «сети по умолчанию» в мозге.

В то время как одиночество приводит к богатой воображаемой социальной жизни, реальное социальное взаимодействие оно может сделать менее приятным. Возможную причину этого нашли в ходе ещё одного исследования, которое также опиралось на обширную базу UK Biobank. Его авторы по отдельности рассматривали данные социально изолированных людей и людей с низкой социальной поддержкой, которая измерялась тем, был ли у них кто‑то, кому они могли доверять и делиться чем‑то важным каждый или почти каждый день, или не было. Учёны обнаружили, что у всех этих людей орбитофронтальная кора мозга — область, связанная с обработкой стимулов вознаграждения — была меньше.

В 2022 году масштабное исследование данных более 1 300 японских добровольцев показало, что чем сильнее чувство одиночества, тем крепче функциональные связи в области мозга, которая отвечает за зрительное внимание. Это подтверждает предыдущие выводы о том, что одинокие люди чаще обращают внимание исключительно на неприятные социальные сигналы — например, когда окружающие их игнорируют.

Базовое желание

Несмотря на то, что одинокие люди могут считать социальные отношения с другими неудобными и бесполезными, похоже, они всё-таки жаждут общения. Американский психолог Джон Качиоппо, который благодаря своим исследованиям заслужил прозвище Доктор Одиночество, выдвигал гипотезу о том, что одиночество — это похожий на голод эволюционный способ адаптации, который сигнализирует о том, что в нашей жизни что‑то идёт не так. Так же, как голод мотивирует нас искать еду, одиночество должно стать стимулом искать связи с другими людьми. Для наших предков, чьё выживание во многом зависело от принадлежности к группе, этот социальный импульс мог быть вопросом жизни и смерти.

Результаты недавних исследований подтверждают идею о том, что одиночество глубоко укоренилось в нашей психике. Авторы одного небольшого исследования попросили 40 человек голодать в течение 10 часов, а затем просканировали их мозг, показывая им изображения аппетитных блюд. Позже эти же люди провели 10 часов в одиночестве — без телефона, электронной почты и даже книг, которые могли бы послужить суррогатом общения. Затем им повторно сканировали мозг, в этот раз показывая фото счастливых компаний друзей. Когда исследователи сравнили снимки, то увидели, что паттерны активации мозга при голоде и одиночестве удивительно похожи.

Результаты эксперимента подчеркнули важную правду об одиночестве: если всего 10 часов без социального контакта достаточно, чтобы вызывать практически те же нейронные сигналы, что и при отказе от еды, это показывает, насколько важна наша потребность в общении с другими.

Размер мозга и социальная жизнь

Недавние исследования также, похоже, подтверждают эволюционную теорию, известкую как «гипотеза социального мозга». Она связывает активную социальную жизнь с большим размером мозга.

Идея возникла из теории о том, как наш мозг мог измениться в ходе эволюции. Однако большой размер мозга также может быть результатом жизненного опыта. В целом нечеловекоподобные приматы в неволе, которые живут в больших социальных группах или делят пространство с большим количеством сородичей, обладают более крупным мозгом. В частности, у них больше серого вещества в префронтальной коре.

С точки зрения науки люди в этом плане не сильно отличаются от приматов. Исследования показывают, что у одиноких пожилых людей часто атрофируются некоторые участки мозга, включая таламус, который отвечает за обработку эмоций, а также гиппокамп, или центр памяти. Учёные предположили, что эти изменения могут помочь объяснить связь между одиночеством и деменцией.

Конечно, все эти результаты наводят на мысль о яйце и курице: определяют ли различия в мозге нашу предрасположенность к одиночеству или это одиночество перестраивает и «сжимает» мозг? По словам учёных, сейчас решить эту загадку невозможно. Однако они считают, что причинно‑следственные связи могут указывать на верность и одной, и другой гипотезы.

Наблюдения за приматами и результаты эксперимента на полярной станции «Ноймайер III» показывают, что личный опыт и социальная среда могут оказывать сильное влияние на структуру мозга человека, закрепляя изменения, вызванные одиночеством. С другой стороны, проведённое в Нидерландах исследование с участием близнецов показало, что одиночество частично передаётся по наследству: почти 50% вариаций этого чувства можно объяснить генетическими различиями.

Люди, страдающие от хронического одиночества, не зациклены на этих чувствах по своей природе или из‑за воспитания. Исследования демонстрируют, что когнитивно‑поведенческая терапия может помочь облегчить чувство одиночества, обучая людей распознавать, как их поведение и образ мыслей мешают формировать ценные социальные связи.

Во время недавнего исследования учёные наблюдали за активностью мозга людей, которые играли в игру, основанную на доверии. При сканировании мозга одиноких участников одна его область была гораздо менее активной, чем у общительных. Эта область — островковая доля — активируется, когда мы изучаем наши внутренние переживания. Возможно, в этом и кроется причина, почему одиноким людям сложно доверять другим: они не могут полагаться на свои ощущения.

Другая идея, направленная на поиск причин одиночества и способов их устранить, состоит в поощрении синхронности. Исследования показывают, что ключ к тому, насколько люди нравятся и доверяют друг другу, надо искать в том, насколько схожи их поведение и реакции. Простым примером такой синхронности может быть ответная улыбка и «зеркальный» язык тела при разговоре, более сложным — пение в одном хоре или участие в одной команде по гребле. Исследования показывают, что одинокие люди изо всех сил пытаются синхронизироваться с другими и это заставляет области их мозга, ответственные за наблюдение за действиями, работать с перегрузкой. Обучение одиноких людей тому, как присоединяться к действиям окружающих, может стать ещё одним способом им помочь. Само по себе это не вылечит одиночество, но может служить отправной точкой.

Несмотря на то, что когнитивно‑поведенческая терапия, укрепление доверия и синхронизация с другими могут облегчить хроническое одиночество, преходящее чувство одиночества, скорее всего, навсегда останется частью человеческого опыта. И в этом нет ничего плохого. Одиночество в чём‑то похоже на стресс — неприятно, но не обязательно со знаком минус. И то и другое становится проблемой только тогда, когда приобретает хронический характер.